Сама она признается, что ищет в режиссуре то, что способно пробивать броню и разные футляры, за которыми все любят в наше время прятаться. Ищет язык, которым сегодняшнему театру проще говорить со зрителем о чувствах и о хрупкости мира человека, которого волнуют лишь карьера и благополучие.
Популярность режиссера растет, у нее премьера за премьерой. Потому что она, как никто понимает, что роль искусства по-прежнему очень важна, но этот мир все стали ощущать абсолютно по-новому. Старый привычный язык не работает, нужно всегда находить что-то новое, чтобы встроиться в это другое мироощущение зрителей.
Не случайно, будучи известным мастером сцены, имея свой курс в ГИТИСе, она поступает в аспирантуру и планирует заняться диссертацией на тему «Многомерность современного театра: от символа до нейротехнологий». А где «нейротехнологии», там сразу вспоминается и модный ныне искусственный интеллект. Современному театру без него не обойтись.
Нина Чусова – имя, которое в современном российском театре вызывает бурные дискуссии, восхищение или порой недоумение. Ее режиссерский почерк узнаваем мгновенно: это всегда смелый, провокационный, часто шокирующий взгляд на классику и современность. Но за яркой режиссурой скрывается не менее мощная и самобытная драматургия, которая является фундаментом ее театральных экспериментов. В чем же заключаются ключевые особенности драматургии Нины Чусовой?
Прежде всего, в постдраматической театре обнаруживается деконструкция как переосмысление классики: Чусова не боится прикасаться к великим произведениям. Ее драматургия – это не пересказ знакомых сюжетов, а их радикальное переосмысление. Она вынимает из классических произведений самые острые, болезненные и актуальные темы, обнажая их до нерва. Например, «Маскарад» в театре Российской армии. В этом спектакле все говорит о том, что это новый способ вести диалог со зрителем. Режиссёр смогла в одном спектакле соединить вкусы искушенных театралов, любителей ТВ и кино, знатоков произведений М. Ю. Лермонтова. Включение в текст пьесы стихотворения «И скучно, и грустно…» выполнено виртуозно как камертон всей сценографии и идейного содержания спектакля.
В приеме смещение акцентов, когда главными героями могут стать второстепенные персонажи, чьи истории ранее оставались в тени. Или же, наоборот, центральные фигуры подвергаются беспощадному анализу, их мотивации ставятся под сомнение. В изменении фабульных сцен – во всем заложен авторский режиссерский взгляд, обнажающий как вечные проблемы, так и современные противоречия нашей жизни.
Чусова смело переносит действие в современные реалии, используя актуальный язык, образы и контексты. Это позволяет зрителям увидеть в классических историях отражение собственных проблем и страхов.
Режиссер тонко использует иронию и гротеск для усиления эмоционального воздействия и подчеркивания абсурдности происходящего. Например, костюмы в спектакле «Маскарад».
Все это позволяет режиссеру провести исследование темных сторон человеческой природы: предательства, одержимости, ревности, мести. Ее персонажи – это не идеализированные герои, а живые люди со своими страстями, комплексами и пороками. Несмотря на внешнюю эпатажность, Чусова уделяет большое внимание психологической достоверности своих героев. Она умеет показать, как внутренние конфликты и травмы влияют на их поступки и судьбы.
Провокация как инструмент: шокирующие сцены и диалоги – это не самоцель, а инструмент для вывода зрителя из зоны комфорта, заставляющий его задуматься над сложными моральными дилеммами. Образ лабиринта в спектакле – связующее звено всех фабульных сцен.
Режиссер использует метафору лабиринта, чтобы показать, что человек постоянно ищет истину, прямого пути здесь нет, приходится блуждать в лабиринте, который к тому же ограничен пределами. Поиск истины –бесконечный процесс, мир полон загадок, которые люди должны разгадывать, но разгадки не существует.
Поэтичным и метафоричным является ее сценический язык образов, Чусова умеет создавать удивительно красивые и глубокие метафоры, которые проникают в самое сердце. Ее спектакли часто становятся зеркалом нашей эпохи, отражая ее противоречия, страхи и надежды. Поэтому Чусова не дает готовых ответов, а скорее ставит вопросы, провоцируя зрителя на размышления и диалог.
Работая в разных жанрах, режиссер экспериментирует с формой, наполняет своим пониманием противоречивого мира художественные образы. Ей подвластны разные жанры. За последние несколько лет поставила более 20 спектаклей, среди которых: «Гедда Габлер» в «Сатириконе», «Тартюф» во МХАТе, «Гроза» в «Современнике», «Крошка Цахес» в Театре им. Моссовета и мюзикл «Екатерина Великая» в Свердловском театре музкомедии. Она даже режиссировала оперу «Питер Пэн» в Большом театре в 2024 г. В этом году попробовала свои силы в создании рок-н-ролл мюзикла «Девчата». Такое разнообразие жанровых решений вовсе не означает, что режиссер мечется, думаю, что это поиск синтеза форм современного драматического театра.
Чтобы понять феномен мастерства Нины Чусовой, думаю, надо смотреть разные ее работы, я пока видела не все. Буду признательна, если кто-то из читателей видел спектакли Чусовой и готов поделиться своими мыслями о театральных работах модного режиссёра.
Ирина Мурзак
филолог, литературовед, театровед, доцент Департамента СКД и Сценических искусств, руководитель программы "Театральное искусство, медиакоммуникации в креативных индустриях" ИКИ МГПУ