Началоhttps://dzen.ru/a/aQtSet6usUJOYpfW
Личина птицы - это побег. С ней стоит быть осторожными, чтобы не потерять себя, чтобы не потерять свой голос среди инстинкта. Но без птицы ведьма не полна, не цела – и ты, Алтея, поймешь это только тогда, когда преодолеешь страх.
Из неотправленного письма Агнии Лесик к внучке, восемь лет назад.
Алтея
Днем ранее
Я медленно продвигалась по лесу вперед, стараясь по мху на коре и направлению, в которое направлены стебли лебядяни, определить расположение озера. Мне казалось, что оно движется, перемещается – прячет себя от взгляда тогда, когда не хочет быть увиденным.
И я опасалась, что могу кружить вокруг него, в каких-то считанных шагах, и даже не подозревать, что сила где-то рядом. Раньше она бы меня вела – тянула бы едва заметной нитью, что с одной стороны привязана к птичьему нутру внутри, а с другой - к неведомому могуществу в озере.
Но все силы иссякли. Перевоплощение все еще ощущалось в костях: иногда вместо шага я испытывала желание взмахнуть руками и улететь, но подавляла его. Ноги были мне привычны, и рисковать, превращаясь снова, я не хотела.
Лес оставался тихим и пустым: деревня давно осталась позади, а до ближайшей Просянки еще оставалась миля ходьбы. Не было ни животных, ни птиц, ни духов детей, которых я надеялась увидеть. Если кто-то и знал об этой неведомой силе с озера хоть что-то - это были они. Они, и еще хранительницы – теперь три.
Позволят ли они мне взять силу?.. Сочтет ли меня Ютта достойной, или убедит других, что я заслуживаю только бесславную гибель в глубинах озера?
Когда тишина вокруг нарушилась, я заметила это сразу: сломалась ветка где-то за моей спиной, а потом послышались звуки неспешных, спокойных шагов. Я не знала, кто это был, и подозревала, что люди барона могли бродить по лесу, выискивая следующий участок для уничтожения.
Он забирал силу леса, извлекал из него не только чары, но и саму жизнь – и, вероятно, именно она и продлевала молодость лорду Астейду.
Я ускорила шаг и попыталась слиться с деревьями и землей: если мне удавалось это с животными, то что мешает мне избежать встреч с нежелательными людьми? Особенно, когда я в своей стихии, в своем лесу?..
Несколько шагов я прошла спокойно, и снова учуяла звуки за спиной – даже ближе. Это было едва заметное ощущение присутствия, но вместе с тем опасное. Как будто рядом была еще одна ведьма, умевшая скрывать себя так же хорошо, как и я.
Я оглянулась, но, как и ожидала, никого не увидела. Странное ощущение никуда не исчезло, но мне не оставалось ничего, кроме как попытаться его игнорировать и двинуться дальше. Макушка чесалась: словно кто-то не отрывал от моего затылка взгляда.
Но в какой-то миг я об этом почти забыла. Когда я прошла мимо нескольких кустов волчанки, наконец поняла, где же нахожусь - несколько шагов на запад, и за ольшаником мне откроется озеро.
Я замедлила шаг - ощущение, что за мной следят, никуда не исчезло, но как будто стало немного слабее. Отогнула ветку ольхи и словно переместилась в одно мгновение в ту ночь, когда я оказалась у озера впервые. Но сейчас я испытывала в нем острую потребность. И сейчас я должна была спешить, чтобы спасти близких мне людей.
Ноги похолодели от фантомного ощущения мокрого подола платья. Вода озера издалека ощущалась устойчивой, совсем неподвижной – как зеркало. Она отражала свет тоненького серпика лины так деликатно и четко, что я не могла отвести взгляда.
Я отклонила ветки и прошла к каменному берегу озера. Светлячки от моих шагов снова взлетели в воздух, окутывая меня золотистой дымкой, а потом…
Я не успела ни закричать, ни шевельнуться, ни отбиться: меня ухватили сзади крепкие, холодные руки, горло и рот зажали, волосы оказались в ловушке между чужими прядями. Сзади над ухом я почувствовала чужое дыхание – спокойное и уверенное.
- Ну здравствуй, ведьма.
Голос барона Астейда я узнала сразу. А потом и увидела его сбоку, когда он, с рукой, на которой сияло заклятие, обошел меня. Второй ладонью он все еще сжимал мою шею и волосы – так крепко, что я не могла вырваться.
Впрочем, я все же попыталась – резко дернулась вниз и вперед, но Астейд вцепился в волосы, длинными клоками свисавшие по спине, и кожа на лбу натянулась и загорелась. Я зашипела и дернулась еще раз – и тогда заклятие из второй руки Астейда ударило меня в живот.
Я ожидала мгновенной, сильной боли, и уже приготовилась к ней: приготовилась не издать ни единого звука и в миг, когда мужчина будет думать, что я слаба, вырваться из его рук. Но боли не было. Вместо нее появилось странное тепло, что вьющимися побегами потянулось по всему телу.
Вместе с теплом пришла странная вялость, головокружение – и уже через несколько мгновений я еле стояла на ногах, и хватка Астейда на волосах снова усилилась – и именно она была единственным, что поддерживало меня в вертикальном положении.
- Не советую сопротивляться, ведьмочка, – голос Астейда звучал, словно сквозь толщу воды, и даже так он казался сладким, как мед. - это все равно ничего не даст.
Он потащил меня вперед, и я едва нашла в себе силы переставлять ноги – это все равно было бы лучше, чем чтобы он тащил меня за волосы по земле. А в том, что именно так он бы и поступил, я не на миг не сомневалась.
Когда мы приблизились к берегу, а потом – и к мосткам, ведущим к самому центру озера, у меня в голове уже немного прояснилось. Туман из нее исчез, а тело словно стало только более сильным – я уже могла найти в себе силы стоять и постепенно опустилась на колени на самом краю досок. Астейд отпустил мои шею и волосы – очевидно, прекрасно понимал, что сбежать никуда мне не удастся.
А я не могла даже закричать – все мышцы вдруг стали ватными и совсем меня не слушались – я могла только снизу вверх смотреть, как Астейд отошел от меня и направился к берегу, что-то там разыскивая.
- Ты должна была послушаться меня, - сказал он издалека. Но вокруг было так тихо, что я услышала даже его тихий голос. - Должна была бежать, но сейчас уже поздно. Хотя, возможно, это и хорошо, что ты осталась. Возможно, лес примет такую жертву и наконец подчинится мне.
Я попыталась закричать, но из горла вырвалось только неясное, непонятное мычание. Жертву? О чем он говорил?
- Ты, вероятно, знала, куда идешь, - Астейд продолжал говорить, прогуливаясь по берегу и что-то внимательно разглядывая у себя под ногами. - Уже ходила к этому озеру? И я тоже. И я видел, что на глубине ужасный монстр, могучий демон, которого ты, очевидно, пыталась призвать, чтобы он встал против меня?
На мгновение я замерла и прекратила попытки двигаться или кричать. А и в самом деле, о чем Астейд говорил? Неужели?..
– Не знаю, как ты собиралась его контролировать, да и неважно, твой план провалился. Именно ты, а не я, станешь жертвой чудовищу. Как в легендах: молодая девица, которая задабривает зло на целый год.
Если бы я могла улыбнуться, я бы именно это и сделала. Астейд действительно был сумасшедшим дураком. Он боялся "чудовища" в озере, не знал, как можно им управлять, как можно повелевать чем-то столь древним и могучим и в то же время не понимал, что именно та магия, которую он так желал покорить, и была этим чудовищем.
Его ждала гибель - он не смог бы взять под контроль чары, если бы решился. Вот только позволить ему это сделать я все равно не могла, потому что не сомневалась, что тогда Астейд потащит нас всех в могилу за собой.
Барон же тем временем удовлетворенно остановился, словно нашел то, что искал, хоть я и пока не понимала, что именно. Он наклонился и поднял что-то большое с земли, а потом двинулся назад, ко мне.
Только когда он приблизился на несколько шагов, я поняла, что он держал – это был большой, тяжелый камень, и у меня начала расползаться паника. Я еще не знала, что именно барон собирался делать, но не сомневалась, что мне это не понравится.
Тело рвалось бежать, биться, кричать – а я же могла шевелить только глазными яблоками. И от этого неотвратимого приближения мужчины, которого я не могла остановить, с которым я не могла ровным счетом ничего сделать, становилось только страшнее.
Я должна была что-то сделать.
Шевельнуть пальцем.
Подняться.
Бежать.
Вместо этого я и дальше сидела, чувствуя, как холодный пот катится по спине. Руки дрожали от страха, но все еще оставались мне неподвластными: словно сознание заперли в слишком тесной, страшной клетке. Раньше я боялась своего тела и того, на что оно было способно, но еще никогда оно не становилось моим лютым врагом.
Камень опустился на доски прямо рядом с моими ногами, и барон потянулся к своей шее. Пальцами элегантно взялся за край длинного шелкового галстука и развязал его.
А потом присел передо мной и откинул край юбки с моих ног.
Внутри все похолодело, я дернулась сильнее, сильнее, сильнее! Нога сдвинулась совсем чуть-чуть-почти незаметно для человеческого глаза. А потом на меня мгновенно накатилась такая слабость, что даже мысль о том, чтобы попробовать двигаться снова, причиняла страшную боль.
Но мышцы внутри скрипели и скрипели от напряжения и боли, а я пыталась вырваться из-под власти заклятия – даже когда чувствовала его страшный вес и неотвратимость, когда заранее знала, что ничего не получится. Слишком много Астейд взял от леса – и это сделало его более могущественным, чем я могла представить.
Я захрипела и зазывала сквозь стиснутые зубы – жалкие, отвратительные мне самой звуки, но они давали хотя бы иллюзию того, что я еще себя контролирую, могу сопротивляться.
Астейд тем временем начал связывать мне ноги своим шелковым галстуком. Силы он не жалел – уже через считанные мгновения я почувствовала, как от ступней отливает кровь, как они становятся белыми, немеют и начинают болеть, а потом не болеть вовсе, и это казалось даже страшнее.
- Я бы в самом деле предпочел не делать этого, – сказал мужчина, поднимая ко мне лицо – подобное божественному, красивое, невинное лицо. Даже сейчас, на пороге своей смерти, я не могла увидеть в нем ничего отвратительного и это меня пугало не меньше невозможности шевельнуть ни одной конечностью. - Но ты должен понимать меня, как никто, Алтея.
Я не понимала его вообще. Но сказать об этом не могла. Астейд начал привязывать к моим ногам камень и даже когда он просто лежал рядом с моими ступнями, я уже чувствовала его вес, как он тянет меня вниз, на глубину.
– Я только думал, что ты окажешься чуть умнее твоей сумасшедшей бабушки, и поймешь, что нужно бежать, - говорил он дальше. - Но вы, Лесики, невероятно упрямы. И рано или поздно это должно было привести к проблемам, верно?
Астейд посмотрел на меня еще раз, а потом поднялся на ноги. Я все это время не прекращала попыток побороть заклятие – и с каждым мгновением оно наваливалось на меня еще большим весом.
Впрочем, мне удалось шевельнуть одной рукой, совсем чуть-чуть протянуть ее вперед, к связанным ногам. Лунный камень на перстне сверкнул, и Астейд мгновенно схватил меня за запястье.
– А вот это мне может понадобиться, - протянул он и снял с меня кольцо. Я забилась, как птица в клетке, но напрасно: помешать ему я никак не смогла.
Он покрутил перстень в руках, спрятал его в карман кафтана, как какую-то не стоящую ничего безделушку. Посмотрел в даль, и наклонился ко мне.
- Прощай, Алтея Лесик.
Я не успела даже вдохнуть. Руки Астейда столкнули меня в ледяную воду, и я начала падать вниз.
***
Светлейший лорд Астейд избрал кратчайший путь к Ясновцу. Он шел уверенно и быстро, но все же сделал одну остановку: чтобы подстрелить ворона, имевшего неосторожность случиться ему на пути.
Конечно, ведьма была мертва; в этом он не сомневался ни на мгновение. И все же глупые крестьяне будут рады увидеть еще одно доказательство, кроме перстня – и тогда преград на его пути уже не останется.
Чудовище на дне озера нельзя было ни покорить, ни приручить. Оно не знало жалости и милости. Именно в этот миг, когда он шел между ежевикой и шиповником, Алтея Лесик уже не дышала.
Барон удовлетворенно улыбнулся себе под нос.
Продолжение следует...