Часть 1: Белая Ловушка
Метель началась внезапно.
Ещё утром небо над Мурманском было мутно-серым, но спокойным — обычное утро декабря на Кольском полуострове. Артём улыбнулся, когда Лиза сказала: «Хорошо, что не взяли детей. Так спокойнее». Он знал, что она имела в виду — не детей вообще, а то, что в этом путешествии участвуют только взрослые: он, его жена и её младший брат Максим. Ни пелёнок, ни игрушек, ни тревожного плача в дороге. Только три человека, старенький джип, багажник, набитый едой и тёплыми вещами, и план — доехать до Карелии, провести пару дней у озера и вернуться до Нового года.
Но планы — для тех, кто верит в погоду.
К трем часам дня небо заволокло чёрной пеленой. Ветер начал биться в боковые стёкла, как будто пытался выдавить их наружу. А к пяти вечера трасса Р-21 «Кола» превратилась в белую стену.
— Ты уверен, что это правильный поворот? — крикнула Лиза, вглядываясь в дорогу сквозь запотевшее лобовое стекло.
— Навигатор молчит, — ответил Артём, переключая передачи. — А по карте — да, здесь должен быть указатель на Лоухи. Мы на месте.
— Место — это не то слово... — пробормотал Максим с заднего сиденья, глядя в окно. — Тут даже сотовой связи нет.
Он был прав. За последние двадцать минут телефон у всех троих перешёл в режим «экстренные вызовы только». Только снег, лес, и дорога, уходящая в никуда.
Артём прибавил скорость. Машина тяжело вязла в снежной каше, но держалась. Он служил в армии, знал, как вести себя в экстремальных условиях. Главное — не паниковать. Главное — держать курс.
Но природа, похоже, решила иначе.
Внезапно перед капотом мелькнуло нечто тёмное — не дерево, не зверь. Просто тень, упавшая с обочины. Артём резко вывернул руль. Машина занесло. Лиза взвизгнула. Максим ухватился за спинку переднего сиденья.
И тут — удар.
Не сильный, но резкий. Заднее колесо провалилось в яму, образовавшуюся от обвала. Земляная насыпь, размытая талой водой и замёрзшая снова, не выдержала веса снега — и рухнула прямо на дорогу. Теперь автомобиль стоял под углом, заднее колесо — в яме, переднее — на краю обрыва. Двигатель заглох.
Тишина.
Только вой ветра и скрежет снега по кузову.
— Все целы? — спросил Артём, с трудом поворачиваясь.
— Да... — выдохнула Лиза, дрожащими пальцами расстёгивая ремень.
— Цел, — буркнул Максим, уже подлезая к двери. — Но если мы не вытащим машину, то ночевать придётся здесь.
— Нет, — резко сказал Артём. — Ночевать здесь — смерти подобно. Нужно искать укрытие.
Он вышел первым. Холод ударил в лицо, как ледяной кулак. Минус двадцать восемь, по данным последнего прогноза. С такими температурами можно замёрзнуть за полчаса — если остаться на ветру.
Он огляделся. Трасса исчезла за снежной пеленой. Ни огней, ни знаков, ни машин. Только лес — тёмный, высокий, без единого просвета. И вдруг — там, вдалеке, между стволов, — очертание крыши.
— Смотрите! — крикнул он, указывая. — Там что-то есть!
Максим подошёл, прищурившись.
— Сторожка, похоже. Лесная. Может, охотничья.
— Идём, — сказал Артём. — Берём самое необходимое: тёплые куртки, фонари, еду, воду. Остальное — потом.
Лиза кивнула, но в её глазах читался страх. Она не говорила этого вслух, но все понимали: в таких местах не бывает случайных укрытий. Или бывает — но за каждым из них кроется своя история.
Сторожка оказалась ближе, чем казалось. Пятнадцать минут тяжёлого пути по колено в снегу — и они стояли у деревянного крыльца, покосившегося от времени.
Здание было старым, но крепким. Сруб из толстых брёвен, крыша из треснутого шифера, одно окно с выбитым стеклом, заделанное наспех фанерой. Дверь — массивная, с тяжёлым засовом.
Артём постучал.
— Эй! Есть кто?
Тишина.
Он толкнул дверь. Та скрипнула, но не поддалась. Замок? Нет — просто засов изнутри. Он попробовал сильнее. Дерево треснуло у косяка, и дверь распахнулась.
Внутри пахло сыростью, сажей и чем-то кислым — будто здесь долго жили, но внезапно ушли.
— Фонари включайте, — сказал Артём.
Три луча света прорезали полумрак.
Комната оказалась маленькой: два деревянных топчана у стены, стол посередине, печь в углу. На столе — самовар. Артём осторожно дотронулся до него.
— Тёплый.
— Как? — нахмурилась Лиза. — Мы же одни здесь?
— Не одни, — тихо сказал Максим, указывая на пол.
У порога — свежие следы. Не сапог, а босых ног. Больших. С широкими пальцами. Ведут к печи… и исчезают у задней стены.
— Может, лесник? — предположил Артём, но голос его дрогнул.
— Лесник не ходит босиком в почти минус тридцать, — ответил Максим.
Он подошёл к печи, открыл заслонку. Угли ещё тлели. Кто-то жёг дрова менее часа назад.
— Мы не первые, — прошептала Лиза.
— Зато, возможно, последние, — сказал Артём, бросая взгляд в окно.
Снаружи метель не утихала. Если они выйдут сейчас — погибнут. Остаётся только одно: переночевать здесь. Переждать.
— Запрём дверь, — приказал он. — И не будем зажигать яркий свет. Только фонари на минимум.
Они занесли дрова, растопили печь, разложили спальные мешки. Ели в тишине. Даже Максим, обычно болтливый, молчал.
А потом — стук.
Чёткий. Ритмичный. Три удара. Потом пауза. Потом ещё три.
— Что это? — прошептала Лиза, сжимаясь в комок.
— Ветка, — сказал Артём, но уже шёл к окну.
Он осторожно отодвинул фанеру. За стеклом — мгла. Снег падал плотно, как занавес. Но вдруг — движение.
Тень. Высокая. Сгорбленная. Слишком узкие плечи для человека. Слишком длинные руки.
Она стояла в пяти метрах от домика. И смотрела.
— Закрой! — резко крикнул Максим.
Артём захлопнул фанеру и задвинул засов.
— Кто это? — дрожащим голосом спросила Лиза.
— Не знаю, — ответил Артём. — Но оно знает, что мы здесь.
За стеной снова раздался стук. Теперь — в дверь. Пауза. Затем снова стук.
— Оно не уйдёт, — сказал Максим. — Оно ждёт.
Артём взял охотничий топор, лежавший на полке над печью. Лезвие было ржавым, но острота чувствовалась.
— Пусть ждёт, — сказал он. — Мы — не добыча.
Но в глубине души он уже понимал: они уже добыча.
И охота началась.
Поворот не туда север на пороге стояло оно. Часть 2
Страшные истории - подборка
Любите страшные истории? Подписывайтесь на канал, ставьте палец вверх и пишите комментарии! Отличного Вам дня!