Когда Екатерина наконец-то устроилась уборщицей в этот солидный международный бизнес-центр, она не прыгала от радости до небес, но всё равно считала это настоящим везением. Зарплата здесь была такой, о которой раньше и мечтать не приходилось. На прежней работе, где её должность хотя бы соответствовала полученному образованию, денег едва хватало, чтобы сводить концы с концами. Последние полгода она упорно искала что-то приличное, но все попытки заканчивались ничем. И вот подвернулась эта вакансия, так что она решила сменить офисный стул на швабру и тряпку. До того, как год назад Алексей бросил их — оставил с долгами и заявил, что не готов тянуть всё это из-за больного ребёнка, — в семье всё шло более-менее гладко.
Мария, их дочь, страдала от редкого заболевания слуха, и лечение требовало огромных денег. Накопить нужную сумму было реально, но пока удавалось только поддерживать её состояние на стабильном уровне и оплачивать занятия с сурдопедагогом. Алексей в то время работал именно в этом бизнес-центре, куда теперь устроилась Екатерина. У него дела шли неплохо, хотя иногда возникали проблемы из-за его рассеянности или небрежного отношения к обязанностям. По каким-то причинам ему долго всё прощали, но в конце концов он допустил такую серьёзную ошибку, что руководство тут же его уволило. Оставшись без мужа, Екатерина пыталась выбить из него алименты и подыскать любую подработку, чтобы за год-два собрать средства на операцию. Ей очень хотелось, чтобы дочь обрела нормальный слух максимум к шести годам с небольшим, чтобы Маша могла пойти в обычную школу.
Получив место уборщицы, Екатерина понимала, что даже с такой зарплатой вовремя накопить не получится, поэтому она взяла ещё одну работу на выходные. Это была небольшая прибавка, но она заметно облегчала жизнь и ей, и пятилетней дочери. Конечно, работать в двух местах было тяжело, да и с ребёнком возникали сложности, но Екатерина брала Машу с собой. В бизнес-центре правила были строгими, и приводить детей там могли запретить, но пожилой вахтёр втихую от начальства разрешал это делать. Пока мама занималась уборкой, девочка сидела в подсобке и рисовала. Увидев её рисунки, вахтёр Михаил Андреевич отметил, что Маше нельзя бросать это занятие. По его словам, у Маши был настоящий талант. Для пятилетнего ребёнка её карандашные зарисовки на бумаге казались слишком зрелыми, и он называл их настоящими картинами.
В тот обычный день, когда Екатерина наводила порядок в холле, она стала свидетельницей странного происшествия. На одной из мягких скамеек вдоль стены сидел молодой курьер, и она сразу заметила, что с ним что-то не так. Парень был бледным, и на лице у него блестели капли пота. "Наверное, торопился с доставкой", – подумала она, взглянув на посылку у него в руках. "Видимо, это связано с тем многомиллионным контрактом, о котором вчера все говорили. Сказали, что сегодня должны доставить что-то важное от иностранной делегации". Когда она шла сюда, в переговорной уже собирались люди, и она прикинула, что они наверняка ждут именно его.
Вдруг курьер стал ещё бледнее и схватился за грудь, явно от боли. Поняв, что у молодого человека начинается сердечный приступ, Екатерина бросила уборку и вызвала скорую помощь. Парень морщился от боли, но чуть отдышавшись, сказал, что два года назад у него уже было что-то подобное. Потом он добавил, что это не главное, и попросил помочь с посылкой, указав на неё. "Это нужно срочно отнести в переговорную". Она попыталась его успокоить: сказала, что ему нельзя волноваться, и пообещала отнести посылку сама. Ещё добавила, что скорая приедет быстро, ведь станция всего в паре кварталов. Он поблагодарил и попросил поторопиться, заверив, что ему уже полегче. Увидев, что он морщится меньше, Екатерина подхватила посылку и направилась к лифту.
В этот момент из лифта вышел озабоченный секретарь делегации. Она протянула ему посылку и объяснила, что курьер не смог передать сам, потому что она вызвала ему скорую. Секретарь взял пакет, но тут в холл влетел начальник хозяйственного отдела – невысокий полноватый мужчина с красным от злости лицом. Увидев Екатерину у лифта, он покраснел ещё сильнее и набросился на неё с криками.
– Вы что здесь торчите? – орал он, подходя ближе. – Где ваше рабочее место? У нас иностранная делегация, а вы шляетесь неизвестно где!
Он не успел сказать больше ничего, потому что открылась дверь второго лифта, и оттуда вышел генеральный директор – мужчина лет пятидесяти. Он остановил начальника грозным окриком, произнесённым без злости, но твёрдым тоном.
– А ну-ка прекратите орать.
Затем директор повернулся к секретарю и спросил, где курьер с пакетом и почему задержка. Заметив Екатерину, которая всё ещё держала край посылки, передавая её, он нахмурился и добавил, обращаясь к ней:
– С каких пор уборщица вмешивается в дела компании?
Она попыталась объяснить, но начальник хозяйственного отдела, не разобравшись в ситуации, решил, что она пытается украсть пакет у секретаря, и схватил её за руку, отбрасывая от посылки.
– Кто вас подослал? – потребовал он ответа, не давая ей вставить слово.
Генеральный перебил её, когда она снова попробовала оправдаться, и обратился к начальнику по имени-отчеству:
— Иван Иванович, — сказал он саркастично, — вижу, что просто. Всё у вас с вашим мужем всегда просто. Я пошёл навстречу, взял его на работу, а он предал интересы компании. Надо было и вас уволить заодно. Пожалел. Но забыл, что дети часто повторяют ошибки родителей. Что теперь с вами делать? В полицию заявить за попытку хищения важных документов или просто выгнать?
Екатерина всё пыталась рассказать про курьера, которому вызвала скорую, и как он попросил доставить срочную посылку, но директор не стал слушать и скрылся в лифте вместе с секретарём, направляясь в переговорную.
Начальник хозяйственного отдела прошипел ей вслед со злобой.
– Допрыгались? Идите отсюда, на сегодня отстранена от работы.
Потом он повернулся к другой уборщице Ольге, которая подошла ближе с подобострастной улыбкой.
– Иван Иванович, мне же тогда придётся работать за двоих, – проговорила она, указывая на Екатерину. – Она сегодня ничего не сделала. Вы мне за сегодня, пожалуйста, двойную оплату. Я и так постоянно её недоделки исправляю.
Екатерина не стала дослушивать и пошла прочь. Ольга с первого дня их совместной работы начала под неё копать. Однажды Екатерина подслушала её разговор с начальником.
– Ну зачем она вам нужна? – уговаривала Ольга. – Толку от этой заморышки никакого. Я одна могу всё сделать. Поговорите с генеральным. Ну зачем ему проблемы? Дочь у неё больная, так пусть обращается в какой-нибудь фонд. Можно и зарплаты переиграть. Пусть даже не за двоих буду получать, но хотя бы ещё три четверти дадите.
Начальник тогда отмахнулся, сказав, чтобы она не забивала ему голову. Дальше Екатерина услышала только женское хихикание и не стала вникать.
В тот день она вернулась в свою скромную квартиру совсем разбитой. Мысль о потере работы, которая давала стабильный доход, пугала до ужаса. Дома её ждала дочка, с которой вчера договорились, что она побудет одна. Несмотря на пять лет, Маша уже относилась к поручениям серьёзно. Она умела пользоваться микроволновкой, чтобы разогреть еду, приготовленную мамой заранее, и большую часть времени просто рисовала. Вот и сейчас она показала новый рисунок. Рассматривая эту по-настоящему удачную картинку, Екатерина немного успокоилась. Похвалив дочь, она не стала рассказывать о сегодняшней беде, а просто предложила поиграть во что-нибудь.
Вечером, когда Маша уснула, Екатерина включила компьютер и начала искать вакансии. К сожалению, ничего подходящего не попадалось. Правда, в двух местах требовались уборщицы, а в одной организации – работник без опыта по её специальности из колледжа. Но там предлагали совсем маленькую зарплату.
Утром можно было не торопиться — в офис нужно было прийти только после обеда, потому что вечером там планировалось какое-то мероприятие. Не зная, оставили её на работе или уволили, Екатерина решила продолжить поиски вакансий. Вдруг позвонила секретарь генерального и сообщила, что ей нужно срочно приехать, и никаких после обеда – немедленно, давая полчаса на дорогу.
Быстро объяснив дочке, что ей придётся опять побыть одной, Екатерина вышла на улицу. Она шла быстрым шагом к остановке и размышляла, с чем связан такой срочный вызов. "Неужели правда полицию вызвали. И теперь меня привлекут за хищение или попытку сорвать сделку?" – думала она, входя в холл. Ольга отреагировала на её появление с язвительным удивлением.
– А, явилась. Я здесь вкалываю одна за двоих, а она прохлаждается.
Не обратив на неё внимания, Екатерина прошла к лифту, стараясь не смотреть в её сторону. Конечно, на второй этаж можно было подняться по лестнице, но она опасалась встречи с кем-то по дороге и ненужных расспросов. Секретарь, молодая спокойная девушка, оторвалась от монитора, снисходительно кивнула и жестом указала на дверь кабинета директора.
Открывая дверь, Екатерина ожидала чего угодно, но не встречи с помощником руководителя иностранной делегации. Он был ещё и переводчиком. Увидев её, молодой приятный мужчина улыбнулся и сказал, что пришёл поблагодарить. Он свободно говорил по-русски, и лёгкий акцент был только в редких словах.
– Вы вчера не просто передали пакет, а фактически спасли всю ситуацию, – объяснил он, подходя ближе. – И главное, спасли курьера. За это вам отдельная благодарность. Его госпитализировали с обширным инфарктом. Если бы не ваша быстрая реакция, последствия могли быть трагическими.
Генеральный директор слушал это с удивлением на лице. Как поняла Екатерина, его не предупредили о цели её вызова. Переводчик заметил непонимание руководителя и повернулся к нему, коротко разъяснив, что произошло вчера, а потом снова обратился к ней.
– Наше руководство решило отблагодарить вас не только словами, – отметил он с улыбкой и протянул конверт. – Возьмите это денежное вознаграждение за оказанную услугу. А вот моя визитная карточка. Если потребуется помощь, звоните, буду рад содействовать.
Генеральный согласился, что вчера уборщица действительно спасла сделку, и ему пришлось сказать по этому поводу пару слов, но тон его оставался прежним – холодным и отстранённым. Заверив, что увольнять её не будут, поскольку всё было не так, как ему показалось, он дежурно пожелал успехов и сказал, что она может идти.
Из кабинета Екатерина вышла в приподнятом настроении. Конверт решила открыть дома, чтобы никто не увидел. А показывать его здесь, особенно Ольге, точно не стоило – та наверняка скажет какую-нибудь гадость. Спустившись на первый этаж и размышляя, оставаться ли до начала смены или поехать домой, она увидела недавно принятого молодого IT-специалиста, о котором слышала от сотрудников, что он перспективный. "Кажется, Николай", – вспомнила она. "Может, попросить его разобраться с компьютером?"
– Извините, пожалуйста, Николай, не знаю вашего отчества, – обратилась она к нему, подходя ближе. – Вы не могли бы помочь?
Он приветливо отозвался, сказав, чтобы без отчества, и добавил, что поможет, если по его части. Через двадцать минут компьютер в хозяйственном отделе заработал нормально.
– Антивирус не обновлялся давно, – пояснил молодой человек, закрывая программы. – Да и загружен он основательно. Видимо, накопилось много ненужного.
Они просидели в хозотделе довольно долго, разговаривая. IT-специалист оказался весёлым и добрым парнем, который с первого взгляда почувствовал симпатию к этой тихой и скромной женщине. Он посоветовал ей предложить начальнику найти время и почистить компьютер от устаревшего хлама. Когда он уходил и уже открыл дверь, вдруг обернулся и улыбнулся.
– Совсем забыл. Мне рассказали, что вы вчера совершили чуть ли не героический поступок, спасли важную сделку и человека.
Она смутилась и отмахнулась.
– Ой, да ладно. Я всего лишь скорую вызвала и пакет передала.
Прошло ещё пару дней. Екатерина занималась обычной уборкой в кабинете генерального. Случайно задев мусорную корзину, она выронила на пол несколько бумажек. Укладывая их обратно, чтобы вынести в контейнер, она заметила помятый листок с отпечатанным медицинским диагнозом. Понимая, что поступает нехорошо, она всё же прочитала текст, из которого следовало, что у Дмитрия Александровича онкология, и ему нужна срочная операция. "Получается, наш непоколебимый босс своей жёсткостью скрывает уязвимость", – подумала она, продолжая работу. В какой-то момент ей даже стало жаль директора. Захотелось сказать что-то ободряющее, но она понимала, что это не стоит делать. Дмитрий Александрович старался не думать о плохом, хотел казаться сильным, чтобы справиться с болезнью. Его сила часто проявлялась в излишней суровости, но любые слова сочувствия стали бы для него ударом.
Вечером тишину квартиры нарушил сигнал домофона. Екатерина услышала знакомый голос Алексея и открыла дверь. Он сказал, что оставил ключи от квартиры и подъезда, когда ушёл, и назвал свой поступок не глупостью, а подлостью. Слушая бывшего мужа, она заметила, что в нём произошли изменения. Алексей рассказывал, что как будто очистился, нашёл себя в религии, и теперь хотел помочь дочери. Он принёс подарки, выбрав то, что Маше нравилось больше всего. Екатерина видела, как дочь тосковала по отцу, и сейчас девочка была просто счастлива. Подарки ей понравились, но главное было не в них. Маша сидела рядом с папой, не отрываясь смотрела на него и, несмотря на проблемы со слухом, понимала его.
На следующий день, за час до конца смены, Екатерина решила помочь пожилому вахтёру разобрать старые архивы в подвале. Такая работа не входила в его обязанности, но он давно зарекомендовал себя как внимательный и ответственный сотрудник. Михаил Андреевич знал, какие документы могут оказаться ценными, а какие – просто бесполезными бумагами. Разбор архивов был несложным, но требовал много времени. Вахтёр предупредил, что полностью разобраться удастся минимум за неделю, и то если работать не по часу-два, а хотя бы полдня. Екатерине процесс понравился. Она с интересом смотрела на даты документов, иногда внутренне удивляясь, как давно это было. Ещё она пыталась вспомнить, какие события происходили в то время в городе, стране и мире.
На стеллаже у дальней стены лежало много папок, и вахтёр предложил начать сортировку именно с них. Сам он занялся документами на боковом стеллаже. Просматривая одну из папок, Екатерина нашла старую потрёпанную трудовую книжку. Она была оформлена на имя матери генерального директора. Согласно последней записи, женщина работала техником-технологом на приборостроительном заводе. Держа книжку в руках, Екатерина размышляла, оставить её в архиве или отдать Дмитрию Александровичу. Ведь это память о его маме, наверняка дорогая. Тут она вспомнила, что её собственная мать, умершая несколько лет назад, тоже работала на том заводе.
Продолжение :