Найти в Дзене
Сайт психологов b17.ru

«Худоба, ты моя худоба»

Как формируют наше тело эмоциональная среда и социальные контракты. В прошлых постах в своём телеграм-канале я достаточно много говорил о контракте, который мы неосознанно заключаем с реальностью, о нашем восприятии несправедливости и равенства.
Но теория всегда остается лишь теорией, пока вы не увидите, как эти механизмы работают в жизни конкретного человека. Как решение «быть хорошим» и удобным буквально формировало анатомию человека, его тело и его возможности. На публикацию получено разрешение В качестве примера поделюсь с вами одной историей из практики. Мужчина, 35 лет. Возраст, когда мужчина, по идее, должен был находиться на пике своих жизненных сил, реализовывать амбиции и активно строить жизнь.
Но передо мной сидел совсем другой человек — с выраженным астеническим неврозом. Худой, даже как будто сухой. Но это была не та здоровая, функциональная сухость спортсмена или выносливого трудяги. Это была какая-то утончённая хрупкость болезненного юноши.
При этом Виктор (назову ег

Как формируют наше тело эмоциональная среда и социальные контракты.

В прошлых постах в своём телеграм-канале я достаточно много говорил о контракте, который мы неосознанно заключаем с реальностью, о нашем восприятии несправедливости и равенства.

Но теория всегда остается лишь теорией, пока вы не увидите, как эти механизмы работают в жизни конкретного человека. Как решение «быть хорошим» и удобным буквально формировало анатомию человека, его тело и его возможности.

На публикацию получено разрешение

В качестве примера поделюсь с вами одной историей из практики. Мужчина, 35 лет. Возраст, когда мужчина, по идее, должен был находиться на пике своих жизненных сил, реализовывать амбиции и активно строить жизнь.

Но передо мной сидел совсем другой человек — с выраженным астеническим неврозом. Худой, даже как будто сухой. Но это была не та здоровая, функциональная сухость спортсмена или выносливого трудяги. Это была какая-то утончённая хрупкость болезненного юноши.

При этом Виктор (назову его так), с его слов, знал, в чём проблема, и делал всё «правильно». Он рассказывал, что регулярно ходил в зал, как пытался тренироваться, как что-то там тягал. Но как только мы начали разбирать его процессы чуть внимательнее, то сразу стало заметно вот что — это была чистой воды имитация бурной «спортивной» деятельности.

По факту он не стремился создать режим питания для набора массы, он интуитивно избегал тех видов нагрузок, которые могли бы дать реальный прирост. Он создавал своего рода иллюзию борьбы с недостаточным весом, чтобы оставаться вот таким — «тонким и звонким».

Почему так происходило? Зачем взрослому мужчине было саботировать собственное развитие? Ответ, как это часто бывает, крылся в той семейной системе, откуда он был родом.

Виктор рос в среде, где мужской фигуры как таковой не существовало. Деда в его жизни не было, отца тоже (и кем он был — всегда оставалось тайной, «мне не рассказывали»), а образ «настоящего мужика» существовал только как некий мифический, недостижимый идеал где-то там, в телевизоре.

И до этого образа Виктор, конечно же, никогда не дотягивал. Ведь до идеала дотянуться в принципе невозможно, особенно когда в реальности нет той опоры, на которую хочется походить.

Потому что в реальности были только женщины. Женщины, которые любили и заботились как могли и как умели. Бабушка — авторитарная и строгая, в силу собственной тревожности. Мама — податливая, послушная, занимающая в семейной иерархии скорее роль «старшей сестры», чем родителя (вероятно, потому и не имевшая больше связей после рождения сына). И он — маленький мальчик, которого любила и баловала «сестрёнка» и воспитывала строгая «мама», для которой эта «сестрёнка» его и родила.

Реальной властью и авторитетом в этой семье обладала только бабушка. Она искренне, по-своему, любила «сына»-внука и так же искренне беспокоилась о том, что он, по её мнению, недостаточно крепок и силён для этой жизни. Ну правильно. Ведь если он будет силён и крепок, то станет самостоятелен.

Вероятно, тогда-то и появилось это клеймо. Фраза:
«Худоба, ты моя худоба», — прошла «красной линией» через всё его детство. Это была фраза-маркер. Эдакое послание деструктивной любви. Бабушка могла сказать её при сверстниках, могла сказать при девочках, которые пришли к нему на день рожденья.

Она не желала ему зла, она просто транслировала свою тревогу. Но для подрастающего мужчины это звучало как приговор. Как констатация его дефектности. А ещё как… кастрация.

Естественно, мальчику это не нравилось. Это вызывало в нём чувство сильной обиды, за которой он старательно прятал гнев. Но куда было направить эту злость? На бабушку нельзя — она главная, она кормит, одевает и обувает. Можно на маму, она стерпит, но за такое поведение можно опять же получить от бабушки.

Открытый бунт в такой системе оказался невозможен, он карался отвержением или виной. И тогда психика нашла, как ей казалось, изящный выход.

Виктор направил этот гнев внутрь. На поддержание того самого состояния, которое так беспокоило бабушку, но при этом позволяло ему оставаться в безопасности. Вся его непрожитая злость ушла на «консервацию» тела.

На выходе мы получили сухого, желчного человека, внутри которого скопился огромный подавленный гнев. Но проявить его вовне он не мог. Потому что в своей голове он по-прежнему оставался тем самым «худым и слабым» мальчиком. А слабым проявлять гнев небезопасно — мир больших и сильных людей мог его просто раздавить.

Система замкнулась. Гнев направлялся внутрь и сжигал ресурсы, не давая набрать массу. Отсутствие массы и силы подтверждало установку «я слабый» и запрещало проявлять гнев. Человек не мог выйти из этого цикла, потому что каждый элемент поддерживал другой.

Однако ему, как бы странно это ни звучало, выгодно было оставаться в таком теле. Эта худоба стала его бессознательным алиби. Алиби, которое защищало его от опасностей мира. Защищало от страха перестать быть тем, кем его любили.

По этой же причине у него наблюдались тотальные сложности во взаимоотношениях с женщинами. Точнее, их просто не было. Потому что 35-летний мужчина не видел в себе мужчину. Он видел в зеркале мальчика, которого когда-то определили как «худобу». А такой мальчик не мог быть конкурентоспособным с взрослыми мужчинами.

Однако природа требовала своё, и оставалась мастурбация, которая в свою очередь помогала снимать напряжение от гнева и страха. Ну и дополнительно расходовала энергию.

Так работал этот механизм. И пока он так работал, никакие гантели, протеиновые батончики и уговоры тренера помочь не могли. Пока человек был не в силах осознать, что живёт жизнью, которая ему не принадлежит, и не разрешал себе право на собственный гнев и собственную силу, тело послушно выполняло ту программу, которую в него заложили тридцать с лишним лет назад.

Что произошло дальше? Справился ли Виктор со своей проблемой, сумел ли осознать? Скажу только то, что эта работа помогла ему увидеть причины своего состояния, о которых он раньше не знал.

Эти знания не освободили его, но дали веру в то, что это можно исправить. А как писали в одной старой книге:
«По вере вашей да будет вам» (Мф. 9:29).

Автор: Максим Владимирович Бушель
Психолог, Гипнолог

Получить консультацию автора на сайте психологов b17.ru