- Я твоя мама теперь! - проговорила Татьяна Алексеевна с улыбкой. - И ты должна меня уважать!
Она только что появилась на пороге нашей с Вадимом квартиры с двумя внушительного размера дорожными сумками. Потому что ее выселили из квартиры, и теперь ей негде было жить.
- Вадюша сказал, я могу пожить у вас недельку-другую, пока не найду что-нибудь подходящее, - развязно продолжила она. - Ты же не против, солнышко?
- Проходите, - сказала я, отступая в сторону.
А что еще я могла сказать? Вадим уже все решил, пока я была на работе. Позвонил, сообщил факт: мама поживет у нас. Временно. Всего пару недель. Максимум месяц. Честное слово.
Татьяна Алексеевна уверенной поступью прошла мимо меня. Покопавшись в одной из своих сумок, она достала несколько бутылок с горячительным.
- Это для праздничного ужина! - пояснила она, заметив мой взгляд. - Отметим воссоединение семьи!
Мне вдруг стало очень тревожно...
Обосновалась Татьяна Алексеевна довольно быстро. Через какой-то час гостиная превратилась в ее личное пространство. Я и моргнуть глазом не успела, как она шустро разложила свои вещи и деловито поинтересовалась:
- Олечка, а что у нас на ужин?
- Сейчас что-нибудь соображу, - отозвалась я.
- Вот и сообрази! Отличненько! А то я так проголодалась…
Я приготовила курицу с картошкой и нарезала салат. А за ужином Татьяна Алексеевна рассказала нам о своих злоключениях. Оказывается, квартиру, которая находилась в пригороде, у нее «отжали мошенники». Она по доброте душевной сдавала комнату какой-то паре, а они перестали платить и выжили ее из собственного дома.
История звучала так нелепо, что даже доверчивый Вадим нахмурился.
- Но как такое может быть-то? - недоумевал муж.
- А вот так… - вздохнула свекровь. - В нашем мире, Вадя, и не такое бывает. Так что…
- Ну а в полиции что? - продолжил «допрос» Вадим.
- Ой, Вадя… - поморщилась Татьяна Алексеевна. - Ты не знаешь этих людей! У них связи! Мне еще повезло, что живой ушла!
За ужином она выпила полбутылки вина, которое привезла с собой, а потом достала бутылку коньяка. К десяти вечера она уже еле ворочала языком, рассказывая о том, какой Вадим был хорошенький в детстве.
- А помнишь, как ты в колготочки сходил по-маленькому на утреннике в садике? - хохотала она. - Ты зайчиком был в белых колготочках!
Вадим густо покраснел.
- Ну, я думаю, я вас не стесню, - сказала после недолгого молчания Татьяна Алексеевна. - Я, если что, готова и на коврике в прихожке…
- Да ну, мама… - сказал муж. - По-моему, ты лишку выпила.
- Ладно, - пожала она плечами, - если на коврике вам не нравится, тогда я на столешнице лягу. Ноги в раковину положу, а голову на газовую плиту. Чтобы теплее было!
Тут она на миг задумалась.
- Так… Стоп! А где в таком случае будет моя…
- Мама! - рассмеялся Вадим. - Столешница высокая. Если свалишься ночью, не встанешь.
- М-да? - нахмурилась свекровь. - А где мне спать тогда?
- У нас, вообще-то, есть диван, - встряла тут я.
- Так я же не хочу стеснять вас! - сказала она. - Пусть стоит диван, а то еще помну его. Жалко…
Она вздохнула и на миг задумалась.
- Ладно, тогда на балконе буду…
***
И тут прозвенел дверной звонок. Между прочим, часы показывали уже половину двенадцатого ночи.
- Ой! Это ко мне! - весело крикнула Татьяна Алексеевна и побежала открывать.
На пороге стоял мужик лет шестидесяти в мятом пиджаке.
- Танюха, ты где пропадала? - заорал он с порога. - Я тебя весь день ищу!
- А я туточки, адрес же верно написала тебе! - кокетливо взвизгнула она, затаскивая мужика в квартиру. - Кстати, Толя, познакомься, это мой сын и его жена!
«Гость» прошел на кухню, пожал Вадиму руку, кивнул мне, уселся без приглашения за стол и бахнул:
- Танюх, наливай!
- Не вопрос! Наливаю!
Я посмотрела на Вадима. Вид у мужа был растерянный и встревоженный.
- Мам, - робко начал он, - уже поздно...
- Ой, Вадя, не будь занудой! Толик - мой старый друг, мы сто лет не виделись! Надо отметить его приход!
Они «отмечали» до трех часов ночи, орали песни, хохотали, звенели стаканами. Соседи сбоку стучали в стену, соседи снизу колотили по батарее, пришедший разбираться сосед сверху грозил полицией.
Только после этого «гости» угомонились и ушли спать на наш диван.
***
Утром Толик все еще был на нашем диване.
- Вадя, - зашипела я на кухне на мужа, - это что такое?
- Оль, ну… - он замялся. - Потерпи немного, ага? Мама только переехала, ей нужно адаптироваться…
- Адаптироваться?! - взвилась я. - Но у нас тут не реабилитационный центр!
- Ну все, хватит, - сказал муж. - Это ненадолго.
Он ушел, а я осталась наедине с храпящими Толиком и Татьяной Алексеевной.
***
К вечеру Толик ушел, но пришли две женщины неопределенного возраста. «Подружки», как их представила Татьяна Алексеевна, пили на кухне, курили в форточку и обсуждали какого-то Витька, который «совсем берега попутал».
Кстати, из обрывков их разговоров мне наконец стало ясно, что за катавасия произошла у свекрови с квартирой. Не было никаких мошенников. Просто она как-то «за рюмкой чая» подписала не глядя какой-то подсунутый неким «ухажером» документ, и вуаля.
«Подружки» сидели до часу ночи. А когда они ушли, у меня из кошелька пропала тысяча рублей.
- Вадим, у меня пропали деньги, - сказала я мужу на следующий день, когда он вернулся с работы.
- Ты могла потратить и забыть, - пожал он плечами.
- Я не забываю, когда трачу деньги, - проворчала я.
- Ты на что намекаешь? - нахмурился Вадим.
- Да ни на что… Я просто констатирую факт, были деньги, нет денег. И в квартире посторонние люди.
- Это мамины друзья!
- Которых я вижу первый раз в жизни!
Вадим промолчал. Потом сказал:
- Ну, мама сейчас трудный период переживает. Нужно поддержать ее, а не… - и он выразительно посмотрел на меня.
- Ясно-понятно, - подумала я.
***
На третий день Татьяна Алексеевна сообщила нам, что Толик поживет у нас пару дней, его тоже выселили. Временно поживет, конечно.
Это было уже слишком. Я собрала сумку и уехала к подруге.
- М-да уж, - сказала Олеська, выслушав меня. - А зачем ты ее вообще впустила?
- Это не я, а Вадим впустил.
- А ты зачем согласилась?
- А что мне было делать? Это его мать.
- Которая, будучи под «мухой», взяла и подарила непонятно кому собственную квартиру! Оль, она же… У нее проблемы серьезные!
- Вадим говорит, у нее трудный период.
- Это у тебя будет трудный период, если ты не вернешься и не выставишь ее вон.
Но я не вернулась. Ни в тот вечер, ни на следующий день. Вадим звонил, спрашивал, когда я приеду. Я отвечала категорично – когда твоя мать и ее гость уберутся из нашей квартиры.
- Оля, я не могу ее выгнать!
- А я не могу жить в притоне с вечными гостями.
***
Через неделю мне позвонила Татьяна Алексеевна.
- Олечка, ну что ты за человек такой? - начала она. - Бросила мужа и сбежала! А я тут одна с ним мучаюсь!
- Мучаетесь?!
- Ой, он такой нудный стал! Все ноет и ноет, Оля уехала, Оля не возвращается… Толика выгнал, подружек моих не пускает. Сидит, дуется. Слушай, может, ты вернешься? А то он меня достал уже!
Я положила трубку.
***
Дня через три мне снова позвонил муж.
- Оля! - он почти кричал. - Вернись! Ну пожалуйста! Мама... Она невозможная. Квартира превратилась в помойку. Она пропила мою заначку! Толик украл мой ноутбук! Я… Я выгнал его и пригрозил полицией.
- Да? А мама что? - спросила я.
- Ну… - Вадим замялся. - Мама пока живет со мной.
- Ясно, - сказала я, - я не вернусь, Вадим.
С этих пор прошел месяц. Я сняла квартиру поближе к работе, потихоньку обустроилась там, подала на развод и на раздел имущества. Куда Вадим денет мать после раздела имущества - мне не интересно (Все события вымышленные, все совпадения случайны)🔔ЧИТАТЬ ЕЩЕ👇