Константин:
Друзья, привет! В подкасте «Невротики» сегодня — два главных невротика: я, Константин, и психолог Ильич. Тема у нас серьёзная и даже немного опасная: мы в этом не разбираемся, но ты, Ильич — разбираешься. Ты как-то писал в своём Telegram-канале про правила работы психолога. Давай поговорим об этом?
Ильич:
Да, у меня в закрепе даже висят правила моей работы. И сегодня мы как раз и поговорим о технике безопасности — не для клиента, а для самого психолога. Есть три ключевые вещи, без которых работа психолога небезопасна и неэффективна.
Константин:
ТикТок-формат: три пункта за час. Отлично — у нас как раз аудитория, которая способна усидеть на часовом видео!
Ильич:
Итак, три столпа:
- Правила — чёткие рамки работы.
- Личная терапия — психолог должен сам работать над собой.
- Супервизия — разбор практики с опытным коллегой.
Поговорим именно о тебе — как о специалисте. Потому что без этого ты рискуешь навредить и клиенту, и себе.
Что такое супервизия и зачем она нужна?
Константин:
А кто такой супервизор?
Ильич:
Это специально подготовленный психолог, который помогает другому разбирать сложные случаи, анализировать взаимодействие с клиентами, замечать слепые пятна и параллельные процессы — когда то, что происходит в твоей жизни, влияет на терапию.
Супервизор может подсказать методику, задать важный вопрос или просто дать взгляд со стороны. Особенно это ценно для начинающих.
Константин:
А может ли, например, два друга-психолога быть супервизорами друг для друга?
Ильич:
Нет. Супервизия, как и терапия, не предполагает дружеских отношений. Границы важны. Хотя в некоторых форматах — например, в балентовской групповой супервизии — участники могут быть знакомы и общаться вне сессий.
Константин:
А что это за формат?
Ильич:
Представь круг психологов. Один рассказывает про сложный кейс: что происходит с клиентом, какие у него чувства, гипотезы. Затем он выходит за круг и наблюдает, как группа разбирает не только клиента, но и самого психолога — его реакции, защиты, сценарии из прошлого. Это помогает увидеть то, что ты сам не замечаешь.
Константин:
И как часто нужно ходить на супервизию?
Ильич:
Я хожу раз в две недели. Но даже если у тебя нет «горячего» случая, участие в разборе чужих кейсов всё равно полезно — ты видишь свои зоны роста.
И самое важное: супервизия помогает не скатиться ни в «великого гуру», ни в «самозванца». Без неё легко либо надуться от уверенности, либо погрузиться в сомнения.
Личная терапия: почему психологу нельзя работать «на сухую»
Константин:
А зачем психологу личная терапия? Он же сам всё знает!
Ильич:
Это как пытаться самому себе вылечить зуб. Даже если ты знаешь, где кариес, ты всё равно не залезешь в нужный угол.
Психолог — живой человек. У него есть свои травмы, защиты, слепые зоны. Если он не работает над собой, он начинает «засорять» терапию своими нерешёнными вопросами. Плюс риск выгорания — особенно у тех, кто в помогающей профессии. Терапия помогает вовремя это заметить и снять напряжение.
Константин:
Можно ли иногда делать перерыв, если «всё нормально»?
Ильич:
Это иллюзия. Даже если кажется, что всё хорошо, ты можешь не заметить, как накапливается напряжение. Я пробовал пропускать месяц — и сразу чувствовал: мотивация падает, эмоциональная стабильность снижается.
Для психолога личная терапия — не про «лечиться от чего-то», а про психогигиену. Как душ утром.
Правила: что должно быть в работе любого психолога
Ильич:
Правила — это не прихоть, а основа безопасной терапии. Вот ключевые:
- Конфиденциальность. Всё, что происходит в кабинете, остаётся в нём. У нас, к сожалению, нет юридической «психологической тайны», как врачебной, но совесть — сильнее закона.
- Право на STOP. Клиент может в любой момент прервать сессию, не отвечать на вопрос, отказаться от упражнения. Особенно важно для тех, кто склонен «угождать» и «жертвовать собой».
- Безоценочность. Психолог не осуждает и не одобряет — он просто присутствует рядом с клиентом в его опыте.
- Оплата пропусков. Если отмена — не по форс-мажору, сессия оплачивается. Это помогает видеть сопротивление и работать с ним.
- Правило 72 часов. После сессии нельзя принимать важных решений: не увольняться, не расставаться, не переезжать. Эмоции должны улечься, чтобы решение было осознанным.
Константин:
А что делать, если клиент говорит: «Вы говорите фигню»?
Ильич:
Это отличный момент! Конфликт в терапии — нормален, если он продуктивный. Реакция психолога покажет его профессионализм: либо он сможет разобрать недовольство и выйти на новый уровень доверия, либо — покажет свою неготовность к сложным эмоциям.
Можно ли быть психологом без всего этого?
Константин:
Допустим, кто-то работает без супервизии, без терапии, без правил. Что будет?
Ильич:
Такие специалисты есть. Но у них низкие показатели удержания клиентов. Люди приходят один-два раза и уходят — потому что терапия не работает на глубоком уровне. Она остаётся на «инсайте»: «О, у меня папа алкоголик — поэтому я с такими встречаюсь». Но чувства не прожиты, поведение не изменилось.
Иногда такие психологи пытаются «удержать» клиента, назначая кучу сессий или навязывая допуслуги. Но настоящая цель работы — не удержать, а помочь и отпустить.
Как стать психологом: краткий путь
Константин:
А если я хочу стать психологом — с чего начать?
Ильич:
- Получить профильное образование (или переподготовку, если у тебя уже есть смежное — например, медицина).
- Выбрать подход и пройти постдипломную подготовку — это твоя «ординатура».
- Начать личную терапию и супервизию.
- Читать, смотреть, пробовать. И не останавливаться.
Константин:
На этой ноте — подведём итог. Психологу обязательно:
— Личная терапия
— Супервизия
— Чёткие правила
Ильич:
А клиентам — совет: спрашивайте об этом! Это лучший способ понять, с кем вы имеете дело.
Константин:
Спасибо, что были с нами! Это был подкаст «Невротики» — два главных невротика: я и психолог Ильич.
Ильич:
Теперь ты, наконец, знаешь все правила. А то полтора года ходил и не знал.
Константин:
Он всё время говорил: «Через 72 часа узнаешь!» Так и не принял ни одного решения в жизни.
Ильич:
Зато не навредил. Пока!