Сказка о лядяном пионе

Сказка о лядяном пионе...

Девчонка рисовала на стекле,

В тот час, когда был день и светел, и недлинен,

В холодной, синей, предрассветной мгле

Она зимы вычертила пион.

И вот уж он, как будто изваянье,

На ледяном полотне ожил,

Храня зимы холодное дыханье,

Декабрьский, безупречный идеал.

Она шагнула, чтоб полюбоваться,

И в тот же миг, как будто в дивном сне,

Цветок нарисованный стал вздыматься,

И лёгкий пар поплыл по всей стене.

А в сердцевине, в самой глубине,

Как в раковине жемчуг драгоценный,

Зажёгся свет, подобный тишине,

И засиял улыбкою нетленной.

Девчонка замерла, боясь дышать,

И в глубине того голубого света

Увидела, как стала воскресать

Фигурка, что из инея была одета.

То фея, сотканная из мечты,

Из хрупких льдинок, из ночных лучей,

В чьих волосах застыли все цветы,

Что не цветут в садах простых людей.

Её наряд из нитей паутины

Был весь покрыт хрустальною пыльцой,

И лик её, как белые картины,

Сиял нечеловечьей красотой.

Глаза — осколки неземного льда,

В которых солнце светит издалёка,

И в них таится тихая звезда,

Что в небе светит нам так одиноко.

Она ей улыбнулась уголком

Своих губ, что из света состоят,

И комната наполнилась звонком,

Как будто ангелы на арфах говорят.

Она ладонь свою приподняла,

И пыль из искр посыпалась на стёкла,

И там, где эта пыль на них легла,

Сады зимы дотоле невиданные взросли.

И вот она шагнула из цветка,

Скользнув по лунному лучу бесплотно,

И так была прозрачна и легка,

Как будто соткана из сна мимолётно.

Она к лицу девчонки подлетела,

Касаясь пальчиками ледяными глаз,

И девочка на мир вдруг поглядела,

Как будто в самый первый в жизни раз.

И поняла язык сосулек и снегов,

Увидела в снежинке дивный замок,

И разглядела средь ночных лугов

Алмазный сад из тысяч тайных лавок.

Но фея не просила ничего,

Она была лишь благодарным знаком

За то, что в мире этом для неё

Нашёлся тот, кто видит за острагом.

Она порхала, оставляя след

Из тающих узоров на паркете,

И наполняла мир волшебный свет,

Который есть не на всякой планете.

Но вот зарёй окрасился восток,

И первый луч коснулся крыльев хрупких,

И фея, как весенний ручеёк,

Растаяла в рассветных, алых кубках.

Пион исчез. И стало вновь темно.

Лишь чистое, простое, как судьба, окно.

Но знала девочка, что в мире есть одно

Святое, вечное, простое волшебство.

Что красота спит в сердце декабря,

И ждёт руки, что выведет узор,

И что тогда, добром своим горя,

Она откроет в вечность коридор.

Константин Цунамин....