Раиса Михайловна сидела на кухне и раскладывала пасьянс, когда услышала звонок в дверь. Женщина встала, прихрамывая на больную ногу, и открыла. На пороге стояла её внучатая племянница Инна с большим пакетом в руках.
— Тётя Рая, привет! Принесла тебе гостинцев, — улыбнулась девушка, протягивая пакет.
Раиса Михайловна пропустила её в квартиру. Инна приходила редко, обычно когда ей что-то было нужно. Сейчас она выглядела необычайно радушной, что сразу насторожило старую женщину.
— Проходи, садись. Чай будешь?
— С удовольствием.
Они расположились на кухне. Инна рассказывала о своей работе, о новом парне, о планах на будущее. Раиса Михайловна слушала вполуха, думая о том, зачем на самом деле пришла племянница. Обычно после получаса светской беседы следовала просьба одолжить денег.
— Слушай, тёть Рай, а у тебя сиделка хорошая? — вдруг спросила Инна.
— Валентина? Замечательная женщина. Помогает мне с уборкой, в магазин ходит, лекарства покупает.
— А давно она у тебя работает?
— Месяца три уже. А что?
Инна пожала плечами.
— Просто интересно. Говорят, с сиделками надо быть осторожнее. Мало ли что. Вдруг что-то украдёт.
Раиса Михайловна нахмурилась.
— Валентина не воровка. Я ей доверяю полностью.
— Ну, ты так говоришь, а проверяла? Может, уже что-то пропало, а ты не заметила?
— Инна, к чему ты клонишь?
Девушка допила чай и встала.
— Ни к чему. Просто предупреждаю. Береги свои вещи, тётя Рая. Ладно, мне пора бежать. Заглянула просто так, проведать тебя.
Она ушла, оставив Раису Михайловну в смутном беспокойстве. Зачем Инна заводила разговор про сиделку? Что она имела в виду?
Валентина пришла на следующее утро. Женщина лет пятидесяти, скромная и трудолюбивая. Она помыла полы, протерла пыль, сходила в магазин. Раиса Михайловна наблюдала за ней и думала о словах Инны. Нет, Валентина честная. Она в этом уверена.
Вечером позвонила дочь Раисы Михайловны, Зоя.
— Мама, ты не видела мои золотые серьги? Те, что с жемчугом?
— Какие серьги, Зоечка?
— Я оставляла у тебя в прошлом месяце. Помнишь, мы с тобой чай пили, я сняла их и положила на комод в спальне. Забыла забрать тогда.
Раиса Михайловна прошла в спальню, посмотрела на комод. Серьг не было.
— Не вижу их, дочка. Может, ты всё-таки забрала, а забыла?
— Нет, мам, я точно помню, что оставила. Поищи, пожалуйста.
Раиса Михайловна обыскала весь комод, заглянула в шкатулку с украшениями. Серьг нигде не было. Она позвонила дочери обратно.
— Не нашла, Зоя. Их точно нет.
— Странно, — озадаченно протянула дочь. — Куда они могли деться?
— Не знаю.
После разговора Раиса Михайловна решила проверить свои украшения. Открыла шкатулку и пересчитала всё. Золотое колечко с гранатом, которое подарил муж на годовщину, исчезло. И ещё браслет, старинный, доставшийся от бабушки.
Сердце забилось сильнее. Неужели и правда воровство? Но кто? У квартиры ключи только у неё, у дочери Зои и у Валентины. Зоя родная дочь, она никогда не возьмёт чужого. Значит, остаётся только сиделка.
Раиса Михайловна вспомнила слова Инны. Та словно предупреждала её. Неужели знала что-то? Или сама что-то заметила?
Она позвонила Валентине и попросила её прийти завтра утром пораньше. Нужно было поговорить серьёзно.
Валентина пришла ровно в девять утра. Раиса Михайловна встретила её на пороге.
— Валя, у меня к вам разговор. Проходите.
Они сели на кухне. Раиса Михайловна решила говорить прямо.
— У меня пропали украшения. Колечко и браслет из шкатулки. И серьги дочери, которые лежали на комоде.
Валентина побледнела.
— И вы думаете, что это я?
— Не знаю, что думать. Кроме вас никто не имеет доступа к квартире.
— Раиса Михайловна, я клянусь, я ничего не брала! — глаза сиделки наполнились слезами. — Я честно работаю, помогаю вам! Как вы можете так подумать?
— Тогда куда делись вещи?
— Не знаю! Может, вы сами куда-то переложили и забыли?
— У меня память ещё не совсем плохая. Я точно помню, где что лежало.
Валентина молчала, вытирая слёзы платком. Раиса Михайловна чувствовала себя ужасно. С одной стороны, вещи действительно пропали. С другой, обвинять человека без доказательств неправильно.
— Хорошо, — наконец сказала она. — Давайте подождём несколько дней. Может, найдутся.
Валентина кивнула и ушла, всё ещё всхлипывая. Раиса Михайловна осталась одна, мучаясь сомнениями.
Через час снова позвонила Инна.
— Тётя Рая, как дела? Всё в порядке?
— Инна, у меня украшения пропали. Ты ничего об этом не знаешь?
— Я? Откуда? — в голосе девушки прозвучало удивление. — Что пропало?
— Колечко, браслет, серьги Зоины.
— Ох, тётя Рая! Я же тебе говорила, сиделки они такие! Воруют направо и налево! Нужно в полицию заявление писать!
— Постой, я не уверена, что это Валентина.
— А кто ещё? Ты же сама говоришь, что она единственная, кто имеет доступ к квартире. Всё ясно как день!
Раиса Михайловна задумалась. Инна права, логика на её стороне. Но что-то внутри протестовало против этого вывода.
— Я подумаю.
— Думай-думай. А пока вещи продадут, и концов не найдёшь, — Инна бросила трубку.
Вечером приехала дочь Зоя. Раиса Михайловна рассказала ей обо всём. Зоя сидела на диване, нахмурившись.
— Мама, а помнишь, когда я последний раз была у тебя? Инна тоже заходила в тот день.
— Заходила, да. Ненадолго.
— А она в спальню не ходила?
Раиса Михайловна напряглась, вспоминая. Инна действительно заходила в спальню. Говорила, что хочет посмотреть на новую штору.
— Ходила, — медленно произнесла она.
— И сколько времени там пробыла?
— Минут пять, наверное. Может, больше.
Зоя встала и прошлась по комнате.
— Мама, мне кажется, дело не в Валентине. Инна слишком активно на неё указывает. Племянница украла у бабушки украшения и свалила на сиделку, такое сплошь и рядом бывает.
— Ты думаешь, Инна?
— Думаю. У неё всегда проблемы с деньгами. Она постоянно у кого-то занимает. И обрати внимание, она сама первая заговорила про сиделку, подозрения на неё навела.
Раиса Михайловна чувствовала, как всё встаёт на свои места. Действительно, Инна вела себя странно. Сначала предупреждала про сиделку, потом после пропажи сразу начала на неё указывать.
— Что делать?
— Давай пригласим Инну в гости завтра. Скажем, что нашли украшения. Посмотрим на её реакцию.
На следующий день Раиса Михайловна позвонила племяннице и пригласила на чай. Инна пришла через час, весёлая и беззаботная.
— Привет, тётя Рая! Что, нашлись твои украшения?
— Нет пока, — ответила Раиса Михайловна. — Но я хотела с тобой посоветоваться. Может, не стоит в полицию обращаться? Вдруг Валентина правда невиновна?
— Конечно стоит! — горячо возразила Инна. — Она же вор! Нужно наказать!
— Но доказательств нет.
— Какие ещё доказательства? У неё ключи, она одна могла взять!
Зоя вышла из спальни с телефоном в руке.
— Инна, а помнишь, ты приходила позавчера к маме?
— Ну, приходила. И что?
— И заходила в спальню.
Инна напряглась.
— Заходила. На штору посмотреть. Это запрещено?
— Нет, не запрещено. Но вот что интересно. У мамы в спальне камера стоит. Скрытая. Она её недавно установила для безопасности.
Раиса Михайловна удивлённо посмотрела на дочь. Никакой камеры не было. Но Зоя продолжала уверенным тоном:
— И на записи прекрасно видно, как ты открываешь шкатулку и берёшь украшения.
Инна побледнела как мел.
— Это неправда! Никакой камеры нет!
— Есть. И запись мы уже передали в полицию.
Наступила долгая тишина. Инна сидела, сжав кулаки, глядя в пол. Потом вдруг расплакалась.
— Простите меня! Я не хотела! Мне деньги очень нужны были! Долги огромные! Я думала, вы не скоро заметите! А на Валентину свалить легко будет, все поверят!
Раиса Михайловна почувствовала горечь. Родная племянница. Готова была подставить невиновного человека ради денег.
— Где украшения?
— Дома. Я ещё не продала. Верните, я всё верну!
— Принесёшь сегодня же. Всё до последней вещи. И больше в моём доме не появишься.
Инна кивнула, вытирая слёзы. Она ушла и вернулась через час с пакетом, где лежали все пропавшие украшения. Раиса Михайловна пересчитала, проверила. Всё было на месте.
— Уходи. И не звони больше.
Когда Инна ушла, Раиса Михайловна позвонила Валентине и извинилась за подозрения. Сиделка плакала от облегчения и благодарила за доверие.
— Знаете, Раиса Михайловна, самое страшное было не обвинение. А то, что вы могли поверить, что я способна на такое. Спасибо, что разобрались.
Вечером Зоя призналась, что никакой камеры нет.
— Я просто блефовала. Знала, что Инна испугается и признается.
— Ты молодец, доченька. Спасибо тебе.
Валентина продолжила работать у Раисы Михайловны. Они стали ещё ближе после этой истории. А Инна больше не появлялась. Её мать пыталась помирить их, но старая женщина была непреклонна. Некоторые поступки не прощаются. Особенно когда человек готов погубить невиновного ради собственной выгоды.
~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~
Мои Дорогие подписчики, рекомендую к прочтению мои другие рассказы: