Если бы в СССР существовал конкурс на звание «самый семейный автомобиль страны», то «Москвич 426» точно бы вошёл в тройку. А может, и выиграл бы.
Он был как советский папа — не идеальный, но надёжный, не быстрый, но везущий, не роскошный, зато всегда рядом. И вот за это его и любили.
Универсал, который действительно был универсален
Сейчас слово «универсал» у молодёжи ассоциируется с чем-то скучным. Типа «машина для дачи». Но в 70-х и 80-х "Москвич 426" был как космический корабль — в него влезало всё. Абсолютно.
- Детская коляска? — Да легко.
- Шкаф в разобранном виде? — Пару досок свесится, зато влезет.
- Картошка, тёща, трое детей, палатка, ведро краски и мешок цемента? — А почему нет?
Багажник — просто праздник инженерной мысли. Если сложить сиденья, получалась почти спальная зона, что проверяли тысячи советских туристов прямо в лесу под Рязанью.
Идеальная машина для дальняка
«426-й» не был спортивным, не имел особых наворотов, но шёл уверенно. Не рвал с места, но и не подводил. По трассе — 90 км/ч спокойно, больше — уже с молитвами, но всё равно ехал.
Его брали, чтобы ехать на юг, на север, на рыбалку, в Тулу за самоваром и обратно через дачу — в одном круге.
Да, ломался. А кто не ломался в СССР?
Зато ремонтировался на месте, подорожником, отвёрткой, удачей и бутылкой для соседа, который «шарит». У «Москвича» был характер — такой, что к нему относились почти как к члену семьи.
В чём фишка — почему именно он?
Вот честно? Потому что он был удобный. Не красавец, но труженик. А это в те времена ценилось.
- Задняя дверь поднималась вверх — для дачи и грузов вообще находка.
- Простая, надёжная подвеска — мог ехать там, где другие уже шли пешком.
- Доступность запчастей — почти всё можно было «достать» в автомагазине или на разборке. Ну или у дяди Вити в гараже.
А главное — он был честным автомобилем. Не понтовым, не вылизанным. Он был «своим». Для своих.
Почему его вспоминают с теплотой
Потому что «Москвич 426» — это не просто машина. Это:
- отпуск на Чёрном море с палаткой и бидоном сгущёнки;
- поездки за грибами с тёщей, которой всегда было «душно на заднем»;
- картошка из колхоза в багажнике и надорванная спина у отца;
- обмерзшие окна, которые скребли в -30, но ехали всё равно;
- и, конечно, первый поцелуй на заднем сиденье под песню из магнитофона «Романтика».
Эта машина жила вместе с людьми. Не рядом — а именно вместе.
Куда он делся?
В 90-х «426-й» начал стремительно исчезать с улиц.
Кто-то пересел на подержанную «восьмёрку», кто-то — на "японца". А универсалы ушли на дачи, стройки, в гаражи под металлолом. Но — не из памяти.
Сейчас найти живой "426-й" — редкость. Но если увидите его где-то на трассе, в облупленной краске и с деревянными накладками на багажнике — снимите шляпу. Перед вами — легенда.
А вы помните «426-й»?
Может, у кого-то из родителей или дедушки был?
Катались в детстве в багажнике, лежа на ковре и считая пролетающие фонари?
Напишите в комментариях, какие у вас остались воспоминания об этой машине.
Поддержите статью лайком и подпишитесь, если любите такие тёплые истории из прошлого — у нас их ещё много в запасе. И все — настоящие.