Гримировалась Марина почти так же быстро, как ехала сюда. Мне показалось, что она и в зеркало не особо смотрела. Таня всегда красилась долго, тщательно, придирчиво изучала своё лицо, каждую ресничку.
- Ловко у тебя получается. - Заметил я.
- Что?
- Ну вот краситься. Тебе, кажется, и зеркало не нужно.
- Это называется накладывать грим. Привычка. И потом, Лёш, если бы у тебя было трое, ты понял бы, что это сущая ерунда. Потому что постоянно, почти непрерывно один куда-то лезет, второй что-то тащит в рот, третий или третья того и гляди опрокинет на себя кастрюлю с супом, потому что очень хочет помочь. И тогда ты смотришь только за ними, а ресницы красишь тогда же, когда снимаешь кашу с плиты или выливаешь, прости, содержимое детского горшка. Но знаешь, я это всё никогда и ни на что не променяю. Потому что, Лёшенька, это и есть настоящее счастье. Иди сюда, тебя я тоже подкрашу.
- Это ещё зачем? - испугался я.
- Затем, что сейчас ты - артист. И нос с мороза у тебя должен быть красным, и щёки румяными.
Она пробежалась пальцами по моему лицу, поудобнее закрепила бороду и, довольная результатом, улыбнулась.
- Всё здорово. Дедуля, ты у меня красавчик!
Судя по доносящимся до нас звукам, корпоратив был в самом разгаре. Меня охватил настоящий мандраж. Я уговаривал, убеждал себя в том, что ничего ужасного не случится, но сам в это не верил, и становилось только хуже.
- Ну всё, нам пора. - Марина потянула меня за рукав. - Эй, партнёр, спокойно. Сейчас выхожу я, а ты по сценарию.
Она шагнула в зал, и тут же раздались аплодисменты и весёлые возгласы.
- Здравствуйте, а вот и я. С Новым годом вас, друзья! - Услышал я её звонкий, хорошо поставленный голос. Марина читала легко, и я понял, что близок к провалу. Мне хотелось, чтобы она говорила ещё и ещё, но услышал: - Отвечайте дружно хором на мои вопросы «да» или «нет»:
Дед Мороз — мужик отличный?
Выпьет полведра «Пшеничной»?
Любит шутки, анекдоты?
А рабочие субботы?
Дед Мороз поет частушки?
А у Деда есть подружка?
Он мешок несет со склада?
Так кого позвать нам надо?
Все вместе: Дед Мороз! Дед Мороз! Дед Мороз!..
Я замер на секунду, а потом словно нырнул в страшный тёмный омут. Нет, на самом деле, света было предостаточно, я предпочёл бы полумрак, но здесь я был как на ладони.
- С Новым годом поздравляю, счастья, радости желаю! - Почти заорал я. Глаза тёть Мариши распахнулись удивлённо, а спустя секунду в них заплясали весёлые искорки. Я приободрился и продолжил чуточку спокойней:
Всем, кто холост, — пожениться,
Всем, кто в ссоре, — помириться,
Всем, кто болен, — стать здоровым,
Расцвести, помолодеть.
Всем, кто тощий, — стать полнее,
Слишком толстым — похудеть...
Когда я дома читал эти строки, они мне казались насмешкой над моей собственной бедой, но сейчас я не думал об этом. Раздался дружный смех. Я напрягся, но смех был добрым. Эти люди просто пришли отдохнуть. Им было весело и хорошо вместе.
- Вам всем сердцем я желаю не грустить и не стареть,
В праздник зимнею порою...
И тут меня переклинило. Я помнил смысл, но слова растаяли в голове, как первые неуверенные ноябрьские снежинки. «Вот и всё!» — подумал я. — «Ни на что ты, Лёха, не годен». Вспотела спина, руки, даже на переносице выступила испарина.
- Душу рюмочкой согреть. — Раздался голос Марины. — Первую за Новый год!
- По второй за наш народ. — Наконец-то пришёл в себя я. И дальше вдруг покатилось, понеслось. Страх неожиданно отступил. Я говорил то, что нужно, и так, как нужно. Марина, улучив момент, подмигнула мне и украдкой подняла вверх большой палец.
Я не помню, как закончился этот корпоратив, мы проводили конкурсы, разыгрывали призы, с нами фотографировались. Мне несколько раз приносили ту самую «рюмочку для сугреву», но я всякий раз отказывался, пытаясь отшучиваться. Конечно, никакой расписки Василию я не давал, но мне было не до того. Да и Марина умело выходила из каждой новой ситуации, не позволяя мне оказаться в неудобном положении.
- Спасибо, спасибо вам большое! - Управляющий, вышедший проводить нас, улыбался. - Всё, как всегда, на уровне!
И ни слова про мою осечку. Не заметил? Или промолчал из вежливости?
- Ты чего сник, партнёр? - Марина прогревала машину. - Всё же хорошо прошло.
- Хорошо? - Удивился я. - А...
- Слова забыл? Такое со всеми бывает. Выдумал трагедию. В другой раз не теряйся, лепи в рифму. Не можешь в рифму, продолжай прозой. Главное, собственный настрой не сбить. Да хороший из тебя Дед выйдет, Лёшка. Не сомневайся даже. Как профессионал говорю.
- Не знаю... - Я покачал головой. - Это потому что с тобой. Один бы провалился. Точно.
- Вот потому Василий Николаевич меня с тобой и отправил. Ничего, скоро привыкнешь, сам ездить будешь.
- А ты?
- Что, я? У меня работа своя. Между прочим, иногда Снегурочку без Деда Мороза вызывают. И не так уж редко. Вот попробуй сейчас какую-нибудь гадость подумать, в снегу искупаю.
- Да я и не думал ничего. - Удивился я. - Сейчас феминисток развелось... Они мужчин ненавидят, наверное.
- Феминисток, говоришь? - Марина на секунду отвлеклась от дороги и прищурилась. - Ты путаешь значение этого слова. Как и многие. Даже мы сами. Знаешь, Лёш, словом «феминизм» женщина прикрывается, когда ей не удаётся встретить настоящего мужчину. Правильного. Который бы мог взять на себя основную нагрузку, защитить и не бросить свою семью, за лекарством в аптеку сходить, когда жена или ребёнок болеет. Не надо ничего сверхъестественного, достаточно просто быть вместе со своими. Вместе, а не поблизости.
Она говорила, а я... Каким мужем, мужчиной был я? Даже не поблизости. Я был у компьютера, на диване, присутствовал на кухне. Но делать что-то обычное для Татьяны казалось мне глупостью. Иногда мог заказать букет или что-то из ресторана, но и там полёт фантазии обычно ограничивался тем, что люблю я сам. А в остальном... Да она почти и не просила ни о чём, а если просила, я отговаривался работой. Но Татьяна не стала феминисткой, она просто нашла другого мужчину. Я поморщился болезненно. Марина заметила.
- Прости, если задела твои чувства. Но, Лёш, нам, женщинам, часто приходится защищаться от собственной слабости, прикрываясь сильными поступками. Мы уходим, везём на себе работу, дом, растим детей и делаем вид, что так и надо, что нам нравится. Не нравится, Лёш. Внутри каждая остаётся слабой, ранимой, надеется на чудо, которое случится однажды.
- А где же тогда твой рыцарь? - Всё же она задела меня. - Почему ты сказала Дане, что сама должна съездить в аптеку, отвезти ребёнка?
- Ты внимательный... - Машина остановилась на светофоре. Марина посмотрела мне прямо в глаза. - Мой рыцарь в больнице лежит. Поломался. Знаешь, кто такие промышленные альпинисты? Знаешь, вижу. Платят им хорошо. А у нас трое и ипотека. И хозяин Пашкин, который экономит на хорошей страховке. Паша для нас старался, нагрузку двойную брал.
Мою обиду как ветром сдуло. И я спросил уже совершенно другим тоном:
- И как он? Что говорят?
- Спасибо, что спросил. - Машина тронулась с места, и Марина смотрела на дорогу. - Говорят, что везунчик. Удачно упал. Только переломы, а они срастутся. Я рада, правда рада, что всё обошлось. Я не хочу без него, понимаешь? Он и сейчас из больницы домой рвётся, ругает меня, что выступлений много беру. Паша даже там вместе с нами. Свекровь переживает очень. Вот хочу к ней дочь старшую отвезти. Она хохотушка у нас. Не даст бабушке духом упасть.
- В тебя?
- Наверное. Ой, подожди, шеф звонит. Здравствуйте, Василий Николаевич! Хорошо. Если точнее, то отлично. Сможет. Конечно, уверена. Передам.
- Что там?
- Так, партнёр... - Марина задумалась. - Тебя куда везти-то? В офис поздно, а костюм шеф велел тебе оставить. Завтра работаем по-отдельности.
- Как? - Испугался я. - А если как сегодня?
- А что было сегодня? Всё отлично. Завтра корпоративов нет. Только частные визиты. Утром приедешь в агентство, Борис даст адреса и инструкции. А сейчас... Так, как же нам поступить? Значит, сначала ищем аптеку...
- Марин. - Остановил я её. - Ты поезжай. Не хватало ещё со мной возиться. Тебе есть с кем. А я доберусь. Только вот костюм. Как тащить его?
- В нём иди. - Посоветовала Марина. - Заодно и потренируешься. Только куртку надень. Он просторный, налезет сверху. Точно доберёшься?
- Что я, маленький?
- Извини. Ладно, партнёр. Удачи тебе завтра!
- И тебе. - Я вылез из машины, натянул куртку, сверху импровизированную шубу. - И спасибо.
- За что?
- За всё. Марин, ты это... Хорошо всё будет, короче.
- Знаю.
Я постоял, провожая взглядом машину. Взять такси? Потом. Почему-то сейчас захотелось пройтись пешком. Падал лёгкий снежок, а я брёл, прокручивая в голове наш разговор. Было стыдно перед тёть Маришей. Насколько она мудрее и старше меня. Не по возрасту, нет, по жизненному разумению, по рассуждениям и ответственности, да по всему.
- Дедушка Мороз! Дедушка Мороз!
Я шёл дальше, совершенно забыв про красующийся на мне костюм, пока топот маленьких ног не приблизился, и две руки в тонких цветных перчатках не вцепились в полу моего сценического одеяния.
- Дедушка Мороз!
Маленький, лет пяти-шести, мальчонка смотрел на меня с восторгом широко распахнутыми глазами.
- Я знал, что ты есть! А Юля говорит, что это сказка!
- Лёня! Лёнь, так нельзя! Ты понимаешь?
Девушка с взволнованным и сердитым лицом спешила к нам. Я смотрел на неё с надеждой. Пусть эта неизвестная мне Юля заберёт маленького, верящего в чудо человека Лёню поскорее. Потому что я не готов, потому что совершенно не умею общаться с детьми, потому что боюсь сказать что-то такое...
- Извините. - Девушка ухватила малыша за руку. - Идём, горе моё.
- Нет! - Мальчик вырвался и спрятался за меня. - У меня дело к Деду Морозу! Не пойду!
- Лёня, это другой Дед Мороз. Не настоящий.
- Настоящий! - Лёня топнул ногой и едва не шлёпнулся, как я совсем недавно. Я удержал его. - У него шуба, мешок, палка! И... Руки холодные! Я его нашёл! Искал и нашёл! Дедушка Мороз, скажи ей!
Юля вдруг замолчала, подняла на меня глаза, и я увидел в них столько боли и отчаяния, что мне стало страшно.
- Скажи, что ты настоящий! - Требовал откуда-то снизу Лёня.
- Настоящий! - Неожиданно для себя самого произнёс я. Чего уж теперь. - Говори, что хотел. Машинку, паровоз?
- Нет! - Лёня намертво вцепился в мою шубу. - Идём, я покажу! Мы вон в том доме живём.
- Лёня, Дед Мороз спешит. - Предприняла последнюю попытку Юля. Но маленький человек был неумолим.
- А мне надо! Очень!
- Идём. - Я переложил пустой мешок в другую руку, и малыш тут же ухватился за мою варежку, которую я предусмотрительно натянул. Руки должны быть холодными, это я уже понял. - Показывайте, Юля, куда идти.
Теперь она смотрела виновато и озадаченно. Однако повернула к указанному малышом дому. Я шёл за ней, а рядом со мной, почти не глядя на дорогу, шёл Лёня.
- Ты в школе учишься? - Неизвестно почему ляпнул я, просто, чтобы что-то спросить.
- В садике. - Удивился мальчик. - Ты забыл разве?
- Забыл. - Буркнул я. - Старый потому что.
- Ты волшебный. Волшебные не забывают. И не болеют. А я болел! И горло.
- Вот и не болтай, а то снова заболеешь.
Мальчик посмотрел подозрительно, но замолчал. Мы поднялись в квартиру. Я остановился у порога, а он, сбросив сапожки, помчался в комнату.
- Дед Мороз, я сейчас.
Вернулся быстро, прижимая к груди фотографию в простой деревянной рамке.
- Вот.
Со снимка смотрел на меня молодой мужчина, держащий на руках малыша. Не узнать серьёзные пытливые глаза было трудно. Мужчина, очень похожий на мальчика, ну, вернее, наоборот, Лёня похож на него, скорее всего, являлся ребёнку отцом.
- Это твой папа.
- Да! - Обрадовался мальчик. - Видишь, ты знаешь!
- И что ты хочешь?
- Сделай так, чтобы папа приехал на Новый год!
Я растерялся. Интересно, где он, этот самый папа? Бросил, как делают многие? А где мать? Юля, похоже, няня. Поэтому мальчишка и капризничает. Конечно, ему родители нужны, а не какая-то Юля.
- Может, лучше паровоз? - осторожно поинтересовался я. - Можно даже целую железную дорогу.
Но Лёня нахмурился, совсем как недавно Юля.
- Я ненавижу поезд! - Он выхватил у меня портрет. - Ты и правда не настоящий!
На глазах мальчика выступили слезинки. Он развернулся и убежал обратно в комнату.
- Простите. - Произнёс я, открывая дверь. - Простите, что не сумел помочь.
- Никто уже не сумеет помочь. - Юля вышла за мной в коридор. - Миша — мой брат. А Лёня — племянник. Его мама умерла после родов. Мы с Мишкой справлялись вдвоём. Мама с бабушкой далеко живут, а мы оба раньше учились здесь, а потом остались. А тёща Мишина считает, что это он во всём виноват. Её дочери нельзя было рожать, но они решились... И вот...
Она замолчала. Я молчал тоже.
- Потом Миша ушёл туда, куда сейчас уходят многие. Уехал на поезде. Мы с Лёней провожали его.
«Вот откуда такая нелюбовь к поездам», — понял я.
- А теперь его нет. Сказали, погиб. Но тела нет тоже. А ведь если нет, то нельзя же говорить так, правда? Я и не говорю. Правда, с каждым днём становится труднее объяснять Лёне, почему папа не звонит. Раньше хоть иногда... Говорю, что нет связи. Сейчас это почти правда. Он слышит, что об этом многие рассуждают, и верит. Я знала, что он будет загадывать такое желание, поэтому начала объяснять, что Деда Мороза нет. — Она вдруг всхлипнула почти по-детски. — А он не верит. Не в Деда Мороза. Мне не верит.
- Но так тоже нельзя. - Я не знал, как утешить её. - Ребёнок, ну, пока маленький, должен во что-то верить. Я верил. Долго. Мама каждый раз хорошо прятала подарки. А про отца... Может быть, сказать ему правду? Тогда в его жизни останется...
- Какую правду? - Юлины глаза стали сухими и требовательными. - Я сама не знаю этой правды! Никто не видел Мишу в земле. А если это ошибка? Как я могу сказать Лёне, что папа больше не приедет, когда сама не верю в это. Вы ничего, ничего не понимаете! Кто не терял, не поймёт!
- Ещё раз простите. - Я сбежал по лестнице. Снег больше не радовал. Вызвал такси и под тихую ненавязчивую музыку в салоне думал о том, что знаю. Знаю, что значит терять. Но даже не догадываюсь, как вести себя, когда теряют другие. Какие подбирать слова. Марина, наверное, знает. А я нет. И хорошо, что Вася не допустил меня к детям. Потому что их проблемы и переживания только кажутся мелкими, а на самом деле они куда сложнее и серьёзнее, чем у взрослых, которые точно знают, что чудес не существует.
Завтра я поеду на вызовы, буду читать стихи по сценарию, шутить, пересказывая надоевшие взрослые шутки, хорошо идущие под горячее и горячительное. И никогда ничем не смогу помочь единственному в моей жизни случайно встреченному мальчику, потому что настоящих волшебников не бывает...
Продолжение будет опубликовано 30 декабря
*****************************************
📌 Подписка на канал в Телеграм 🐾
***************************************