Я сидела на кухне и нарезала овощи для салата, когда услышала, как входная дверь открылась. Максим вернулся с работы раньше обычного. Странно. Обычно он задерживался до восьми, а сейчас было всего шесть.
— Ксюш, ты дома? — голос мужа звучал как-то натянуто.
— На кухне, — отозвалась я, продолжая крошить помидоры.
Максим появился в дверном проёме. Я подняла взгляд и сразу поняла — что-то случилось. Его лицо было каменным, а в глазах читалось что-то такое, от чего у меня похолодело внутри.
— Нам нужно поговорить, — сказал он ровным голосом и положил на стол свой телефон.
Мой желудок свело судорогой. Я знала этот тон. Знала, что означает эта ледяная вежливость. Боже, неужели он узнал про Андрея?
— Макс, я...
— Не надо, — перебил он, подняв руку. — Просто скажи мне правду. У тебя кто-то есть?
Нож выскользнул из моих пальцев и со звоном упал на разделочную доску. Я не могла говорить. Горло сдавило так, что я только кивнула. Один раз. Этого было достаточно.
Максим тяжело опустился на стул напротив. Несколько секунд он просто смотрел куда-то мимо меня, сжав челюсти. Потом выдохнул, провёл рукой по лицу.
— Давно?
— Три месяца, — прошептала я.
Господи, как же мне было стыдно! Мы с Максимом прожили вместе семь лет. Семь лет! И я всё разрушила из-за... из-за чего? Из-за Андрея с его комплиментами и вниманием? Из-за того, что мне захотелось почувствовать себя снова желанной?
— Это коллега? Тот парень из отдела маркетинга?
Я снова кивнула. Максим знал. Видимо, давно догадывался, просто надеялся, что ошибается.
— Ты его... любишь? — в этом вопросе была такая боль, что я не выдержала и расплакалась.
— Нет! Нет, Макс, это было глупо, я не знаю, что на меня нашло. Я люблю тебя, только тебя. Прости меня, пожалуйста, прости!
Я протянула к нему руки, но он отстранился. Встал и отошёл к окну. Долго стоял спиной ко мне. Плечи его вздрагивали, и я поняла, что он плачет. Мой Максим, который никогда не показывал слабости, стоял и плакал из-за меня. Из-за моей подлости.
— Уходи, — глухо произнёс он, не оборачиваясь.
— Что?
— Я сказал — уходи. Собери вещи и уходи. Сегодня же.
Я замерла. Вот оно. То, чего я боялась все эти месяцы. Конец. Максим выгоняет меня, и я не имею права его винить. Я сама всё разрушила. Сама превратила нашу семью в руины.
Я поплелась в спальню и начала складывать вещи в сумку. Руки тряслись так сильно, что я не могла застегнуть молнию. Слёзы текли градом, капая на одежду, но я даже не вытирала их.
Максим так и стоял на кухне, когда я вышла с сумкой. Я остановилась в дверях.
— Макс, я...
— Просто уходи, Ксения. Пожалуйста.
Я ушла. Спустилась по лестнице, вышла на улицу. Было холодно, моросил дождь. Я стояла возле подъезда и не знала, куда идти. К маме? К подруге? К Андрею? При мысли о последнем меня замутило. Андрей... Зачем он мне теперь? Ради него я потеряла всё.
Телефон завибрировал. Сообщение от Максима: "Приезжай завтра в пять вечера. Поговорим нормально".
Я провела ночь у Светки, своей лучшей подруги. Не спала, только ревела в подушку. Света сидела рядом, гладила по спине и молчала. Она всегда была умной — понимала, что сейчас мне не нужны ни советы, ни утешения. Просто чтобы кто-то был рядом.
На следующий день я пришла к пяти. Поднималась по знакомой лестнице с бешено бьющимся сердцем. Что он скажет? Как мы будем делить квартиру? Она была его, я это знала. Значит, мне действительно придётся съезжать.
Максим открыл дверь. Выглядел он ужасно — красные глаза, небритый, помятая футболка. Похоже, его ночь была не лучше моей.
— Проходи, — он посторонился.
Мы сели в гостиной. Я на край дивана, он — в кресло напротив. Между нами повисла тяжёлая тишина.
— Я всю ночь думал, — начал Максим, глядя в пол. — Вспоминал, как мы познакомились, как я делал тебе предложение на том пляже в Крыму. Как ты плакала от счастья. Как мы обустраивали эту квартиру, выбирали обои, ругались из-за цвета штор.
Он поднял взгляд, и я увидела в его глазах такую тоску, что мне захотелось провалиться сквозь землю.
— И я понял кое-что важное, Ксюш. Я тоже виноват.
— Что? Нет, Макс, ты ни в чём...
— Я виноват, — твёрдо повторил он. — Последние два года я работал как проклятый. Новая должность, проекты, командировки. Я приходил домой в десять вечера, ужинал и падал спать. По выходным тоже работал. А ты... ты была одна. Я не дарил тебе цветы, не водил в кино, не обнимал просто так. Мы перестали быть мужем и женой. Мы стали соседями.
Слёзы снова навернулись на глаза.
— Макс, но это не оправдывает...
— Не оправдывает, — согласился он. — Но объясняет. Ксюш, я не хочу терять тебя. Эта ночь без тебя была самой страшной в моей жизни. Я понял, что готов простить. Если ты порвёшь с этим парнем. Если дашь нам второй шанс.
Я не могла поверить своим ушам. Он... прощает меня? После всего?
— Ты серьёзно?
— Абсолютно, — он наклонился вперёд, взял мои руки в свои. — Но у меня есть условия. Во-первых, ты увольняешься из этой компании. Завтра же пишешь заявление. Во-вторых, мы идём к психологу. Вместе. Будем работать над нашими отношениями. В-третьих, я беру отпуск на две недели, и мы едем куда-нибудь. Вдвоём. Без телефонов, без работы. Просто ты и я.
Я смотрела на него и не узнавала. Мой Максим, который всегда был таким правильным, рациональным, который во всём искал логику... Он готов простить измену? Готов работать над нашим браком?
— Но почему? — прошептала я. — Почему ты не выгнал меня? Не послал к чёрту? Я заслужила это.
Максим грустно улыбнулся и вытер слезу с моей щеки.
— Потому что я люблю тебя, дурочка. Семь лет не вычеркнешь из жизни. И потому что... — он замялся, — потому что я тоже не идеален. Я понял, что довёл тебя до этого. Я перестал быть твоим мужем. И я хочу это исправить. Если ты тоже хочешь.
Я бросилась к нему, обняла изо всех сил. Мы оба плакали, крепко держась друг за друга.
— Хочу, — всхлипывала я. — Конечно хочу. Макс, прости меня, прости. Я была такой дурой. Я порву с Андреем, уволюсь, сделаю всё что угодно. Только не уходи от меня.
— Не уйду, — прошептал он мне в волосы. — Никуда не уйду.
Мы так и сидели, обнявшись, пока за окном не стемнело. Потом Максим встал, сходил на кухню и вернулся с двумя чашками чая.
— Знаешь, что я ещё понял? — сказал он, усаживаясь рядом со мной и обнимая за плечи. — Брак — это не сказка. Это работа. Каждый день. И когда перестаёшь работать над отношениями, они разрушаются. Я забыл об этом. Думал, что главное — обеспечить семью, заработать денег. А ты нуждалась не в деньгах. Тебе нужен был я.
Я кивнула, прижавшись к его плечу.
— А я повела себя как эгоистка. Вместо того чтобы поговорить с тобой, сказать, что мне тебя не хватает... Я пошла на измену.
— Мы оба совершили ошибки, — подытожил Максим. — Но главное, что мы готовы их исправлять. Вместе.
На следующий день я написала заявление об увольнении. Андрей пытался меня отговорить, говорил что-то про чувства, но я просто развернулась и ушла. Мне было противно от самой себя. Как я вообще могла? Как могла променять надёжного, любящего мужа на эту пустышку?
Через неделю мы улетели на Кипр. Две недели только вдвоём, без интернета и работы. Мы гуляли по побережью, плавали в море, разговаривали обо всём на свете. Максим был таким, каким я его помнила в самом начале наших отношений — внимательным, нежным, смешным. А я заново влюблялась в него.
Вечерами мы сидели на балконе отеля и планировали будущее. Максим пообещал больше не пропадать на работе. Я — быть честной и говорить о своих чувствах, даже если это неприятно.
— Ты знаешь, что меня больше всего поразило в этой ситуации? — спросила я как-то вечером, наблюдая закат.
— Что?
— Твоя реакция. Я ожидала скандала, разбитой посуды, ненависти. А ты... ты нашёл в себе силы простить. И не просто простить, а признать свою вину тоже. Это... это дорогого стоит.
Максим взял мою руку и поцеловал.
— Знаешь, в чём секрет? Я спросил себя: что важнее — моя гордость или наша семья? И понял, что семья. Что ты. Да, мне было больно. До сих пор больно, если честно. Иногда меня накрывает, и я начинаю думать о нём, о вас... И тогда мне хочется всё разнести к чёртовой матери. Но потом я смотрю на тебя и понимаю — я не хочу потерять то, что мы строили семь лет. Из-за трёх месяцев ошибки.
Я заплакала. Снова. Кажется, всю эту неделю я только и делала, что плакала.
— Я не заслуживаю тебя.
— Заслуживаешь, — возразил он. — Просто впредь помни, сколько ты можешь потерять. И если тебе чего-то не хватает в наших отношениях — говори. Сразу. Не жди, пока станет поздно.
Мы вернулись из отпуска другими людьми. Началась работа с психологом. Было тяжело — приходилось признавать неприятные вещи, копаться в себе, учиться заново общаться друг с другом. Но с каждой неделей становилось легче.
Максим сдержал слово — стал приходить домой раньше. Мы ввели правило: каждую пятницу — это наш вечер. Никакой работы, никаких друзей. Только мы вдвоём. Кино, ресторан, или просто ужин дома при свечах.
Прошёл год. Целый год с того страшного дня на кухне. Максим предложил отметить эту дату. Странно, правда? Отмечать годовщину того, как чуть не разрушилась семья.
— Это не годовщина измены, — объяснил он. — Это годовщина того, как мы выбрали друг друга. Заново.
Мы поехали в тот же ресторан, где он делал мне предложение восемь лет назад. Сидели за столиком у окна, держались за руки.
— Знаешь, о чём я думаю? — спросил Максим. — Что, может, это всё и к лучшему. Не сама измена, конечно. Но то, что мы через это прошли. Мы стали сильнее. Научились ценить друг друга.
Я кивнула. Он был прав. Наши отношения сейчас были крепче, чем когда-либо. Мы научились разговаривать, слышать друг друга, не бояться быть уязвимыми.
— Макс, а ты... ты правда простил меня? До конца? Или всё ещё вспоминаешь иногда?
Он задумался, выбирая слова.
— Вспоминаю. Не буду врать. Иногда меня накрывает. Но я решил, что не буду заложником этого. Я выбрал простить. А прощение — это не чувство, это решение. Каждый день я выбираю не держать зло, не копаться в прошлом. Это тяжело, но это того стоит.
Я сжала его руку сильнее.
— Я сделаю всё, чтобы ты никогда не пожалел об этом решении. Обещаю.
— Знаю, — улыбнулся он. — А теперь улыбнись. У нас ведь праздник. Годовщина нашего второго шанса.
Мы чокнулись бокалами, и я подумала о том, как же мне повезло. Повезло, что рядом со мной оказался такой мужчина. Который смог подняться над обидой и гордостью. Который выбрал любовь вместо мести.
Который сделал то, чего я совсем не ожидала — дал нам второй шанс.
И я не собиралась его упускать.