По мотивам финской сказки
Автор - Степан Коршунов
В доме одного общинника, на сеновале конюшни, нашла свой приют старая кошка. Поначалу люди могли только догадываться об обитателе сеновала, ведь кошка долгое время никому не давала себя увидеть. Только какой-нибудь сезонный работник изредка улавливал краем глаза движение серебристой тени, мелькнувшей в углу конюшни.
Но со временем старая кошка перестала таиться и позволила людям себя рассмотреть.
Она была гораздо больше прочих кошек, а её мех был такого же цвета и такого же блеска, как талый снег. Под густым серебристым покровом отчётливо угадывались странные бугры и какие-то неправильные неровные формы. Старость ли так причудливо отразилась на этой кошке, или это была некая болезнь – точно сказать никто не мог.
Люди были добры к старой кошке, несмотря на её причудливый облик.
Хозяин конюшни, как и многие другие, каждый вечер приносил на сеновал чего-нибудь съестного со своего стола. Ведь сама кошка была старой и слабой, никогда не покидала-выходила за пределы конюшни.
Эти люди чтили традиции и заветы предков. Чтили с такой же силой, с какой они боялись старых суеверий.
Общинники считали эту старую кошку домовым духом из рассказов стариков. Считали так даже не из-за её пугающего облика, хотя и это сыграло не последнюю роль.
Времена тогда были суровые и холодные, общинники не могли себе позволить досыта кормить своих лошадей. Недоедавшие лошади слабели, чахли, падали и больше не поднимались.
Но у того общинника, на сеновале которого поселилась кошка, лошади совсем не болели.
Более того, его лошади лоснились, были крепкими и здоровыми.
Люди этой общины были твёрдо убеждены в том, что благополучие тех лошадей было благодаря старой кошке.
И они были благодарны, хоть и предпочитали держаться на почтительном расстоянии.
Одной холодной ночью батрак, нетвёрдо стоящий на ногах от выпитого, пришёл на сеновал ночевать. Он вонял и шумел, и кошка-домовой зашипела на него.
Её очертания словно расплывались, как расплывается отражение в потревоженной воде. Силуэт старой кошки будто клубился, как клубится чёрный печной дым. Казалось, что приземистая серебристая тень становилась больше, раздаваясь низким утробным рокотом.
Батрака не смутил вид кошки, ведь он был пьян и перед глазами у него плыло.
Он нащупал в сене обломок дерева, возможно, кусок оглобли, и принялся бить им старую кошку.
Батрак не остановился, пока не оставил от кошки бесформенный кровавый ком.
После чего он выронил своё орудие и рухнул в сено и, ни о чём не заботясь, отдался хмельному забвению.
Остаток той ночи люди не смогли спокойно проспать.
С сеновала доносились душераздирающие крики, которым вторило паническое ржание лошадей. В том ужасном крике никто не мог бы и заподозрить хотя бы тень чего-либо человеческого.
Многих стариков и молодых тогда хватил удар, и они падали без чувств, не выдержав этого ужаса.
Люди решились подойти к сеновалу, только когда солнце достигло зенита.
Внутри все стены, балки и перекрытия были изодраны, выворочены и изломаны. Будто чудовищная сила расщепляла и выдирала крупные куски из дерева.
Затем нашли батрака.
Он лежал в отвратительной смеси запёкшейся крови и сена. Всё выдранное из стен и перекрытий дерево, обратившись острыми ножами и когтями, пронзало то, что когда-то было телом Батрака. От него практически ничего не осталось: некогда человеческое существо было будто перемолото страшными жерновами.
Все, видевшие эту сцену нечеловеческого ужаса, на долгие годы лишились душевного спокойствия и мирного сна. Ибо знание, что в мире возможно подобное, оставляет на рассудке глубокую и незаживающую рану.
Лошади хоть и были напуганы, но всё же были целы и невредимы.
Рядом с большим кровавым пятном, в котором лежали изуродованные ошмётки, было пятно поменьше, в котором ничего не было.
С тех пор никто из людей этой общины никогда не видел старую кошку.
Лошади в той конюшне больше не лоснились, но лишь болели и чахли.
Конюшню с сеновалом заколотили, лошадей развели по другим конюшням. И не было больше никогда такой удачи в лошадях, какая была при старой кошке.
Торговцы, проходящие от общины к общине, всегда были источником новостей и слухов из разных мест.
Рассказывали, будто бы в одной далёкой общине люди стали замечать движение мелькавшей в тёмных углах серебристой тени.
Следующая История - 16.01.26