Воскресенье. Стою под навесом, чуть покачиваюсь от ветра, смотрю на серое небо. Капли падают на стрелу, стекают по металлу, и мне будто щекотно. А я вот что думаю. Эх, зима бы настоящая пришла… чтоб морозец скрипел под гусеницами, чтоб иней лёг на ковш как праздничная гирлянда, чтоб пар от гидравлики клубился. А тут — слякоть, грязь, какая-то вялая оттепель, то ли декабрь, то ли октябрь. От такой погоды не только металл, душа ржавеет. А Степаныч тоже… Ну что сказать? Он ведь как брат мне, почитай 5 лет вместе. Какая муха его укусила? Орал вчера всю смену на меня, как бешеный. «Здесь ему не так, тут ему не эдак!» Железякой ражавой обзывал! Чуть рычаги не вырвал. Панель вон до сих пор болит от его ударов. Но ведь знаю — добрейшей души человек. С женой может опять поссорился. Пил бы меньше, может и в семье ладно всё было. В конце дня всё таки вернулся, постучал по кабине: «Извини, старик. Нервы». А я что, я ничего, я же всё понимаю, хоть и железный! А вот Селиванова, прораба нашего не п