— Ваш Матвей как электровеник! — Зинаида Петровна даже не пыталась сдержать недовольство. — Все куда-то рвется, как ошпаренный! Подарили бабушке трехлетнего внука на полный день — про мои шестьдесят шесть, видимо, забыли.
Марина тоже едва держала себя в руках. Месяца с Матвеем не выдержала!
— Зинаида Петровна, вы сами вызвались нам помогать. Я могу воспользоваться услугами няни.
— Еще чего! Кирюша пашет без выходных, чтобы семью обеспечивать. А тебе лишь бы трынькать. На шее у него сидишь.
Отчасти слова свекрови были правдой. Марина действительно долго находилась в декрете — сложные роды, длительное восстановление и болезненный сын. Можно сказать, что сидела на шее у мужа. Хотя на самом деле, даже тогда она находила подработки «для мамочек в декрете».
А сейчас ей удалось найти хорошую работу — архитектором-дизайнером. Платили неплохо, и, самое главное, трудиться большую часть времени можно было удаленно.
Правда, Зинаида Петровна не считала это «настоящей работой». Человеку старой закалки непросто было осознать, что сегодня не нужно торчать на рабочем месте от звонка до звонка, чтобы иметь стабильный заработок.
Но были и минусы. Корпеть над проектами и уделять время Матвею оказалось для Марины невозможно. Единственный выход — детский сад или няня.
И все вроде бы складывалось. Пока в дело не вмешалась Зинаида Петровна:
— Где это видано, что мама сидит дома, а ребенок с чужой тетей!
— Мне нужно время, чтобы сосредоточиться на работе, — оправдывалась Марина. — Наклевывается важный проект, а Матвей такой непоседа!
— А родная бабушка вам зачем? Не доверяете?
В итоге сошлись на том, что свекровь будет на какое-то время забирать Матвея к себе, чтобы Марина могла спокойно работать. Кирилл, в свою очередь, предложил платить Зинаиде Петровне как няне.
— Конечно, сынок! Какой ты у меня рассудительный, — сладко запела она, — это же мне будет такая прибавка к пенсии!
«Вот так бабушка…» — мысленно вздохнула Марина.
А вслух лишь похвалила: «Отличная идея! Давайте завтра и начнем»
Первое время все было идеально. Зинаида Петровна забирала внука в десять и приводила в четыре. Этого времени Марине хватало, чтобы выполнить часть самых сложных заданий. Остальное только после того, как Матвей засыпал.
Но Зинаиды Петровны хватило лишь на месяц. По ее словам, Матвей оказался невоспитанным и чрезмерно активным ребенком. А здоровье и нервы пенсионерки — не резиновые.
Теперь она приводила его домой в двенадцать.
С одной стороны, Марина была рада, что хотя бы пару часов может провести в тишине. С другой — содержание частной няни обошлось бы дешевле.
Но поднимать вопрос об «увольнении» свекрови Марина долго не хотела. Ясно же, что грянет скандал. А скандалами проблемы не решаются.
Только всему есть предел.
Вот и Марина в конце концов не выдержала: любой матери противно слушать, как критикуют ее ребенка.
— Раз вам тяжело, то Матвей пойдет в детский сад!
— С ума сошла? Там только сопли, вши и кишечные расстройства! Я не разрешаю!
— Да кто вы такая…
— Мам, мне кажется, ты преувеличиваешь. Я же ходил в садик, и ничего, — перебил Кирилл, стараясь предотвратить ссору.
— Ходил, потому что я без отца тебя воспитывала. И пахала в две смены. А Марина сидит дома!
— Я не сижу, а работаю.
— Так, все! Мам, ничего страшного не случится, если Матвей пойдет в детсад. Нужно хотя бы попробовать.
— А мне что делать? Я вообще-то рассчитывала на ваши деньги. Уже путевку присмотрела в санаторий.
— Ха, так это не проблема! — рассмеялся Кирилл и обнял Зинаиду Петровну. — Оплатим мы твою путевку. Тем более Марина скоро сорвет большой куш.
Марина молчала. Как же сейчас хотелось высказать свекрови свое «фи». Зинаиде Петровне ведь изначально нужны были деньги, а не компания внука. Могла бы просто попросить…
— Но я хочу быть полезной… — на глазах Зинаиды Петровны заблестели слезы.
Сердце у Марины невольно дрогнуло — ну, пожилая женщина, плачет... Ладно уж, путевка — не слишком большая плата за душевное спокойствие.
— Не расстраивайтесь, Зинаида Петровна, вы и так очень многим ради нас жертвуете, — слукавила, ведь единственная помощь от свекрови — указать как можно больше мест, где «невестка разводит грязь» да покритиковать Матвея за то, что он нормальный, здоровый, активный ребенок. — Так что мы с радостью оплатим ваш отдых. И, кстати, я скоро закрою большой проект. Если пойдет нормально — обещали премию.
На том и сошлись. Подруга Марины помогла устроить Матвея в садик. А Зинаида Петровна отправилась поправлять здоровье на грязевой курорт.
Все шло как по маслу. Марина все-таки сумела закончить работу в срок и получить премию. Это нужно отметить! Тем более до приезда Зинаиды Петровны остался всего один день.
Марина позвала двух своих закадычных подруг, испекла фирменный кекс и предусмотрительно охладила несколько бутылок просекко.
Вечер казался волшебным. Давно они не устраивали девичников. Хорошо, что Кирилл с Матвеем уехали в торговый центр. Можно посекретничать без лишних ушей.
— Что-то, Маришка, ты про себя ничего не рассказываешь, — подруга Лена очень долго находилась в «активном поиске», поэтому ей постоянно хотелось послушать про семейные дрязги. — Как Кирилл? С Матвеем справляется?
— Справляется, — Марина не любила такие разговоры. Знала, к чему ведет Лена, и ей это не нравилось. — Как любой мужчина.
— Ну мало ли… Все-таки, неродной ребенок. Мне кажется, что мужчины это чувствуют.
— Да откуда тебе знать…
Договорить не получилось. В дверях возникла Зинаида Петровна.
— Ой, а у вас тут какой-то праздник?
— Да так… Решили немного поболтать… Я думала, что вы приедете только завтра.
— Решила сделать вам сюрприз. А где Кирюша?
— Гуляет с Матвеем. Скоро должен вернуться.
— Ну, тогда не буду вам мешать. Гостинцы завтра занесу.
Черт! Неужели она слышала Лену? Хотя… Если бы Зинаида Петровна узнала правду про Матвея, вряд ли была бы такой милой, это бы сразу был скандал до небес.
После появления незваного гостя вечер оказался безвозвратно испорчен. Подруги быстро ушли. Марина едва успела убрать за ними посуду, как вернулись Кирилл и Матвей.
Кирилл вел себя как обычно. Значит, Зинаида Петровна ничего лишнего не слышала. Или не успела рассказать…
Легкая тревога глубоко засела в сердце. Всю ночь Марина не находила себе места. Лишь под утро удалось уснуть. Но ненадолго.
Марина проснулась от непонятного шума. Какая-то необычная возня прервала чуткий сон. Но что это? Шепот? Точно! Возмущенный шепот… Зинаиды Петровны!
Марина старалась услышать как можно больше.
— Кирюшенька! Ты у меня такой замечательный! Но точно слепой… Жена тебя обманывает, рога наставляет… А ты как олень!
— Мам, ты о чем?
— О том! Так, сейчас я соберу ее вещи и выставлю из квартиры. А потом уже будем разговоры разговаривать.
— Хотелось бы сначала услышать объяснения.
— Да нечего объяснять. Вчера зашла к вам с гостинцами. Тут Марина шабаш устроила. А одна ведьма возьми да и скажи, мол, Матвей — не твой сын. Представляешь? Повесила тебе на шею нагулянного ребенка! А ты вкалываешь до седьмого пота, чтобы их прокормить. Еще неизвестно, чем она тут занимается, и как зарабатывает. Матвея мне сплавила, чтобы мужиков водить. А ты и в ус не дуешь!
— Мам, тебе романы нужно писать. С такой-то фантазией… Я предполагал, что Матвей не мой сын, и принял это.
Ха! Съела, старая карга! Конечно, Кирилл все знал. Они познакомились в тот момент, когда Марина переживала болезненное расставание. И как только тест показал две полоски, она озвучила свои опасения. Возможно, она была беременна от бывшего. А Кирилл сказал, что это неважно, и на следующий день сделал предложение. Только попросил не говорить Зинаиде Петровне, зная, что тогда она точно не примет внука.
И теперь Марина очень переживала, чтобы свекровь не сболтнула лишнего Матвею. Для него есть только один родной отец. Пусть так и будет.
— Как это «предполагал»? Это такие «высокие» отношения у вас? Сынок! Я не так тебя воспитывала!
— Мама, выключи фантазию хоть на минуту. Когда мы начали встречаться, Марина уже была беременна. А мне как раз на руку.
А это что-то новенькое... Марина ловила каждое слово.
— Да как такое может быть на руку?
— Мамуль, ты же меня сама достала: женись, хочу внуков понянчить… А я не мог дать тебе внуков.
— Почему?
— Последствия бурной молодости. Неважно. Я не могу иметь детей. Поэтому, когда Марина сказала, что ждет ребенка, я сразу понял — это мой шанс сделать тебе приятное. Вот и женился, как говорится, по расчету.
— То есть, ты сделал мне предложение, чтобы порадовать маму? — Марина обнаружила свое присутствие. — А про чувства врал?
— Сначала да. Марин, ну ты ведь тоже меня огорошила своей беременностью. Хорошо хоть не стала врать, что ребенок мой. В таком случае разбежались бы сразу.
— Ох, так ты снизошел ко мне, потому что я честная?!
— Ну, что ты хочешь услышать? Это было действительно так. А когда мы начали жить вместе, я понял, что ты та женщина, которая мне нужна. И Матвея я люблю как родного. Этого недостаточно?
— Я… должна подумать…
Марине хотелось бежать. Далеко и без оглядки… Но куда?
Любила ли она Кирилла? Скорее нет. Но он был лучшим папой для Матвея. А вот его она любила без остатка. Кажется, впервые в жизни Марина поняла чувства Зинаиды Петровны. Та ведь тоже хотела для Кирилла самого лучшего… Но вышло так, что лучшим были нелюбимая невестка и неродной внук.
* * *
Летний вечер казался каким-то особенно чарующим. Марина крепко держала Кирилла за руку, пока Матвей играл на детской площадке. Все-таки хорошо, что между ними не осталось секретов. Каждый принял правду другого. И теперь их отношения строились на уважении и честности. Возможно, когда-то это перерастет в любовь.
А вот Зинаида Петровна правду принять не смогла. Она прекратила всякое общение с невесткой и Матвеем. Ну и пусть. Марина была этому только рада. Вот если бы еще Кирилл перестал общаться с матерью… Ну, а что?! Не нужно было совать нос в чужие дела.
Ведь оказывается, правда не всегда дороже золота.
Автор: Юлия Олеговна
---
---
Бедовухи
Вроде солнышко светит ясное, и вокруг травка изумрудно зеленеет, а у бабы Люси осень на душе. И было из-за чего: она обидела лучшую подругу Машу. Всякое бывало, и сгоряча, в пылу ссоры чего только не брякнешь, но в этот раз Люся специально, осознанно сказала, вывалила этот камень, да Маше – по маленькой, опрятно повязанной белой косыночкой, головке.
Началось у них все из-за ерунды. Машина коза забралась в Люсин огород и погрызла капустный лист. Погрызла немного, с краешка грядки. Урон небольшой – у Люси нынче посажено двадцать кустов рассады – перебор. Куда ей столько? Достаточно было просто дать козе Василисе по рогам, да и будет с нее. Но у Люси случился «переклин». Она, значит, целыми днями, не разгибаясь, на этом огороде в раскоряку горбатится, а эта принцесса розы нюхает! Уж времени хватает, чтобы за Василисой уследить!
Ну и набросилась Люся на Машу со всем своим пылом. Был еще порох в пороховнице! Маше бы промолчать, не заводить суматошную, характерную Люсю лишний раз. А она, как назло, решила в ответ на замечание соседки, поддеть ее, пошутить:
- Что ты, Люся! Да пусть питается! Молоко от Василисы ты ведь бесплатно пьешь. Вот она решила с тебя расчет взять капустой! Как во всем цивилизованном мире!
Люся взбеленилась. Она приняла боевую стойку, уткнув руки в бока и сдвинув густые брови, заговорила скороговоркой:
- Эт-то что же? Эт-то как понимать? Так вот оно что, вот она щедрость твоя, подружка дорогая! «Пей, пей молочко! Поправляйся!» А сама про себя денежки считаешь? Поди, ночей не спала, ждала момента – предъявить мне должок! Небось, и козу свою драную специально в мой огород запустила!
- Да ты что, Люся, ты что? – испуганно залепетала Маша, - я просто пошутила!
- Пошутила! Пошутила, говоришь? Шутница, да? А, может, ты и с мужиком моим тогда пошутила? А? Что молчишь, курица? Сказать нечего, да? – Люсю было уже не остановить. Ее несло.
Маша сразу побледнела, побелела. Губы ее обнесло фиолетовой ниточкой по контуру – будто бы специально химическим карандашом по непонятной дури Маша так нарисовала. Она отвернулась и побрела к дому, не оборачиваясь, и виновница раздора Василиса, словно поняв, что напрокудила, наклонив рога, поплелась, вихляясь, следом за хозяйкой.
Дьявольский пыл Люсин испарился. Д.ура баба! Язык, что помело! Ой-ой! Люся прижала пальцы к губам. Тошнехонько! Старого, что малого – обидеть просто! Зачем? Ведь знала, что Машу такие слова заживо жгут! Знала и ведала! И ждала специально повода, чтобы вывалить их на подругу как ушат с помоями! Ну, как? Легче стало? А?
Люся и калитку огородную не заперла. Теперь хоть целое козье стадо сюда забреди – не почешется даже из окна выглянуть. Не о том головная боль. Это всегда так бывает: хочет человек зло какое произвести, аж ночами спать не может. А произведет – и жизнь не мила, и солнце не греет. Душа у Люси заледенела, и сердце через раз застучало: стукнет и подумает: а дальше? Может, вовсе остановится? . . .
. . . дочитать >>