Первый день
Мы поженились неделю назад. Я и Денис. Свадьба была скромная. Регистрация, ресторан, гости.
После свадьбы мы переехали к его родителям. Временно. Пока не накопим на квартиру.
Дом большой. Трёхэтажный. Родители Дениса живут на первом этаже. Нам выделили комнату на втором.
Я вошла в дом с чемоданами. Первый раз как жена. Как член семьи.
Свекровь Галина Петровна встретила на пороге. Лицо строгое.
— Заходи. Денис, неси чемоданы наверх.
Денис взял чемоданы. Пошёл на второй этаж.
Я осталась внизу. Со свекровью.
— Галина Петровна, спасибо, что пустили нас пожить. Мы быстро накопим и съедем.
Она посмотрела на меня холодно.
— Слушай внимательно. Ты теперь живёшь в моём доме. Но запомни — ты тут никто. Хозяйка - это я.
Я замерла.
— Что?
— Ты меня поняла. Хозяйка дома — я. Не ты. Ты просто живёшь здесь. Временно.
Конфликт со свекровью начинается с первых слов. Когда она ставит границы. Показывает, кто главный.
— Галина Петровна, я ваша невестка. Я жена Дениса.
— Мне плевать. В моём доме мои правила. Будешь слушаться — живи. Не будешь — уезжай.
Она повернулась и ушла на кухню.
Я стояла. Не верила.
Ты тут никто.
Денис спустился.
— Всё в порядке?
— Нет. Твоя мать только что сказала, что я тут никто.
Он пожал плечами.
— Ну да. Это её дом. Она - хозяйка.
— А я?
— А ты... ты жена. Но дом-то её.
Я смотрела на него. На своего мужа. Который не видел проблемы.
— Денис, мы семья. Я твоя жена.
— Понимаю. Но мы же временно. Потерпишь немного.
Он поцеловал меня в лоб.
— Пошли наверх. Разберём вещи.
Мы поднялись. Я молчала. Но внутри всё кипело.
Ты тут никто.
Жизнь под контролем
Прошла неделя. Я поняла, что значит жить в доме свекрови.
Она контролировала всё.
Я не могла готовить на кухне. «Это моя кухня. Я готовлю. Тебе незачем».
Я не могла убираться в доме. «Не трогай мои вещи. Я сама уберу».
Я не могла стирать. «Стиральная машина моя. Я стираю по графику».
Я жила как гость. В доме мужа.
Жизнь в доме родителей мужа — это испытание. Когда ты не хозяйка. Когда каждое движение контролируют.
Однажды я решила приготовить ужин. Для Дениса. Пришла на кухню. Начала готовить.
Галина Петровна вошла.
— Что ты делаешь?
— Готовлю ужин. Для Дениса.
— Я не разрешала.
— Галина Петровна, я просто хочу приготовить ужин для мужа.
— Я сама приготовлю. Убирайся с моей кухни.
— Но...
— Убирайся!
Я вышла. Села в комнате. Плакала.
Денис пришёл вечером.
— Что случилось?
— Твоя мать выгнала меня с кухни. Я хотела приготовить тебе ужин.
Он вздохнул.
— Наташ, ну не надо было. Мама не любит, когда кто-то лезет на её кухню.
— Я не лезу! Я твоя жена! Я хочу готовить для тебя!
— Понимаю. Но потерпи. Скоро съедем.
Я смотрела на него.
— Когда скоро? Через месяц? Полгода? Год?
— Не знаю. Как накопим.
— А пока я должна жить как гость?
— Ну... да.
Я встала. Вышла на улицу. Гуляла час. Думала.
Я не могу так жить.
Прошёл месяц. Ситуация ухудшилась.
Галина Петровна стала указывать, что мне носить. «Эта юбка слишком короткая. Переоденься».
Она стала контролировать, когда я прихожу домой. «Почему так поздно? Где ты была?»
Она стала диктовать, когда мне вставать. «В моём доме все встают в семь. Не валяйся в постели».
Я задыхалась. В этом доме. Под этим контролем.
Токсичная свекровь не даёт жить. Она контролирует каждый шаг. Унижает. Показывает, кто главный.
Позиция мужа
Я пыталась говорить с Денисом. Много раз.
— Денис, твоя мать меня унижает. Я не могу так жить.
— Наташ, не преувеличивай. Она просто строгая.
— Строгая? Она запрещает мне готовить! Убираться! Контролирует, во что я одеваюсь!
— Ну... это её дом. Она имеет право.
— А я? Я что, не имею прав? Я твоя жена!
— Имеешь. Но мы же временно живём здесь.
— Сколько ещё временно? Уже два месяца!
Он молчал.
— Денис, поговори с ней. Скажи, что я твоя жена. Что я имею право готовить, убираться, жить нормально!
— Наташ, я не могу. Она моя мать. Она обидится.
— А я? Мне не обидно?
— Обидно. Но потерпи. Пожалуйста.
Я поняла. Денис не на моей стороне. Он на стороне матери.
Муж на стороне матери — это катастрофа для брака. Когда он выбирает не жену, а маму. Когда не защищает семью.
Прошло три месяца. Я больше не могла.
Однажды Галина Петровна зашла в нашу комнату. Без стука.
— Что за бардак? Убери немедленно!
Я лежала на кровати. Читала книгу.
— Галина Петровна, это наша комната. Я уберу позже.
— Уберёшь сейчас! Я не потерплю такого свинства в своём доме!
— Это не свинство. Это просто вещи на стуле.
— Убери. Сейчас же.
Я встала.
— Нет.
Она замерла.
— Что?
— Нет. Я не буду убирать по вашей команде. Это моя комната. Я уберу, когда захочу.
Лицо Галины Петровны покраснело.
— Ты мне грубишь?
— Я не грублю. Я просто говорю — это моя комната. Моё пространство.
— Всё в этом доме — моё! Ты тут никто! Помнишь?
— Помню. Но устала это слышать.
Она развернулась. Ушла. Хлопнула дверью.
Вечером пришёл Денис. Лицо мрачное.
— Мама сказала, ты нагрубила ей.
— Я не грубила. Я просто сказала, что не буду убирать комнату по её команде.
— Наташ, это её дом. Ты должна слушаться.
Я посмотрела на него.
— Денис, я твоя жена. Не служанка твоей матери.
— Понимаю. Но мама обиделась.
— А я? Мне каждый день обидно! Три месяца я живу как гость! Как никто!
— Потерпи ещё немного.
— Нет.
Он удивился.
— Что нет?
— Нет. Я больше не буду терпеть.
Решение
Я встала. Посмотрела на Дениса.
— Слушай внимательно. У тебя два варианта. Либо мы съезжаем. Прямо сейчас. Снимаем квартиру. Живём отдельно.
— Наташ, у нас нет денег...
— Есть. У меня есть накопления. Хватит на первый месяц аренды и залог. Дальше будем вместе платить.
— Но...
— Либо мы съезжаем. Либо я ухожу. Одна. И подаю на развод.
Денис замер.
— Ты серьёзно?
— Абсолютно. Я не могу больше жить здесь. Под контролем твоей матери. С тобой, который меня не защищает.
Съезд от родителей — это не предательство. Это создание своей семьи. Своего пространства. Своих правил.
— Наташ, мама обидится. Она не простит.
— Пусть. Я тоже обижена. Три месяца. Каждый день.
— Но она моя мать.
— А я твоя жена. Кого ты выбираешь?
Молчание.
Денис сидел. Думал. Долго.
Потом встал.
— Хорошо. Съедем.
Я выдохнула.
— Правда?
— Да. Ты права. Мы семья. Нам нужна своя жизнь.
Он обнял меня.
— Прости. Я был слепым. Не видел, как тебе тяжело.
Слёзы текли.
— Спасибо.
На следующий день мы нашли квартиру. Однушку. На окраине. Дешёвую.
Собрали вещи. Спустились вниз.
Галина Петровна стояла в холле.
— Куда это вы?
— Мам, мы съезжаем. Снимаем квартиру.
Она побледнела.
— Что?
— Мы съезжаем. Будем жить отдельно.
— Из-за неё?
Она ткнула пальцем в меня.
— Из-за нас. Мы семья. Нам нужно своё пространство.
— Денис, ты предаёшь меня!
— Мам, я не предаю. Я просто создаю свою семью.
— Она разлучает нас!
— Нет. Мы просто съезжаем.
Галина Петровна заплакала.
— Уходите. Оба. И не возвращайтесь!
Мы вышли. Сели в машину. Уехали.
Прошёл год. Мы живём в своей квартире. Маленькой. Но своей.
Я готовлю, когда хочу. Убираюсь, когда хочу. Ношу, что хочу.
Денис счастлив. Говорит — зря мы так долго там жили.
Галина Петровна не разговаривала полгода. Потом позвонила. Попросила приехать в гости.
Мы приехали. Она была сдержанной. Но вежливой.
— Как вы там?
— Хорошо. Живём, работаем.
— Денис, ты не голодный? Я могу приготовить.
— Спасибо, мам. Но Наташа приготовит дома.
Галина Петровна посмотрела на меня. Кивнула.
— Хорошо.
Мы уехали. Я поняла — она приняла. Не сразу. Не легко. Но приняла.
Мы навещаем её раз в месяц. Пьём чай. Разговариваем.
Она больше не командует. Не контролирует. Потому что мы не в её доме.
Мы в своём.
И это лучшее решение.
Потому что семья начинается не в доме родителей. Семья начинается в своём доме. Где ты хозяйка. Где ты не никто.
Где ты — жена. Хозяйка своей жизни.
А вы считаете, что молодой семье нужно жить отдельно? Или можно с родителями? Поделитесь в комментариях.
Если вам понравилось — ставьте лайк и поделитесь в соцсетях с помощью стрелки. С уважением, @Алекс Котов.