- Господи, наконец-то у тебя начал проясняться рассудок! Я уже думала, этого момента никогда не наступит! - умело работая расческой и различными косметическими приспособлениями, Оля пыталась сотворить чудо с волосами подруги, при этом через каждые пару минут, не забывая её упрекнуть в том, что она ужасно себя запустила.
- Скажи, а чему ты так радуешься? Не понимаешь, что я среди этих людей буду смотреться пугалом? Только отца опозорю!
- Тебя послушать, так там прямо сливки общества соберутся. Ты же знаешь, твой отец не любит совмещать семейные праздники и деловые встречи, так что будут там исключительно его друзья, ну и возможно пару коллег по работе, а всем этим дядечкам и большинству их спутниц уже чуть-чуть за шестьдесят. Поэтому ты даже в таком отвратительном состоянии, в которое сама себя вогнала, будешь смотреться там королевой.
- Спасибо, - усмехнувшись отражению подруги в зеркале, Марина даже не смогла к ней развернуться, потому что та уже начала творить что-то совершенно невероятное на её голове. - Ты всегда старалась меня подбодрить.
- Я всегда старалась говорить тебе правду. Господи, да не дёргайся ты! - бросив расческу на тумбочку, Оля взяла в руки лак, при этом ещё несколько секунд просто обводя недовольным взглядом своё 'творение'. - Вот как можно было себя так запустить? - в очередной раз Кожевникова стала забрасывать подругу упрёками. - Такие шикарные волосы, длинные, густые, натуральный блонд...то, что ты с ними сделала, это просто преступление! У меня на голове два петушиных хвостика, но я и то умудряюсь придать им более-менее приличный вид! Обрати, кстати, внимание, я уже два часа вожусь над одной твоей причёской и до сих пор здесь ещё непочатый край работы! Как мне интересно успеть к завтрашнему вечеру?
- А причём здесь завтра? - Марина в недоумении уставилась на подругу. - Ты что забыла, у папы в четверг день рождение?
- Я всё прекрасно помню. Но завтра мы с тобой идём в клуб, и я хочу, чтобы ты там была самой красивой и роскошной женщиной, после меня, разумеется!
- Оль, ты с ума сошла, - в глазах Марины засверкали испуганные искорки, когда она поняла, что Кожевникова отнюдь не шутит, - какой клуб?
- Самый лучший в городе, естественно. 'Атлантида'!
- Я никуда не пойду! - с уверенностью произнесла Крестецкая и в ту же секунду получила не сильный, но вполне ощутимый удар расчёской по голове.
- Ещё как пойдёшь. Ты просто не посмеешь пропустить момент, когда твоей лучшей подруге будут делать предложение!
- Какое предложение? - Сесть в одиночную тюремную камеру на десять лет, - глядя на Крестецкую через зеркало, усмехнулась Оля.
- Мариш, не тормози, предложение руки и сердца естественно! Мой наконец-то созрел!
- Он сделал тебе предложение?
- Не сделал, а сделает. Завтра.
- Откуда ты знаешь? - Нашла у него кольцо, хранящееся в такой дорогой каждой женщине бархатной коробочке.
- Может быть, это просто обычный подарок?
- Нет, не обычный. К кольцу прилагался листок с текстом, который он, наверное, завтра зачтёт. Не зря же он под каким-то дурацким предлогом позвал меня в ресторан, куда, кстати, завтра придёт ещё и добрая половина его друзей. В общем, он основательно подготовился!
- Как всегда!
Продолжая возиться с волосами подруги, Оля не заметила слетевшую с губ Крестецкой ухмылку, по крайне мере последняя на это очень надеялась. Марине не хотелось обежать подругу, но всякий раз, когда перед глазами всплывал образ её 'жениха', девушка не могла побороть какой-то странной брезгливости. Вроде бы и не было в нём ничего сверх ужасного, но вот находиться в его обществе больше нескольких минут Крестецкая обычно не могла. Её ужасно раздражала его речь, в которой всякий раз сквозила весьма плохо скрытая надменность. Причём надменность эта касалась именно таких людей как она. Людей, которые не вовлечены в крупный бизнес или политику, которые не зарабатывают миллиарды, а что ещё хуже, не стремятся к этому. Довольно быстро Марина поняла, что для Волкова, настоящего нефтяного короля и одного из самых богатых людей страны, человек, который не заработал хотя бы миллиона уже не человек. И скрывать ему такую позицию удавалось весьма плохо, либо же он просто не очень-то и хотел это делать. Поэтому Марина просто не понимала, как Оля могла с ним связаться. Не надо было даже прилагать особых усилий, чтобы понять, что они совершенно разные люди и никогда вместе не смогут ужиться. Спасти ситуацию могла только любовь, но со стороны Оли её точно не было, как бы подруга ни пыталась убедить даже саму себя в обратном, а что касается Волкова...Разве люди, которые засыпают с мыслями о деньгах и просыпаются с ними же, вообще могут любить?
- Оль, - прервав затянувшееся молчание, Крестецкая обернулась к подруге, не обратив внимания на её ругательства из-за распустившей косы, в которую та с огромным трудом смогла уложить волосы Марины. - Ты согласишься? Ты, правда, станешь его женой?
- Конечно, соглашусь! А разве у меня есть какие-то причины для отказа?
Ольга сделала вид, что она искренне не понимает причину такого удивления в голосе подруги, которой всегда очень плохо удавалось маскировать свою неприязнь к Волкову. При этом скрыть явно промелькнувшее во взгляде раздражение девушка не захотела, возможно, по тому, что в тайне даже для себя разделяла эту неприязнь.
- Ну, он же...он... - с трудом Марина пыталась собраться с мыслями и подобрать такие слова, которые бы не обидели Олю. - Он старше тебя на четырнадцать лет и притом совсем не красавец.
- И вся беда? - девушка рассмеялась, правда сделать это легко и непринужденно у неё не получилось. Ноты наигранности и всего того же раздражения звучали в голосе слишком ярко.
- Во-первых, четырнадцать лет - это не такая уж и катастрофическая разница в возрасте, а во-вторых, что касается внешности, то, на мой взгляд, от красивых мужчин нужно держать как можно дальше. Сильный пол, как известно, итак особой верностью не отличается, а у красавцев женщин выше крыши. И вообще, как говорила моя бабушка, если мужик чуть покрасивее обезьяны, надо хватать.
Как бы ни старалась Ольга свести всё на шутку, Крестецкая похоже совершенно не собиралась щадить подругу, хотя и видела, что этот разговор даётся ей нелегко.
- А как же любовь? Ты разве любишь его?
- Ах, ну да, любовь, конечно, как же я могла про неё забыть, хотя нет, ни я про неё, а она про меня что-то до сих пор не вспомнила. За тридцать лет так и не кинула камень в мой огород. Можно, разумеет, ещё лет десять-пятнадцать подождать её величество, и в итоге годам к сорока пяти выскочить замуж за первого встречного, если такой, конечно, вообще найдётся, - Оля снова рассмеялась, правда на этот раз даже не попыталась скрыть совершенно очевидного злорадства. - Мариш, очнись, дорогая, мы с тобой живём в реальном, а не киношном мире, где как бы ни хотелось, преданной вечной любви, к сожалению, не существует. Я, конечно, не отрицаю всякой там химии, страсти или притяжения, но всё это имеет свой срок и, как правило, очень короткий. А когда он заканчиваются, остаются два совершенно обычных человека, и пока у них получается уживаться друг с другом, терпеть друг друга, на что-то закрывать глаза, лодка, под названием семья, будет держаться на плаву и успешно обходить все рифы и скалы. Правда, от любви там уже не будет и следа.
- Так невозможно жить! - с каким-то отчаянием в голосе вскрикнула Марина, а в ответ получила лишь насмешливый взгляд подруги.
- Возможно. Так половина человечества живёт. А другая половина всегда тянется к огню. Только одно пламя погаснет, бросаются к другому костру, иногда, просто искорками довольствуются, если больше не из чего выбирать. Знаешь, я даже и понять не могу, что лучше: всё время гореть или плыть по течению? - этот вопрос не требовал ответа. Во всяком случае ни у одной из девушек его не было.
- Так ты придёшь завтра?
- Приду, - после минуты раздумий всё-таки решилась Марина, понимая, что для неё это станет началом чего-то неизвестного, нового и не очень-то желанного.
Рассказ "Выжить" 5 часть
А еще, в дзене появились донаты. Поддержать автора можно 👉ТУТ👈