Найти в Дзене

– Хочу пожить для себя и выспаться, – заявил муж уходя

Три месяца – вот сколько длилось это безумие. Три месяца бессонных ночей, когда Максимка орал так, что соседи за стенкой стучали. Три месяца, когда Марина ходила как зомби с красными глазами и дрожащими руками. А Игорь разгуливал по квартире хмурый, как грозовая туча. – Ты представляешь, что я на работе выгляжу как бомж! – бросил он однажды, разглядывая себя в зеркало. – Под глазами мешки до колен. Марина молчала. Кормила сына, укачивала, снова кормила. Замкнутый круг. И где-то рядом ходил Игорь – её муж, который вместо поддержки только жаловался. – Слушай, а может, мать твоя посидит? – предложил он как-то вечером, потягиваясь после душа. Свежий, отдохнувший. – Я вот подумал, может, съезжу на неделю к другу на дачу? Марина застыла с бутылочкой в руках. – Мне нужен отдых, Марин. Серьёзно. – Игорь принялся складывать вещи в спортивную сумку. – Я последнее время вообще не сплю нормально. А она что – спит?! У неё глаза слипаются, но стоит только прилечь, как Максимка начинает плакать. И эт

Три месяца – вот сколько длилось это безумие. Три месяца бессонных ночей, когда Максимка орал так, что соседи за стенкой стучали. Три месяца, когда Марина ходила как зомби с красными глазами и дрожащими руками.

А Игорь разгуливал по квартире хмурый, как грозовая туча.

– Ты представляешь, что я на работе выгляжу как бомж! – бросил он однажды, разглядывая себя в зеркало. – Под глазами мешки до колен.

Марина молчала. Кормила сына, укачивала, снова кормила. Замкнутый круг. И где-то рядом ходил Игорь – её муж, который вместо поддержки только жаловался.

– Слушай, а может, мать твоя посидит? – предложил он как-то вечером, потягиваясь после душа. Свежий, отдохнувший. – Я вот подумал, может, съезжу на неделю к другу на дачу?

Марина застыла с бутылочкой в руках.

– Мне нужен отдых, Марин. Серьёзно. – Игорь принялся складывать вещи в спортивную сумку. – Я последнее время вообще не сплю нормально.

А она что – спит?! У неё глаза слипаются, но стоит только прилечь, как Максимка начинает плакать. И это уже четвёртый раз за ночь.

– Мне тоже тяжело, – прошептала Марина.

– Да я понимаю, что тяжело, – отмахнулся муж, запихивая в сумку любимую рубашку. – Но у меня работа серьёзная, ответственность. Нельзя же с таким лицом к клиентам выходить.

И тут произошло что-то странное. Марина вдруг увидела их со стороны: она – в засаленном халате, с всклокоченными волосами, с кричащим ребёнком на руках. И он – собирающий чемодан, убегающий от них.

– Хочу пожить для себя и выспаться, – буркнул Игорь, даже не глядя в её сторону.

Дверь хлопнула.

Марина стояла посреди квартиры с плачущим сыном и чувствовала, как внутри всё рушится.

Неделя прошла. Потом ещё одна.

Игорь звонил раза три – спрашивал, как дела. Голос отстранённый. Будто говорил с дальней знакомой.

– Приеду на выходных.

Не приехал.

– Завтра точно буду.

И снова не появился.

Марина качала орущего сына, меняла памперсы, готовила смеси. Спать – по полчаса между кормлениями.

– Нормально у тебя все? – спросила подруга.

– Отлично, – соврала.

Зачем она врёт? Стыдно же. Стыдно, что муж бросил. Что она одна с младенцем.

Казалось бы, что может быть хуже! Но самое интересное началось в магазине – встретила коллегу Игоря.

– А где ваш-то? – спросила Лена.

– Работает много.

– Понятно. Мужики все одинаковые – как дети, так сразу на работе зависают. – Лена наклонилась ближе: – А что, у Игоря часто командировки случаются?

– Какие командировки?

– Ну вот в Питер же только что ездил! На семинар. Фотки показывал.

В Питер? Когда это?!

Марина вспомнила: на прошлой неделе Игорь не звонил три дня. Сказал – был занят.

Врал, не занят. В Питере отдыхал.

Игорь приехал в субботу. С цветами.

– Извини, что долго не был. Работы много.

– В Питер ездил?

Он замер с букетом.

– Кто сказал?

– Неважно кто. Важно – зачем врёшь?

– Не вру. Просто думал, расстроишься, что без тебя съездил.

Без неё?! Да она с младенцем никуда бы не могла!

– Игорь, мне нужна помощь. Понимаешь? Я не сплю неделями.

– Наймём няню.

– На что? Ты денег не даёшь.

– Как не даю? Квартиру же плачу, коммуналку.

– А на еду? Памперсы? Лекарства?

Молчал. Потом:

– Может, на работу выйдешь? Хотя бы на полставки? Чего дома сидеть. Няню наймем.

Сидишь дома. Как будто отдыхает!

И тут Марина взяла сына, посмотрела на Игоря и поняла: этот человек её не любит.

Совсем.

Никогда не любил.

– Уходи.

– Куда это?

– Вон. И не приходи, пока не решишь, что тебе важнее: семья или свобода.

Игорь взял ключи и ушёл. На два дня. Потом прислал: "Думаю".

А Марина в это время не спала. И думала тоже.

Представьте, что вы впервые за месяцы остались наедине со своими мыслями.

Мать позвонила:

– Маринка, как дела? Игорька дома нет?

– В командировке.

Опять соврала.

– Может, приеду? Помогу?

– Справлюсь.

И это ещё не всё. Мать приехала сама.

– Как тут у вас? – огляделась. – Господи, Маринка, на себя посмотри!

Марина посмотрела в зеркало. Да, хороша.

– А Игорь где?

– Работает.

– В восемь вечера?

Марина молчала.

– Что происходит?

И тут Марина заплакала. По-настоящему, как маленькая: громко, отчаянно.

– Он ушёл. Сказал, что хочет пожить для себя.

Мать молчала. Потом:

– Сволочь. Редкостная сволочь.

Марина удивилась. Мать никогда не ругалась.

– Я всегда думала, что Игорь слабый. Но чтобы настолько.

– Мам, может, я не права? Может, нужно было понять?

– Маринка, а тебе не тяжело?

От этой простоты Марина поняла: всё время она думала только об Игоре. О его усталости, комфорте.

А о себе – ни слова.

– Что мне делать?

– Жить. Без него. Лучше одна, чем с таким.

Игорь вернулся в субботу. Загорелый. Видимо, "думал" на даче.

– Поговорим?

– Да.

Они сели за стол:

– Слушай, Марин, я понимаю, тебе тяжело. Но и мне несладко. Может, договоримся? Буду помогать деньгами, навещать. А пока поживу отдельно.

– Сколько?

– Что?

– Денег. Сколько?

– Ну, тысяч десять.

Десять тысяч. На ребёнка, еду, лекарства.

– Игорь, иди к чёрту.

– Что?!

– Что слышал. И не приходи.

– Марина, я предлагаю дело!

– Дело? Свободы захотел? А где моя свобода?

И тут Игорь сказал фразу, которая расставила всё по местам:

– Да какая у тебя свобода? Ты же мать!

Марина смотрела на него: вот он, настоящий Игорь. Инфантильный эгоист, который считает материнство приговором.

– Завтра подам на алименты. Четверть зарплаты. По закону.

– Ты не посмеешь!

– Посмею.

Он ушёл, хлопнув дверью. А Марина впервые почувствовала: дышать стало легче.

Максим заплакал. Но теперь она знала: справится.

Прошел год.

Игорь пытался вернуться дважды.

– Марин, попробуем?

– Поздно.

Игорь жаловался, что Марина – стерва. Неубедительно.

Марина нашла няню, устроилась медсестрой.

На работе познакомилась с врачом Андреем.

– Дети есть?

– Сын.

– А отец где?

– Живёт для себя.

Познакомила. Андрей привёз машинку Максимку. Они вместе играли и смеялись.

Потом часто гуляли все вместе в парке.

Игорь узнал. Позвонил:

– Ребёнку год, а ты с мужиками!

– А ты что хотел? Чтобы тебя ждала?

– Но ты мать!

– Да, мать. И что?

Больше не звонил.

Андрей был другим. Когда Максим заболел – тут же приехал. Когда уж очень уставала – забирал к себе на дачу.

Сейчас Максиму два года. Называет Андрея дядей. Игоря не помнит.

Игорь женился. Алименты платит.

Марина не злится.

Она тоже теперь живёт для себя. И это прекрасно.

Друзья, спасибо, что читаете! Если есть желание и возможность поддержать проект символическим донатом, буду признательна за внимание и поддержку https://dzen.ru/id/66f2ae1f576d5e047eb534bd?donate=true!

Не забудьте подписаться, чтобы не пропустить новые публикации!

Рекомендую еще почитать: