Мне сорок шесть лет. Женат на Марине пятнадцать лет. Ей сорок один. У нас двое детей — сын тринадцать лет, дочь десять.
Год назад в её компании сменилось руководство. Новый директор — Андрей Викторович, пятьдесят два года. Марина сразу стала про него рассказывать:
— Игорь, ты бы знал, какой он профессионал! Настоящий управленец!
Я кивал. Радовался, что ей нравится работа.
Но постепенно что-то начало меняться.
Когда я заметил первые признаки — и не придал значения
Раньше Марина приходила домой в шесть. Мы ужинали всей семьёй, разговаривали, смотрели фильмы. Обычная семейная жизнь.
Но с приходом нового директора график изменился. Сначала она стала задерживаться до семи. Потом до восьми. Потом до девяти.
— Марин, что за постоянные переработки? — спросил я однажды.
— Игорь, у нас сейчас очень напряжённый период. Новый директор меняет всю систему. Мне нужно быть в курсе всего.
— Но каждый день до девяти? Дети тебя не видят.
Она раздражённо:
— Я строю карьеру, Игорь. Или ты хочешь, чтобы я всю жизнь просидела на одной должности?
Я замолчал. Не хотел ссориться.
Потом начались командировки. Раньше Марина ездила раз в полгода. Теперь — каждый месяц.
— Андрей Викторович считает, что мне нужно больше практики на местах, — объясняла она.
Я молчал. Верил ей.
Когда я заказал столик на годовщину — и она не пришла
В сентябре была наша годовщина. Пятнадцать лет вместе. Я хотел отметить красиво.
Заказал столик в ресторане, где мы отмечали десять лет. Купил цветы, подарок. Даже костюм надел.
За час до встречи Марина позвонила:
— Игорь, прости, у меня срочное совещание. Не смогу прийти. Андрей Викторович собрал всех руководителей, обсуждаем новую стратегию.
Я сидел с телефоном в руках:
— Марина, сегодня наша годовщина. Пятнадцать лет. Ты серьёзно?
— Я понимаю. Но это важно для работы. Давай перенесём на завтра?
— На завтра?
— Ну да. Или на выходные. Игорь, не обижайся, пожалуйста.
Я повесил трубку. Сидел в ресторане один. С букетом роз. Смотрел, как другие пары смеются, целуются.
Официант подошёл:
— Извините, ваша спутница придёт?
— Нет, — ответил я. — Не придёт.
Я ушёл. Цветы оставил на столе.
Когда я случайно увидел их вместе — и понял всё
Через неделю после годовщины я ехал с работы домой. Остановился на светофоре у центра. Случайно взглянул в окно бара напротив.
И увидел их.
Марина и Андрей Викторович. Сидят за столиком, смеются. Она в новом платье, которого я не видел. Накрашена, причёска. Он наклоняется к ней, что-то говорит. Она смеётся.
Так она не смеялась со мной лет пять.
Я припарковался. Зашёл в бар. Подошёл к их столику.
Марина увидела меня — побледнела:
— Игорь... ты что здесь делаешь?
— Проезжал мимо. Увидел. Решил зайти.
Андрей Викторович протянул руку:
— Здравствуйте. Андрей Викторович. Вы, наверное, муж Марины?
Я не пожал руку:
— Да. А вы — её начальник, который устраивает совещания в баре?
Марина встала:
— Игорь, это действительно рабочая встреча. Мы обсуждаем...
— Обсуждаете? — я усмехнулся. — В пятницу вечером? В баре? В новом платье?
Она замолчала. Андрей Викторович тоже.
Я развернулся и ушёл.
Когда я нашёл билеты — и всё стало ясно
Вечером Марина вернулась домой поздно. Я сидел на кухне, ждал.
— Нам нужно поговорить, — сказал я.
Она села напротив:
— Игорь, это правда была рабочая встреча.
— В баре? В платье? С макияжем?
— Я хотела выглядеть презентабельно.
Я достал из кармана то, что нашёл утром в её сумке:
— А это что?
Два билета на самолёт. Москва — Барселона. На следующую неделю.
Она побледнела:
— Откуда у тебя это?
— Искал телефон зарядки. Нашёл в твоей сумке. Два билета, Марина. Два. Для тебя и Андрея Викторовича?
Она молчала.
— Это командировка, — тихо сказала она.
— Командировка в Барселону? На неделю? Вдвоём?
Она заплакала:
— Игорь, это не то, что ты думаешь...
— А что я думаю? — я встал. — Я думаю, что моя жена последние полгода живёт двойной жизнью. Я думаю, что она забыла про нашу годовщину ради бара с начальником. Я думаю, что она летит в Барселону не одна.
Она закрыла лицо руками.
— Я не изменяла тебе, — прошептала она.
— Ещё нет? — я усмехнулся. — Или уже да, но не хочешь признаваться?
Я ушёл из кухни. Лёг спать в комнате сына.
Что было дальше — и о чём я жалею
Мы прожили вместе ещё месяц. Молчали. Я спал отдельно. Дети чувствовали напряжение.
Потом Марина сказала:
— Игорь, мне нужно время разобраться в себе.
— Разбирайся, — ответил я. — Только не здесь.
Она съехала к родителям. Дети остались со мной.
Через два месяца я узнал: Андрей Викторович перешёл в другую компанию. Марину не взял. Роман, если он был, закончился.
Месяц назад она написала:
"Игорь, можем встретиться? Поговорить?"
Я не ответил.
Потому что не знаю, что говорить женщине, которая променяла пятнадцать лет на иллюзию карьерного роста и романтику с начальником.
Жена — карьеристка-эгоистка, которая предала мужа и семью ради начальника, или она просто хотела реализоваться, а муж задушил её ревностью?
Мужчина прав, что выгнал её из дома, или он должен был простить и дать второй шанс ради детей?
Если женщина влюбляется в начальника и ставит карьеру выше семьи — это её выбор и право, или это предательство, за которое нет прощения?
А может, муж сам виноват, раз не смог удержать жену, и она искала внимания на стороне?