-Ты совсем меня забросила, - скорбно молвил Кондратий, как человек, которого забыли в гардеробе в девяносто восьмом.
-Прости, пупсик, - оправдывалась супруга, натягивая куртку, - Лерка попросила посидеть с Лапулём, они с сыном хотят в кафе отправиться. А хочешь, вместе пойдём? Поможешь мне с младенчиком.
-Он такой маленький, - испугался супруг, - Всё время боюсь, что оторву что-нибудь. У него же всё… на честном слове.
Жена побледнела.
-Ладно, пока действительно, рано тебя подпускать. Пусть подрастёт. И всё-таки ты дедушка, не забывай. Мне вот в радость побыть с ним, он такой милый.
Дедушка.
ДЕДУШКА.
Дед.
Слово ударило как кувалда.
Кондратию недавно исполнилось сорок семь, и только сейчас он понял, что это не "ещё не поздно", а уже "ну, в принципе, всё. Пенсия, возрастные болячки, кладбище". Возраст, в котором тело ещё шевелится, а нормальная жизнь уже машет ручкой с другого берега.
А рядом - жена. Единственная. Первая. Последняя.
За всю жизнь - одна женщина.
Одна.
Он даже не знает, как это - другая. Как пахнут другие волосы, как звучит другой смех в постели - это не то, что всю жизнь просыпаться рядом с одним и тем же человеком.
Не то чтобы он хотел изменить. Нет. Измена - это грязно, это враньё, это потом смотреть в глаза и врать дальше.
А вот любопытство... любопытство - это другое.
Сначала - в голове просто мысль: "А интересно, бывает ли по-другому?" Потом - картинка: какая-нибудь симпатичная женщина с хорошей фигурой смеётся над его шуткой в кафе. Потом - уже фантазия: рука на бедре, чужая кожа, чужой запах.
"Я же люблю её. Она замечательная. Она со мной всю жизнь. А я тут... фантазирую, как последний каааазёл".
Но любопытство не уходило. Оно обосновалось внутри, как заноза, и шептало:
"Ты же не изменяешь. Ты просто хочешь знать. Один раз. Чтобы понять, что упустил. Или что не упустил ничего. Чтобы закрыть эту дверь навсегда.
Кондратий вздохнул и посмотрел в окно. Там жена уже выходила из подъезда - бодрая, в яркой куртке, спешила к Лерке и Лапулю.
А он остался. Дедушка. С единственной женщиной за всю жизнь.
И с мыслью "Ещё немного - и всё. А я даже не знаю, каково это - другая".
И усмехнулся горько.
Он всю жизнь был верным. А теперь, когда верность уже почти не имеет значения - потому что скоро вообще ничего не будет иметь значения, - теперь-то и захотелось попробовать.
Поздно, Кондратий. Поздно, пупсик.
Или....Не поздно?
Он постарался выбросить из головы подлую мыслишку.
Но оказалось, она засела внутри и принялась обживаться как назойливый родственник, которого легко впустить, но невозможно выгнать.
На работе Кондратий сидел как списанный памятник самому себе. Экран светился, документы лежали, жизнь делала вид, что идёт, но внутри было ощущение, что его аккуратно сняли с маршрута и поставили в депо.
Вошла Лидия, его подчинённая, с папкой документов.
- Кондратий Петрович, вот отчёты по кварталу, - сказала, кладя папку на стол.
Он вдруг заметил, что её голос был мягким, как подушка, в которую хочется уткнуться лицом и зарыдать. - Вы сегодня какой-то... потерянный. Всё в порядке?
Кондратий поднял голову.
Обычно подчинённые себя так с ними не вели.
Он не терпел фамильярности и требовал субординации, иначе ведь на шею сядут.
Ему резко расхотелось делать внушение.
И как он раньше не замечал, что Лида - интересная женщина? Стройная, с гладким личиком, длинными волосами (почему жена остригла свои, он же просил....), и всегда на каблучках.
Очень, очень красива. Интересно, сколько ей? Лет тридцать пять - самый лучший возраст для женщины.
Утром Лидия с отчаяньем рассматривала новую морщинку. "Откуда ты взялась, с...ка?" подумала, намазывая крем, который обещал "вечную молодость", но на деле просто делал кожу жирной. Сверху - тональником. Пока помогает, но скоро уже всё.
А килограмм? О, этот подлый килограмм, который прилип к ней, несмотря на диету - ту самую, где она жевала салатные листья, и пила воду литрами, чтобы обмануть желудок. Но тело предало: плюс один кило за сутки, как напоминание, что метаболизм ушёл на пенсию раньше неё.
Ей сорок два.
"Скоро", - обречённо подумала она. - Станция Климовск. Поезд её жизни уже давно проехал "Надежды", "Возможности", "А вдруг". "Следующая остановка - Климовск. Конечная".
Муж - один на всю жизнь. Страсть давно прошла. Нет, у них по-прежнему нормальные отношения, уважение друг к другу - всё есть. Нет только той искры, которая была когда - то.
Месяц назад восемнадцатилетний сын отправился на съёмную квартиру - "Мама, я взрослый, хочу жить своей жизнью". Ушёл, оставив пустую комнату и эхо в груди, как в заброшенном доме. Странное дело - муж нисколько не переживал. Он оплатил студенту квартиру, и помог довести вещи со словами "Всегда на нас рассчитывай". А у неё как кусок сердца вырвали.
Она и сама не знала, почему вырвалась панибратская фраза.
Сейчас начальник её по стенке размажет.
Почему он молчит?
Их взгляды встретились.
Кондратий посмотрел на неё впервые не как начальник, а как пассажир того же маршрута.
И узнал.
Узнал сразу.
-У тебя тоже, я смотрю, не всё хорошо, - осведомился, втягивая пузо. - Может, поделишься?
Что не прошло незамеченным Лидией.
И она решилась.
-Я замужем, и мужа люблю. Но один раз - не измена, ведь так? Один-единственный. Без обязательств. Без звонков потом. Без "а что дальше?".
Кондратий медленно кивнул, будто тело ему уже не принадлежало.
Лидия выпрямилась. Улыбнулась ещё раз - уже не робко, а спокойно, как человек, который только что подписал договор с дьяволом и понял, что это был лучший контракт в его жизни.
И всё-таки Лидия чуть было не позвонила начальнику с извинениями и отказом.
Она взяла телефон...
-Где моё пиво, - зудел супруг, роясь в холодильнике...
-Прямо перед твоим носом, - рявкнула Лидия.
Чавк чавк чавк.
-Ты не можешь жрать потише? Куда в тебя столько лезет!
Вместо ответа супруг задумчиво почесал филейную часть и открыл новую банку с пивом. Сделал бутерброд.
ЧАВК ЧАВК ЧАВК
Он что, издевается?
На благодушном обширном личике супруга было написано искреннее удовольствие от процесса поглощения пищи.
Бульк бульк бульк, - жадно пил муж, и женщину передёрнуло от отвращения....
-Прекрати сейчас же! У тебя уже пивной живот и грудь больше моей!
-Ну дык любая грудь будет больше твоей, - пожал плечами муж. - Пиво - это здорово, от него женщины хорошеют на глазах. Иди ко мне, моя ты мозгоклюечка....Только баночку ещё выпью, чтобы ты стала похожей на Памелу Андерсен...
Пожалуй, она не передумает.
Кондратий украдкой изучал отзывы отелей на час.
"В кровати оказались насекомые, которые живут не на голове, а сами понимаете где. Отель ими заражён. Хорошо, успел вывести до приезда жены из командировки. Олег. Верный муж".
"Матрац в пятнах, как карта сокровищ, только сокровища здесь никто не ищет. Зеркало на потолке треснутое - видимо, предыдущий клиент не выдержал вида самого себя в процессе. Простынь вся в чужих волосах. Любовник из-за этого не смог привести себя в боевое состояние, пришлось включить телевизор, чтобы создать атмосферу. Название фильма намекало: "Уж имеют так имеют" - оказалось - канал - "Россия 24". Отвратительное обслуживание, больше сюда не придём. Ольга, любящая жена".
"Слышимость такая, что рукоплескали парочке из соседнего номера. Мужик очень быстро восстанавливался, прям позавидовал. Никодим. Недолюбленный муж".
Хм.
А зачем ехать в отель на час, если можно провести время в более расслабляющей обстановке? У тёщи и тестя есть дача. Семидесятилетние, не по возрасту бодрые родственники построили небольшой, но современный дом с камином. Сейчас там, естественно, пусто. Ключи у него есть. Лучше расположиться в знакомой обстановке, на удобной кровати, чем идти в отель, где расслабиться скорее всего не получится.
А на даче - получится.
Лидия обрадовалась.
-Это судьба, мой как раз в командировку уезжает. Могу даже на всю ночь.
Да, ночью будет лучше всего.
-В командировку? - удивилась жена.
-Ненадолго. Утром приеду, - ласково сказал супруг, - Люблю тебя.
Вечером автомобиль вёз грешников на дачу.
В багажнике -бутылка с шампанским, колбаса, мясо, сыр, тортик, постельное бельё.
В голове -видимо, опилки.
ПРОДОЛЖЕНИЕ УЖЕ ВЫШЛО
НОМЕР КАРТЫ ЕСЛИ БУДЕТ ЖЕЛАНИЕ СДЕЛАТЬ ДОНАТ. 2202 2005 4423 2786 Надежда Ш.