Вернувшись с работы в среду вечером, Ксения застала на кухне сестру Олю. Та стояла у плиты, помешивая что-то в кастрюле, и напевала себе под нос знакомую мелодию. На столе были разложены продукты из холодильника Ксении, а на подоконнике красовался букет, явно принесённый из маминого сада.
— Привет, — сказала Оля, обернувшись. — Я борщ сварила, хватит на всех. Присоединяйся.
Ксения остановилась в дверях, глядя на сестру с непониманием.
— Как ты вошла? — спросила она, медленно снимая куртку.
— Ключом, — беззаботно ответила Оля. — Мама дала. Сказала, что тебе не трудно будет, если я буду иногда заходить. У меня же рядом работа, а обедать в столовой дорого.
Ксения почувствовала, как внутри что-то сжимается. Ключ. Мама дала ключ от её квартиры сестре, даже не спросив разрешения.
— Подожди, — Ксения подошла ближе. — Мама дала тебе мой ключ? Когда?
— На прошлой неделе, — Оля помешивала борщ, не замечая напряжения в голосе сестры. — Я к ней заехала, пожаловалась, что на обеды денег уходит много. Она и предложила: мол, Ксюша же работает допоздна, квартира пустует, заходи, готовь себе еду. Даже ключ запасной отдала, который ты ей оставляла на всякий случай.
Ксения молча прошла в комнату, бросила сумку на диван. Мысли путались. Тот запасной ключ она действительно оставила маме, когда въехала в эту квартиру. На случай, если потеряет свой или нужно будет передать что-то срочное. Но она никогда не говорила, что мама может распоряжаться им как захочет.
Она вернулась на кухню. Оля уже накрывала на стол, доставала тарелки из шкафа, будто это был её дом.
— Оль, послушай, — начала Ксения, стараясь говорить спокойно. — Я понимаю, что мама хотела помочь. Но это моя квартира. Я не давала разрешения на то, чтобы ты здесь находилась в моё отсутствие.
Оля удивлённо подняла брови.
— Ксюш, ну ты чего? Я же не ворую ничего, не порчу. Просто иногда захожу пообедать. Это же мелочь. Мы семья.
— Семья — это не повод нарушать чужие границы, — возразила Ксения. — Ты должна была спросить у меня, а не у мамы.
Оля поставила тарелку на стол с лёгким стуком.
— Знаешь, я думала, ты обрадуешься, — сказала она с обидой. — Борщ сварила, цветы принесла. А ты устраиваешь скандал.
— Я не устраиваю скандал, — Ксения почувствовала, как поднимается раздражение. — Я просто хочу, чтобы меня спрашивали, прежде чем распоряжаться моими вещами. Это нормально.
Оля фыркнула.
— Вот вечно ты такая, — сказала она. — Принципиальная. Квартирка у неё, видите ли, личное пространство. А то, что я каждый день на троих детей готовлю, на работу мотаюсь, денег не хватает — это не важно.
Ксения вздохнула. Разговор уходил не в ту сторону.
— Оля, твои трудности — это одно. Но ты не можешь просто так приходить в мою квартиру без разрешения. Верни ключ, пожалуйста.
Сестра обиженно сжала губы.
— Сама позвони маме и скажи, чтобы забрала, — бросила она, схватив сумку. — Я не собираюсь тебе ничего объяснять.
Она хлопнула дверью. Ксения осталась одна на кухне с полным столом еды, которую она не просила готовить. Села на стул, опустила голову на руки. Внутри была смесь растерянности и гнева.
Вечером она позвонила маме. Та ответила сразу, голос был бодрый, весёлый.
— Ксюша, привет, доченька! Как дела?
— Мам, — Ксения постаралась говорить ровно. — Почему ты отдала мой ключ Оле?
На том конце повисла недолгая пауза.
— А что такого? — удивилась мама. — Ты же редко дома, работаешь допоздна. А Оле надо где-то обедать. Я подумала, что тебе не жалко.
— Не жалко — это не значит, что можно не спрашивать, — возразила Ксения. — Мам, это моя квартира. Ты должна была сначала со мной посоветоваться.
Мама вздохнула, и в её вздохе послышалась обида.
— Вот ты как, — сказала она. — Сестре пожалеть не можешь. У неё трое детей, муж копейки получает. Тебе что, трудно поделиться?
— Мам, речь не о том, трудно или нет, — Ксения почувствовала, как теряет терпение. — Речь о том, что мой дом — это моё личное пространство. Я имею право решать, кто туда заходит и когда.
— Значит, для тебя семья — это чужие люди? — голос мамы стал холоднее. — Ксения, ты уже совсем забыла, откуда родом. Думаешь, раз своя квартира купила, можешь на всех плевать?
— Я ни на кого не плюю, — возразила Ксения, чувствуя, как внутри закипает. — Но я не обязана делиться своим жильём со всеми родственниками без разбора. Мам, верни мне ключ. Или попроси Олю вернуть.
— Не верну, — отрезала мама. — Пусть девочка пользуется, пока ей трудно. А ты успокойся и перестань быть эгоисткой.
Она бросила трубку. Ксения сидела с телефоном в руках, не веря, что это происходит наяву. Её мать, которая всегда учила уважать чужое мнение, сейчас нарушала её границы и ещё обвиняла в эгоизме.
На следующий день Оля снова пришла. Ксения вернулась домой и застала сестру в спальне. Та перебирала вещи в шкафу.
— Ты что делаешь? — резко спросила Ксения, останавливаясь на пороге.
— Ой, Ксюш, привет, — обернулась Оля. — Я тут подумала, может, у тебя есть какая-нибудь кофточка, которую ты не носишь. А то мне на собеседование идти, одеться не во что.
Ксения почувствовала, как по спине побежали мурашки. Сестра не просто пришла пообедать. Она рылась в её вещах.
— Выйди из моей комнаты, — сказала она тихо, но твёрдо. — Немедленно.
Оля удивлённо посмотрела на неё.
— Да ладно тебе, — отмахнулась она. — Я же ничего не беру без спроса. Просто посмотреть хотела.
— Я сказала: выйди, — повторила Ксения громче.
Оля обиженно вышла из комнаты. Они встали друг напротив друга в коридоре.
— Оля, отдай ключ, — потребовала Ксения. — Сейчас же.
— Не отдам, — упрямо сказала сестра. — Мама разрешила.
— Мама не имела права разрешать, — Ксения почувствовала, как голос дрожит от сдерживаемого гнева. — Это не её квартира. Отдавай ключ, или я вызову полицию.
Оля рассмеялась.
— Полицию? На родную сестру? Да ты совсем спятила. Жди, сейчас маме позвоню, пусть с тобой поговорит.
Она достала телефон, но Ксения выхватила его из рук.
— Никому ты не позвонишь, — сказала она. — Ты сейчас отдашь мне ключ и уйдёшь. Иначе я действительно вызову полицию и заявлю о незаконном проникновении в жилище.
Оля побледнела.
— Ты серьёзно? — прошептала она. — Ксюш, ну мы же сёстры.
— Сёстры не лезут в чужие шкафы без разрешения, — холодно ответила Ксения. — Ключ. Сейчас.
Оля помедлила, потом полезла в сумку, достала ключ, бросила на стол.
— На, бери свой драгоценный ключ, — сказала она со слезами в голосе. — Раз мы для тебя чужие.
Она выбежала из квартиры, хлопнув дверью. Ксения взяла ключ, сжала в руке. Внутри было чувство, будто она предала кого-то. Но одновременно — облегчение. Её дом снова принадлежал только ей.
Вечером позвонила мама. Голос был ледяным.
— Ты Олю обидела, — сказала она без приветствия. — Девочка пришла вся в слезах. Говорит, ты её выгнала, угрожала полицией.
— Я не выгоняла, — устало ответила Ксения. — Я попросила вернуть ключ от моей квартиры. Которую ты отдала ей без моего разрешения.
— Без разрешения! — возмутилась мама. — Ты что, совсем? Я твоя мать. У меня есть право помогать твоей сестре.
— Есть, — согласилась Ксения. — Но не за мой счёт и не в моём доме. Мам, ты нарушила мои границы. Ты отдала чужой ключ, не спросив. Это неправильно.
Мама вздохнула так, будто Ксения сказала что-то невероятно глупое.
— Границы, — повторила она с насмешкой. — Вот понаберутся этих модных слов из интернета и думают, что умнее всех. Ксения, в нашей семье всегда делились всем. Помогали друг другу. А ты решила стать этой… как её… индивидуалисткой.
— Я не индивидуалистка, — возразила Ксения. — Я просто хочу, чтобы меня уважали. Чтобы спрашивали моё мнение, прежде чем распоряжаться моими вещами.
— Уважали! — повторила мама. — А ты Олю уважаешь? Ей тяжело, она одна с детьми мается, мужа почти не видит. Ей нужна помощь. А ты думаешь только о себе.
Ксения почувствовала, как внутри наворачиваются слёзы.
— Мам, я готова помогать Оле, — сказала она. — Если она попросит. Я могу дать ей денег на обеды, могу пригласить к себе, когда я дома. Но я не хочу, чтобы она заходила без предупреждения и рылась в моих вещах. Это нормальное желание.
Мама помолчала, потом сказала тише:
— Ксюша, ты стала какая-то чужая. Раньше ты была добрая, отзывчивая. А теперь... Жалко на тебя смотреть.
Она повесила трубку. Ксения осталась сидеть на диване, глядя в пустоту. Внутри была пустота, смешанная с обидой. Её обвиняли в эгоизме за то, что она защищала свои границы.
Она написала подруге Лене, рассказала ситуацию. Та ответила почти сразу: «Ты правильно сделала. Это твоя квартира, твоё пространство. Никто не имеет права туда лезть без разрешения. Даже родня».
Эти слова немного успокоили. Ксения поняла, что не одна. Что есть люди, которые её поддерживают.
Прошла неделя. Мама не звонила, Оля тоже молчала. Ксения чувствовала себя изгоем. На семейном чате, где обычно обсуждали новости, воцарилась тишина. Будто её вычеркнули.
Однажды она встретила на улице тётю Галю, мамину сестру. Та остановилась, но вид у неё был не очень дружелюбный.
— Здравствуй, Ксюша, — сказала она сухо. — Слышала, ты с мамой поссорилась.
— Не поссорилась, — возразила Ксения. — Просто не согласна с тем, как она поступила.
Тётя Галя покачала головой.
— Знаешь, Ксюш, — сказала она, помолчав. — Я тебя понимаю. Твоя мама иногда перегибает. Думает, что раз она мать, то может всё. Но ты тоже не права. Надо было по-человечески поговорить, объяснить, а не устраивать скандал.
— Я и говорила, — устало ответила Ксения. — Но меня не слушали.
Тётя вздохнула.
— Поговори ещё раз. Спокойно. Мама обиделась, но она отойдёт. Только не молчи. Молчание хуже ссоры.
Ксения задумалась. Может, тётя права? Может, стоит ещё раз попробовать?
Вечером она поехала к матери. Та открыла дверь, увидела дочь, лицо напряглось.
— Зачем пришла? — спросила она, но впустила в дом.
Они сели на кухне. Ксения сделала глубокий вдох.
— Мам, давай поговорим нормально, — начала она. — Без обид и упрёков. Я хочу, чтобы ты меня поняла.
Мама молча налила чай, пододвинула дочери чашку.
— Говори, — коротко сказала она.
— Мам, я не против помогать Оле, — объяснила Ксения. — Я понимаю, что ей тяжело. Но я хочу, чтобы меня спрашивали. Та квартира — это моё личное пространство. Там я отдыхаю, живу, чувствую себя в безопасности. Когда туда кто-то заходит без предупреждения, я чувствую, что меня нарушают.
Мама слушала, не перебивая.
— Я отдала Оле ключ, потому что думала, тебе всё равно, — наконец сказала она. — Ты же почти не бываешь дома. Работаешь допоздна. Квартира пустует. Зачем ей простаивать, если Оля может пользоваться?
— Потому что это моё, — терпеливо объяснила Ксения. — Мам, представь, что кто-то без спроса зашёл в твой дом и начал там хозяйничать. Тебе было бы приятно?
Мама нахмурилась, задумалась.
— Нет, — призналась она. — Наверное, нет.
— Вот и мне неприятно, — кивнула Ксения. — Я не жадная. Я готова помочь Оле, но на моих условиях. Если она хочет иногда заходить — пусть предупреждает заранее. Я дам ей ключ, когда мне это удобно. Но не так, чтобы она приходила в любое время без разрешения.
Мама помолчала, потом вздохнула.
— Ладно, — сказала она. — Может, я и правда погорячилась. Не подумала, что тебе неприятно. Извини.
Ксения почувствовала, как внутри отпускает напряжение.
— Спасибо, мам, — тихо сказала она. — Мне важно было, чтобы ты поняла.
Они выпили чай, поговорили о других вещах. Мама рассказала про соседку, которая снова затеяла ремонт, про урожай на даче. Постепенно атмосфера потеплела.
— А Оле я сама помогу, — сказала Ксения перед уходом. — Дам денег на обеды или приглашу к себе, когда буду дома. Но чтобы всё было по-честному. По согласию.
Мама кивнула.
— Хорошо, — согласилась она. — Так будет правильнее.
Ксения позвонила Оле на следующий день. Сестра ответила настороженно.
— Слушаю, — холодно сказала она.
— Оль, давай встретимся, — предложила Ксения. — Поговорим.
Они встретились в кафе. Оля сидела с напряжённым лицом, ждала, что сестра скажет.
— Оль, прости, если была резкой, — начала Ксения. — Но мне правда было неприятно, что ты заходила без предупреждения. Давай договоримся: если тебе нужна помощь — говори прямо. Нужны деньги на обеды — я дам. Нужно где-то посидеть, переждать — звони заранее, я открою. Но без ключа. Хорошо?
Оля помолчала, потом кивнула.
— Хорошо, — согласилась она. — Я тоже не хотела ссориться. Просто мне казалось, что раз ты редко дома, то тебе всё равно.
— Не всё равно, — мягко сказала Ксения. — Это мой дом. Мне важно чувствовать, что он принадлежит мне.
Они помирились. Оля больше не просила ключ, а Ксения действительно стала помогать: давала денег, иногда приглашала сестру в гости, вместе готовили еду. Но всё было по договорённости, по согласию.
Мама больше не вмешивалась. Она поняла, что у дочери есть право на личное пространство. И это сделало их отношения проще, честнее.
Ксения поменяла замок на всякий случай. Запасной ключ оставила у подруги Лены, которой доверяла. Теперь она возвращалась домой с уверенностью, что её там никто не ждёт без предупреждения. И это было правильно.
Подписывайтесь, чтобы видеть новые рассказы на канале, комментируйте и ставьте свои оценки.. Буду рада каждому мнению.