История «Корчмы Тарас Бульба» началась в конце 1990-х — тогда бизнесмен Юрий Белойван открыл первый ресторан на Петровке в Москве. Формат оказался удачным: атмосфера, кухня по-домашнему, запоминающееся название. В последние лет пять дела у бизнеса идут не очень, но все равно у «Корчмы Тарас Бульба» остается более 10 точек в Москве, по данным «Яндекс Карт».
Сегодня товарный знак «Корчма Тарас Бульба», который прежде принадлежал основателю сети, выставлен на продажу почти за 50 млн рублей (49,3 млн, если быть точным). Об этом пишет «РИА Новости» со ссылкой на данные торгов. Прием заявок, по данным издания, продлится до февраля 2026 года.
На аукцион выставлен и еще один товарный знак с тем же названием, но уже за куда меньшие деньги — почти 1 млн рублей. И такая разница в цене объясняется юридическими нюансами. По словам патентного поверенного и адвоката Владислава Рябова, в более дешевом варианте слово «корчма» не является охраняемым элементом. Это значит, что другие бизнесмены могут без проблем использовать это слово и никакие права нарушены не будут. За 50 же миллионов вам дают корчму в лингвистическое владение целиком: там слово признано охраняемым и доминирующим.
Что все это значит, понять трудно. Продают ведь только бренд, а не рестораны. Скорее всего, тот, кто купит товарный знак, сможет открывать новые заведения под этой известной вывеской. Но помещения корчмы владение не получит (либо нам пока не раскрывают всех деталей этой истории).
Продажа бренда в целом выглядит логично — ему давно нужен тот, кто сможет заняться бизнесом основательно. Еще в начале 2010-х налоговые органы выявили недоплаты, а в 2016 году московский арбитраж обязал компании сети выплатить крупные штрафы. В 2019 году основатель сети Юрий Белойван был приговорен к двум годам колонии за уклонение от уплаты налогов на 690 млн рублей, хотя позднее срок был сокращен, а сам он освобожден по состоянию здоровья. В последующие годы возбуждались новые уголовные дела по налоговым нарушениям, Белойвана объявляли в розыск, а в 2021 году он подал заявление о банкротстве.
Фото: Сергей Пятаков/РИА Новости
Текст: Николай Спиридонов