Стёпа действительно оказался смышлёным и невероятно любопытным малышом. Он во многом опережал сверстников, рано пошёл, рано заговорил.
Малыш постоянно задавал родителям вопросы, интересовался окружающим миром, пытался разобраться буквально во всём. Новоиспечённые родители души в первенце не чаяли, и вот, когда ему было около четырёх лет, решили, что пора родить Стёпке сестрёнку.
Карина надеялась, что у них с Антоном будет дочь. Ей хотелось дать этой малышке всё то, чего не было у неё самой.
Красивое платье и мудрёные причёски на утреннике, разговоры на чисто девчачьи темы, объятия, совместные дела на кухне и всё такое. Но родился Тимофей, замечательный голубоглазый малыш, очаровательный с первых дней жизни, харизматичный, привлекающий внимание окружающих.
«Ну что?» — за дочкой тогда в следующий раз, улыбался Антон, покачивая коляску.
Это была их первая семейная прогулка.
Гордый Степан тоже держался за ручку коляски. Он так ждал брата, так радовался его появлению, правда, когда Тимофея принесли из роддома, немного разочаровался. Оказалось, Степан надеялся, что брат сразу будет постарше. Представлял себе мальчишку, с которым уже можно поиграть в догонялки или прятки.
С двумя детьми время полетело с головокружительной скоростью. Оказалось, что справляться сразу с парочкой маленьких мальчишек не так-то просто. И тут неожиданно на помощь Карине пришла Вера Степановна. Каждый день после работы свекровь спешила домой, быстро переодевалась, ужинала и сразу к невестке. Антон часто задерживался в суде, иногда приходил только глубокой ночью.
Карина к вечеру оставалась уже совсем без сил.
И в этот тяжёлый период и появлялась Вера Степановна, чтобы взять на себя внуков. Она выходила с малышами гулять во двор. Иногда они уходили дальше, в парк. Это были всего два, ну, максимум три часа в день. Но как же их каждый раз ждала Карина. Пока дети отсутствовали, она успевала убраться, приготовить что-то, сходить в ванну, и всё это в тишине и спокойствии.
Казалось бы, мелочь, но для молодой, уставшей матери — настоящее спасение. Как же Карина была благодарна Вере Степановне.
Она не раз говорила свекрови об этом. А та сдержанно улыбалась и отвечала, что и сама рада общению с внуками. Нет, тёплых и близких отношений между невесткой и свекровью так и не сложилось, хотя Карина очень хотела этого.
Она приглашала свекровь на чай, пыталась заводить откровенные разговоры. Но эта женщина, она была какой-то слишком отстранённой, холодной и недоступной, как снежная королева. То ли характер такой сам по себе, то ли Карина ей всё-таки не очень нравилась. В конце концов, Карина перестала переживать по этому поводу и приняла ситуацию такой, какой она есть.
Вера Степановна не лезла к невестке с советами, упрёками и нравоучениями. Она появлялась, когда Карина в ней остро нуждалась и очень помогала молодой матери.
Возможно, женщина даже сама не представляла, как поддерживала Карину в непростой период. Прошло еще немного времени, мальчишки подросли, теперь оба ходили в сад, и Карина, наконец, смогла выйти на работу.
Денег в семье стало больше, супруги принялись планировать летнюю поездку к морю, она должна была стать первой для их детей. И тут в стране началась совсем другая жизнь.
Предприятия закрывались одно за другим. Это участь, постигла и фирмы, в которой работала Карина. Женщина осталась без работы. А у Антона начали стабильно задерживать зарплату, которой, к слову, при новом уровне цен, не хватало даже на самое необходимое.
Антон теперь вообще практически не появлялся дома. После рабочего дня в суде он бегал по городу в поисках подработок: где-то склад посторожить, где-то фуру помочь разгрузить. Мужчина хватался за любую возможность принести в дом лишнюю копейку.
Карина же, наоборот, теперь оказывалась дома чаще. Она искала работу по специальности, бегала по собеседованиям, давала объявления в газеты, но результата всё не было. В итоге женщина не смогла устроиться даже продавцом: предложение рабочих рук в тот период в их городке значительно превышало спрос.
Карина радовалась тому, что ей удалось хотя бы найти работу уборщицей. Теперь она ранним утром, пока все ещё спали, драила подъезды в соседнем доме. Платили мало, но и в такой работе был плюс: она заканчивалась поздним утром, и весь день оставался свободным.
Денег всё равно не хватало. Дети росли с головокружительной скоростью, одежда быстро становилась им мала. А ещё они нуждались в полноценном питании. Это Антон и Карина могли посидеть на гречке или макаронах, а мальчикам были необходимы витамины, мясо, фрукты, молоко.
Молодые супруги часто бывали близки к отчаянию. Совсем пропасть им не давала Вера Степановна. Её уже давно сократили: по возрасту она и так должна была уйти на заслуженный отдых, да и кому‑то понадобилось тёплое место, которое долгие годы занимала твёрдая и принципиальная начальница.
За годы работы на высоком посту Вере Степановне удалось скопить определённую сумму денег. Она мечтала купить небольшой домик у моря, где и предполагала встретить старость. Но обстоятельства изменились, да и цены подскочили. Теперь её сбережений всё равно не хватило бы на приличное жильё, а что попало она приобретать не собиралась.
Вот из этих‑то запасов Вера Степановна каждый месяц спонсировала молодую семью. И Антон, и Карина знали: если что, они не пропадут, Вера Степановна не даст им пойти на дно. Но в то же время им обоим не хотелось злоупотреблять помощью женщины, и потому они старались, тянулись изо всех сил, хотя было тяжело.
И всё же ощущение крепкого тыла не давало совсем уж унывать. Несмотря на всё происходящее, Вера Степановна оставалась для Карины непонятной, почти незнакомой. Свекровь держала дистанцию с невесткой, да и с сыном тоже не особенно откровенничала и не обнималась.
А вот с внуками было иначе: только рядом с ними женщина словно расцветала. Их она без стеснения обнимала, целовала, называла ласковыми прозвищами, и мальчишки отвечали бабушке взаимностью.
Карина иногда пыталась разговаривать на эту тему с мужем.
— Да не бери в голову, мама всегда такой была, — улыбался он. — Просто человек такой: добрый, хороший, любящий. Но не умеет она свои чувства показывать. Может, потому, что мама выросла в детском доме, не получила любви в детстве — вот и не умеет выражать свои чувства. Но зато она надёжная и своих не бросает.
Когда сыновья Антона и Карины пошли в школу, Вера Степановна полностью взяла на себя уроки. Оказалось, что когда‑то, много лет назад, она хотела стать учительницей начальных классов. Потом её карьера пошла по другому пути, но теперь давняя мечта нашла воплощение во внуках.
Бабушка вдохновенно занималась с мальчишками. Она умела быть строгой и требовательной, но при этом делала упор на то, чтобы заинтересовать Степана и Тимофея, привить им тягу к знаниям, развить врождённые способности внуков.
Пока родители пытались раздобыть лишнюю копейку и пропадали на заработках, их дети не бегали беспризорниками по двору, а находились под надёжным присмотром бабушки, которая много вкладывала в их развитие.
Результат радовал: и Степан, и Тимофей были лучшими учениками в своих классах. Они отличались и спортивными успехами, ведь Вера Степановна успевала возить их на секцию волейбола, расположенную на другом конце города.
В этом спорткомплексе работал лучший тренер, а на меньшее Вера Степановна для своих внуков согласна не была.
Так и жили: тянулись, поддерживали друг друга, растили детей.
А потом однажды Антону надоело влачить, как он сам выразился, «жалкое существование». Он решил рискнуть и открыть собственное дело. Понятно, что деньги на раскрутку бизнеса мужчина взял у матери. А где же ещё? Не в банке же под бешеные проценты кредит оформлять.
Антон закупил в соседнем городе на складе сантехническую мелочёвку и продал её на рынке дороже. Сразу получил пусть и небольшую, но прибыль. Успех вдохновил. Антон решил продолжать в этом направлении и оформился как ИП.
Карина помогала ему с документами. Она ведь была экономистом, долгое время работала бухгалтером, так что отчётность и первичная документация полностью легли на неё. Супруги арендовали место на рынке и приступили к работе.
Сначала дело шло туго: клиентская база ещё не наработана, связи с поставщиками не налажены, прибыль в первые месяцы была либо минимальной, либо вовсе отсутствовала. Приходилось решать множество самых разных проблем. Иногда даже хотелось всё бросить, но в итоге дело пошло, и маленький магазин заработал.
Наконец в семье появились деньги — пусть и небольшие, но свои. Больше не приходилось обращаться за помощью к Вере Степановне. Антон даже сумел вернуть ей деньги, которые брал на развитие бизнеса. Карина знала, что свекровь пыталась отказаться и предлагала считать эту сумму подарком молодой семье, но Антон настоял.
Супруги всё‑таки полетели к морю. Мальчишки были уже достаточно взрослыми, чтобы впечатлиться по‑настоящему. Карина смотрела, с какой радостью они носятся по пляжу, и её сердце замирало от восторга. «Какое же это счастье!» — думала она.
Дальше — больше. Бизнес Антона развивался. Скоро мужчина открыл целый магазин, потом ещё один. Теперь на него работал целый штат: бухгалтеры, менеджеры, продавцы.
А вот Карина получила возможность не работать, а заниматься домом и детьми. Правда, мальчишки уже превратились в подростков и в няньке больше не нуждались. Зато семья переехала в частный дом, и в распоряжении Карины оказался целый сад.
За его благоустройство женщина взялась с энергией и вдохновением. И снова она благодарила судьбу за всё, что происходило в её жизни. Дом — полная чаша, любящий муж, замечательные талантливые дети, каждый день дающие повод для радости и гордости. И сад. Сад, в котором Карина ощущала себя полновластной хозяйкой.
Здесь она чувствовала себя спокойной, расслабленной, умиротворённой. Женщина считала, что её нынешняя жизнь — награда за то, что пришлось пережить в детстве. А ещё она часто жалела о том, что отец не видит, как замечательно живётся его дочери. Наверное, он радовался бы за Карину и уж точно души не чаял бы во внуках.
И всё же со временем Карина начала понимать, что ей чего‑то не хватает.
Антон отдалился. Нет, у них по‑прежнему были хорошие отношения, муж ни разу не нагрубил ей, всегда помнил о праздниках и их личных датах. Но он был слишком уж увлечён работой: приходил домой поздно ночью, часто летал в командировки, буквально жил своим делом.
Степан и Тимофей стали почти совсем взрослыми: у них своя жизнь, свои друзья, свои интересы. И это нормально, только немного печально от того, что сыновья так быстро выросли, а Карина не успела в полной мере насладиться их детством, слишком была занята тем, чтобы выжить.
Вера Степановна так и оставалась чужой и холодной.
Такой вот темперамент, наверное. Карина до сих пор толком не знала, как и о чём с ней говорить. Единственной их темой разговора были, пожалуй, Тимофей и Степан.
Свекровь уже совсем состарилась, но выглядела по‑прежнему железной леди. Жила отдельно, в дом сына переезжать из своей квартиры, где была полновластной хозяйкой, отказывалась. И Карина её понимала и поддерживала в этом.
И вот в этот нелёгкий период в жизни Карины снова постучалось счастье. Сначала она даже не верила своим ощущениям, думала — кажется, боялась допустить саму мысль о том, что это правда. Но потом всё стало слишком очевидно: Карина поняла, что ждёт ребёнка. Снова. Через столько лет.
Антон вроде бы обрадовался, но всё же принял новость как‑то слишком сдержанно. Не было в его глазах того восторга, что много лет назад, когда он узнавал о двух первых беременностях жены.
— Ничего себе, так неожиданно, — улыбнулся он.
Потом прижал Карину к себе и поцеловал.
— Надо найти тебе лучших врачей, всё‑таки возраст у нас уже, сама понимаешь.
Карина понимала и, конечно, переживала. Всё‑таки беременность, когда тебе чуть за двадцать, сильно отличается от беременности женщины, которой уже под сорок. Рисков однозначно больше.
Сыновья восприняли весть о скором появлении брата или сестры позитивно.
— Ничего себе, у нас мелкий будет, — улыбнулся Степан. — Так странно как‑то… но мне нравится.
— Мелкий — это прикольно, — покачал головой Тимофей. — Они забавные.
Вера Степановна, узнав новость, только пожала плечами:
— Ну, неожиданно, конечно. Но ничего особенного. Я Антона родила, будучи немногим младше тебя сейчас. Всё хорошо будет.
Беременность, несмотря на опасения Карины, протекала легко, правда, как возрастной ей приходилось чаще проходить всевозможные обследования. На очередном УЗИ Карина лежала на холодной кушетке и молилась про себя о том, чтобы с ребёнком всё оказалось в порядке.
Она, конечно, мечтала о дочери. И очень давно, ещё с детства. После рождения двух сыновей это желание как‑то подзабылось, да и было не до того. Но, узнав о том, что снова беременна, Карина опять начала надеяться: как же ей хотелось стать мамой очаровательной девочки.
Женщина гнала от себя эти мысли, убеждала себя, что нужно радоваться любому ребёнку, да и вряд ли после двух мальчишек вдруг случится такое чудо.
С чего бы вдруг девочка?
Сейчас же, лёжа на кушетке, Карина хотела лишь одного: чтобы с этим ребёнком, что живёт у неё под сердцем, всё было в порядке. А мальчик это или девочка — дело десятое.
Ведь сколько вокруг страшных случаев.
Будучи беременной первыми сыновьями, Карина ещё многого не знала. Теперь же она обладала массой информации, которая заставляла её сердце тревожно сжиматься, а глаза — вглядываться в лицо врача, водящего по животу датчиком, пытаясь уловить малейшие эмоции. Карине всё казалось, что врач хмурится.
Как же ей было страшно. Неужели там всё так плохо?
— У вас девочка, — неожиданно произнёс мужчина в белом халате будничным, спокойным тоном.
Сердце Карины затопила горячая волна радости, у неё даже голова слегка закружилась. Она не ожидала, что ей так рано озвучат пол, а тут ещё и девочка. Неужели это происходит с ней, неужели её заветная мечта всё‑таки сбылась, да ещё и через столько лет?
— С ней… с ней всё в порядке? — спросила Карина о самом главном.
— Всё хорошо, отклонений нет, — ответил врач.
продолжение