Машина свернула с трассы на узкую асфальтовую дорогу, которая вскоре превратилась в потрескавшийся бетон, а потом и вовсе в гравий.
Они проехала деревеньку Убивалово, миновали СНТ "Крутой замес" (дачи раздавались работникам бетонного завода). Рядом находились дачи работников ветрогенераторной станции "Свирепый махач", по слухам, дачники там были отбитые напрочь. Оба посёлка воры и деревенские обходили по широкой дуге.
И наконец въехали в коттеджный посёлок "Мясорубка". Участки раздавались работникам консервного завода "Молчание ягнят", там жил средний руководящий состав завода и почему то один известный патологоанатом на пенсии. Клавдия Петровна до сих пор работала на заводе главбухом, и уходить не собиралась.
Фары выхватывали из темноты коттеджи - в основном, деревянные дома. Ни одного огонька в окнах. Ни одной машины у ворот. Зимой посёлок вымирал: хозяева приезжали весной, а сейчас, в конце декабря, здесь царила полная тишина. Только снег скрипел под колёсами, да усиливающийся ветер колыхал ветви деревьев и утробно стонал, будто голодный монстр.
Кондратий сбавил скорость. Дорога петляла между участками, заросшими высокими елями - тёмными, плотными, как стена. За ними начинался лес, настоящий, густой, где даже днём было сумрачно. Дача тёщи стояла в самом конце посёлка, ближе всех к лесу. Это считалось плюсом: "природа, тишина". Сейчас казалось минусом.
Лидия прижалась к окну.
- Страшно как-то… - тихо сказала женщина. - Будто мы одни на всей планете.
- Нормально, - ответил Кондратий, хотя сам чувствовал, как по спине пробежал холодок. - Зимой здесь всегда так. Никого.
Он заглушил мотор у ворот. Тишина обрушилась сразу, плотная, как вата. Только где-то далеко, в лесу, хрустнула ветка. Раз. Ещё раз. Будто кто-то медленно шёл параллельно дороге, но не выходил на свет.
Лидия вздрогнула.
- Ты слышал?
- Ветер, - буркнул Кондратий, хотя знал, что ветер так не хрустит.
Они выгрузили сумки. Ключ в замке щёлкнул громче обычного. Дом встретил их холодом и запахом сырого дерева. Кондратий сразу пошёл в подвал - включать котёл. Лидия осталась сидеть в гостиной, обхватив себя руками. Пейзаж за окном - только чернота и ели. Как - то странно они колышутся. Ах да. Ветер.
Лидия отступила от окна.
- Кондратий…
Мужчина поднялся из подвала, отряхивая руки.
-Сейчас согреется. Камин растоплю - вообще красота будет.
Он сложил дрова, чиркнул спичкой. Пламя занялось не сразу - дрова были сыроваты. Когда наконец разгорелось, по стенам заплясали тени. Кондратий достал из сумки шампанское, поставил на журнальный столик бокалы. Открыл бутылку - пробка вылетела с громким хлопком, эхо прокатилось по пустому дому.
Лидия всё ещё стояла у окна.
Мужчина поцеловал её в висок. Она пахла дорогим шампунем - даже близко не тем, чем пользуется его жена. Почему Кларисса экономит на косметике? Они же нормально зарабатывают.
Парочка села на диван перед камином. Он разлил вино и нарезал колбасу. Лидия постепенно расслаблялась - тепло от камина доходило до костей, алкоголь грел изнутри. Кондратий рассказывал что-то смешное с работы, она смеялась. Но каждый раз, когда в лесу что-то хрустело или ветер сильнее ударял в окно, она вздрагивала.
Тем более, ветер ещё усилился, еловые лапы раскачивались, будто живые.
- У меня такое чувство, что в окно смотрят, - испуганно прошептала Лидия.
Кондратий посмотрел. Ничего. Только ели и тьма.
- Никого нет, Лид. Мы одни.
Он поцеловал её - уже в губы. Она ответила. Всё шло по плану. По тому самому плану, который казался таким простым в городе.
Свет мигнул и погас - просто выключился. Весь дом погрузился во тьму, остался только камин.
Лидия вцепилась в его руку.
- Это что…
- Пробки, наверное, - сказал Кондратий, стараясь, чтобы голос звучал уверенно. - Старый щиток. Сейчас посмотрю.
Он взял телефон - фонарик. Пошёл в коридор, к щиту. Лидия осталась у камина, глядя в огонь.
Щиток был в порядке. Электричество просто пропало. Видимо, авария из -за сильного ветра.
Кондратий вернулся.
- Весь посёлок вырубили. Или линия где-то порвалась. Не переживай, тепло не пропадёт, котёл газовый. А электричество нам не нужно особо. Тем более, есть свечи.
Он сел рядом. Тишина стала ещё гуще. Теперь слышно было всё: как потрескивают дрова, как… шуршит что-то под домом.
Шур-шур-шур.
Будто кто-то ползёт по подполу. Медленно. Целенаправленно.
Лидия замерла.
- Ты слышишь?
Кондратий кивнул. Сердце колотилось.
-Мыши, - сказал уверенно.
Шуршание прекратилось.
Зато раздался стук.
Тук.
Пауза.
Тук-тук.
Лидия вскочила.
- Там кто-то есть!
Кондратий не верил глазам.
С обратной стороны окна на него смотрело лицо тёщи. Вытаращенные глаза, открытый в крике рот.
Кондратий всегда побаивался Клавдию Петровну. Не то чтобы боялся до дрожи - нет, Клавдия Петровна была женщиной энергичной, но в их жизнь не лезла. Однако в ней было что-то стальное: взгляд, которым могла прожечь насквозь, будто строгая дама знала о нём что -то, о чём даже он не в курсе.
Кондратий отступил назад, споткнулся о диван, упал. Телефон вылетел из пальцев, фонарик погас, и теперь помещение освещал только камин.
В голове крутилось: как она здесь оказалась? Они же с тестем в городе. Он сам вчера звонил - на всякий случай спросить, не собираются ли на дачу. "Что там сейчас делать" - удивилась тёща.
А теперь она здесь. И смотрит прямо на него.
Лидия не переставая визжала.
Кондратий почувствовал, как в животе всё сжалось в ледяной ком
Царап-царап-царап.
-ОНА ХОЧЕТ ВОЙТИ, - кричала в смертной тоске Лидия.
Ветер завыл сильнее. Ели за окном закачались, будто хохотали.
В комнате сидели, вцепившись друг в друга, несостоявшиеся любовники.
Стук.
-Не открывай ей! Это ведьма! - Лидия, похоже, спятила.
-Это не ведьма, - прошептал Кондратий. - Это гораздо хуже.
ТРЕССССК!
Стекло пошло трещинами.
Тёща целеустремлённо пёрла внутрь.
ОКОНЧАНИЕ УЖЕ ВЫШЛО
НОМЕР КАРТЫ ЕСЛИ БУДЕТ ЖЕЛАНИЕ СДЕЛАТЬ ДОНАТ 2202 2005 4423 2786 Надежда Ш.