Эта статья родилась как продолжение к статьи: Рутгер Брегман "Homo bonus". Разбираю новый бестселлер о моральной природе человека.
КОЛОНИЗАЦИЯ
Сразу скажу, из того, что ниже будет сказано, не стоит предполагать, что я одобряю колонизацию. Мой взгляд на нее совпадает со взглядом Ниала Фергюсона, но не Рутгера Брегмана. Фергюсон в своей книге "Цивилизация. Чем запад отличается от остального мира" предлагает реалистичный взгляд на историю, как на зверства колонизации, так и на плюсы Западной Цивилизации.
Рутгер Брегман в "Homo bonus" подает историю в рамках современной антиколониальной повестки, возлагающей на западного человека только бремя вины, и подающей колонизируемые народы, исключительно как невинные и миролюбивые:
Посмотрим, настолько ли дикой... Сравним это для примера с Письмом Америго Веспуччи к Лоренцо Пьерфранческо де Медичи, 1501–1502.:
"Мы увидели каноэ, сделанное из одного огромного дерева, в котором находилось четырнадцать человек. Среди них были три пленника, связанные и лежащие на дне лодки. Туземцы утверждали, что держат их для того, чтобы съесть, ибо у этого народа таков обычай — питаться человеческой плотью. Но когда они заметили наш корабль и поняли, что не могут убежать, они бросили каноэ, прыгнули в воду и, необыкновенно быстро плавая, добрались до берега и скрылись в лесу".
Веспуччи не был конкистадором, и не ставил такой цели, он был исследователь, картограф, приплывший задолго до развернувшейся акции рабовладельческих рейдов, и наблюдавший население в его нативном виде. Он описывал разные племена в процессе плавания вдоль берегов Америки. Его заметки показывают большое разнообразие, и приветливость дикарей, и их интерес к испанцам, мирные обмены жемчуга на "безделушки" (очки и прочие европейские мелочи), но также местами и нападения, каннибализм, убийства, и совсем не мирное поведение, как в отношении команды Веспучии, так и в жизни между племенами.
Я время от времени люблю почитать в том числе участников и очевидцев открытия и завоевания Америки. И у меня не складывается та картина исключительно добрых туземцев и ужасных колонизаторов, которую все чаще пытаются насаждать в СМИ и университетах. По обе стороны колониального процесса выступали совершенно разные типы людей (как по целям, миссии, так и психологически). Головорезов и мирных людей было в достатке и среди автохтонного населения и среди приплывших. Для любознательных в подобном историко-культурологическом чтении, опубликую несколько таких отчетов о новых землях, находящихся в доступе:
Письмо Веспуччи к Лоренцо ди Пьеру Франческо дель Медичи, 1502 г. Подробный текст на англ.
- Эрнан Кортес "Второе послание-реляция императору Карлу V" Введение, часть1, часть 2, часть 3.
- Берналь Диас дель Кастильо "Правдивая история новой Испании",
- Бернардино де Саагун "Всеобщая история о делах нов. Испании" (об ацтеках),
- Диего Дуран "История индийцев нов. Испании"(об ацтеках) - объемная работа, сотни страниц хроник, описаний религиозных практик, легенд и т. д., целиком доступна только на испанском (1 том). Анлийский перевод был не полным и доступен только в библиотеках.
- Диего де Ланда "сообщения о делах в Юкатане" (о майя),
Жан ле Лери (XVI в) (на англ, оригинал на испанском)- гугенот (французский протестант, т.е.), живший в Бразилии среди племени Тупинамба, описывал подробно их каннибализм и жестокость, но считал, что европейцы морально хуже дикарей, так как не следуют своим заповедям.
Лери - один из главных источников эссе Монтеня «О каннибалах».
Так в Европу входит идея:
- культурного релятивизма;
- сомнения Европы в моральном превосходстве Европы.
Я ни в коей мере не оправдываю колониализм, лишь отмечаю, что само его порицание, прежде всего, является продуктом западной культуры - самокритикой Западной цивилизации.
Эта самокритика бывает обретает очень идеализированное представление о других культурах, и не замечает уникальной ценности своей: несущей сами эти идеалы самокритики и уважения и интереса к другим культурам мира.
Фергюсон отмечает - "начиная со Стэнфорда в 1963 году, ряд ведущих университетов прекратил предлагать студентам классический курс истории западной цивилизации", "трое моих детей знают историю хуже, чем я в их возрасте. От них ждут сочувствия к жертвам холокоста, а не рассуждений, почему и как те попали в соответствующие обстоятельства".
Когда мы с подругой в 2016 приехали в Лондон, мы вприпрыжку побежали в Британский музей и наведывались туда не раз. Вход в музей свободный, он огромен и содержит залы разных цивилизаций от Шумера, Египта, Римской Империи, Тибета, цивилизаций Латинской Америки и др. Каково было наше удивление, что учившиеся с нами китайцы, японцы, арабы, не выказывали никакого интереса к посещению этого и других музеев, равно как и наша хозяйка шикарного дома с бэк-ярдом, в которым мы остановились. Для нее, предки которой из Южной Индии оказались в Лондоне несколько поколений назад, вся культура Европы - была абсолютно безынтересной ей культурой колонизаторов. Когда мы ее спросили, была ли она в музее, и что она помнит про времена хиппи? Она ответила - "А мне какая разница? Это всё не наше". Еще больше нас удивила беседа с кореной англичанкой, уехавшей из Англии еще в молодости. Когда мы спрашивали, не скучает ли она по родине, всем этим древним улочкам, соборам, надгробиям XVII века, торчащим то тут то там, пабам...- она сухо ответила, что "не скучает по этим колонизаторам". Это было шокирующе, как человек, в чьем народе были такие гении, как Локк, Шекспир, видит в своей культуре только это. Как оказалось, этому их учили в университете.
Интерес к другим культурам был свойственен Европейцам, начиная с Геродота.
Европейцы первые попытались системно охватить весь известный мир и записывать его знания централизованно (музеи, библиотеки, универсальная история, универсальное право). Другие культуры делали это частично и ограниченно, скорее для обрамления своей истории и мифологии. Видеть в Европейской культуре только "грабеж", оспу и эксплуатацию, это не видеть, что Европейские музеи и коллекции были первым научно-систематическим проектом, познанием подлинной истории человечества, через археологию и расшифровки древних языков (шумерской клинописи, древнеегипетского и др.).
ЖАН-ЖАК РУССО (1712-1778).
Частично в этом пренебрежении к истории виноват Руссо.
И именно его Брегман в своей фантазии о первобытных обществах, берет за отправную точку.
Руссо со своим эгалитаризмом был положительной закваской для гражданского правосознания европейских масс XVIII в., Робеспьер сделал его творения идеологией революции.
Руссо прекрасен в своем порыве и намерениях, но совершенно нереалистичен в своей философии.
Я нежно люблю его за его "Исповедь", но его сочинение "О причинах и основаниях неравенства" 1755г., было встречено уже его современниками как довольно наивное. В нем он продолжает развивать идеи, изложенные им в первой своей работе "О влиянии наук на нравы" 1750г. Вольтер написал ему в письме, "Читая вашу книгу, хочется начать ходить на четвереньках, но как уже более шестидесяти лет я потерял эту привычку, боюсь, что уже не смогу её восстановить".
Основная мысль Руссо: Человек в естественном состоянии - простой, относительно мирный и свободный. Он руководствуется самосохранением и естественной жалостью к другим. Пороки людей - не природные, а возникают вместе с обществом, собственностью и социальным неравенством. Именно цивилизация делает людей завистливыми, зависимыми и жестокими.
Краткий разбор этих взглядов Руссо выполнил наш антиковед и философ, А. Ф. Лосев:
Лосев вполне реалистично описывает "благородный и дружелюбный" образ жизни первобытного строя:
Но каким образом Руссо пришел к такому взгляду?
В силу особенностей своей личной биографии (он рефлексировал в "Исповеди" свои моральные чувства) и, как можно полагать, частично вдохновившись прочитанными по диагонали дневниками первооткрывателей Америки, избрав выгодные отрывки лишь о некоторых береговых народах, и не обратив никакого внимания на каннибализм и прочие истории. Симпатизирующий "дикарям", в силу своей склонности к эксгибиционизму и прочим шалостям, Руссо утомлялся интригами придворного общества его XVIII века. Из дворцов и с балов, он сбегал на природу, приходя в себя от излишних атрибутов светской жизни - вычурного этикета и обильной декором барочной одежды. Он прокладывал себе маршруты посреди гор, плавал на лодочке по озерам его родного региона - область Женевы, Анси, Шамбери. Кроме того, он откровенно пишет, что страдал проблемами с задержанием мочи, которые не могли решить врачи, к которым он обращался. На природе ему становилось легче. Видимо, в силу того, что просто уходило его психологическое напряжение. Из этих обстоятельств жизни он сделал свои далекоидущие выводы об истории человечества, идеализирующие первобытные общества.
Руссо считал, что первобытные люди были сильнее и здоровее, и совсем забыл, что в среднем 5 детей из 10 доживали до 20 лет. Медицину своего века он счел бесполезной, поскольку его собственная мать умерла при его родах.
Если сопоставить Руссо (1712-1778) и Монтеня (1533–1592), то второй, восхищаясь первобытным образом жизни, в плане его непосредственности, в своем эссе "о каннибалах", откровенно признает, что эти племена ведут постоянные войны, и занимаются каннибализмом. Руссо же, как предполагают, как раз читавший это эссе, переиначивает всё, заявляя, что дикари совершенно мирные, а каннибализм он и вовсе обходит стороной, не уделяя ему внимания. Откуда потом и рождается, приведенное в начале статьи, высказывание Брегмана, повторящего Руссо.
Руссо и Монтеня, не смущает, что у "дикарей" есть каннибализм. Они сосредоточены на самокритичности относительно своей культуры: "европейцы делают вещи не менее жестокие" - пишут они.
И это можно понять, Монтень писал свои "Опыты" в 1572 г. - году Варфоломеевской ночи и начала гражданской войны.
Монтеня и его мыслящих современников, поражало то, что человек с такой этической культурой, какой она уже была на его эпоху, способен на такие зверства.
И эта идея, характерна и для всей философии эпохи Просвещения - смотреть на свою культуру не как на лучшую и истинную, а с большим укором совести. Как на имеющую вину, именно по той логике - что виновен больше не тот, кто творит зверства, имея зачатки законов, или живя естественной племенной жизнью, а тот, кто творит их имея Новый Завет. Где сказано: "вынь прежде бревно из своего глаза, а потом увидишь, как достать соринку из глаза брата твоего".
А у "брата дикаря", как пишет сам же Монтень, все просто, и без лишних рефлексий:
БЕЗУДЕРЖНАЯ САМОКРИТИКА ЗАПАДНОЙ ЦИВИЛИЗАЦИИ.
Западная цивилизация дошла до такого уровня самокритики, что сначала провозгласила равенство всех культур, а затем потеснилась настолько в своем уважительном интересе к другим, что ликвидировала саму себя. Не заметила главного в своей культурной эволюции:
Пока остальной мир был все еще косным в своей собственной догматике (безоговорочного доверия священным писаниям и традициям), запад расправился со своей религией и культурой (поставив ее в один ряд с другими, посмотрев на нее в большем, планетарном, историческом, масштабе), а затем абсолютно "проморгал", что именно этим сильным качеством, он и отличался от всего остального мира.
Западная цивилизация наделила равными правами всех. Проблема только в том, что эти "все" далеко не наделяли равными правами ее.
Эта мысль пришла в голову еще Ницше. Он отметил, что христианская мораль, в конечном счёте, породила ту самую интеллектуальную честность и волю к истине, которая обернулась против неё самой и привела к «смерти Бога». Он видел в этом историческую иронию и трагедию Запада (Ницше "К генеалогии морали" (1887), §27).
В "Веселой науке" (1882), в Афоризме 357, Ницше также утверждает, что христианство воспитало в Европе "совестливость" - ту самую интеллектуальную строгость и привычку к самоисповеди, которая в итоге поставила под вопрос истинность самих христианских догм.
Парадигмальным бестселлером середины ХХ в., прокатившимся по всем континентам, стали книги Бертрана Рассела.
Через "Историю Западной Философии" Рассела и его работы "Почему я не христианин" проходило не только несколько поколений в России, но и таков же был путь африканки Айаан Хирси Али, родившейся в Африке, и Брегмана, о чем он пишет в своей книге.
Брегман, родившийся в семье протестанского пастора, провел свою юность в молодежном протестантском движении, пока ему не встретилась книжка Бертрана Рассела, тут то он и перестал быть протестантом.
Хирси Али, точно также родилась в религиозной среде, только исламской, и точно также наткнулась некогда на книжку Рассела, перестав быть мусульманкой.
Однако, она пошла чуть дальше Брегмана - в конечном итоге, устав выступать на одних подмостках с Докинзом и прочими атеистами, она переосмыслила Рассела. Из экс-мусульманки, она превратилась в экс-атеистку. 12 ноября 2023 года она опубликовала эссе - Ayaan Hirsi Ali. Why I am now a Christian Atheism can't equip us for civilisational war. 2023. Где высказала следующую мысль:
"В 2002 году я прочитала лекцию Бертрана Рассела 1927 года под названием "Почему я не христианин". Критика Расселом противоречий в христианской доктрине серьезная, но слишком узкая. Например, он читал свою лекцию в комнате, полной (бывших или, по крайней мере, сомневающихся) христиан в христианской стране. Подумайте, насколько это было уникальным явлением почти столетие назад и насколько редким оно остается в незападных цивилизациях. Мог ли мусульманский философ выступить перед любой аудиторией в мусульманской стране - тогда или сейчас - с лекцией под названием "Почему я не мусульманин"? На самом деле книга с таким названием существует, она написана бывшим мусульманином. Но автор опубликовал ее в Америке под псевдонимом Ибн Варрак. Поступать иначе было бы слишком опасно".
Запад породил Канта и Гегеля - мыслителей, не имевших аналогов ни в одной другой культуре. Кант осмыслял границы познания, Гегель создал философию истории, в которой история это не хаос, а развёртывающийся Мировой Дух, где каждая эпоха и каждый народ вносят свою ноту в общую симфонию смысла.
Превосходство западной культуры, заключалось ни в чем ином, как именно в этой скромности и самокритичности, гуманизме и неподдельном интересе к другим культурам, и к миру как единому развивающемуся целому.
Но, как сказал Ниал Фергюсон - "Когда все достижения западной цивилизации - капитализм, наука, верховенство права и демократия, сводятся к шопингу... главную угрозу Западу несут не другие цивилизации, а наше собственное малодушие и питаемое им историческое невежество".
☝🏻 Друзья, если понравилась статья, не забудьте поддержать лайком, чтоб сделать ее более доступной другим. Критикуйте и оставляйте свое мнение в комментариях.