Константин Цунамин

— Вот кофе, милая, садись. Чего добавить для услады? — Мне б эликсир, чтоб взмыла ввысь Душа из жизненной засады. — Так, может, ложечку корицы? Иль шоколада горький вкус? — Чтоб он помог мне возродиться, Прогнав из сердца страх и гнус. — Есть кардамон, мускатный цвет, Ванильный сахар есть в пакете... — Чтоб он принёс мне звёздный свет И все сокровища на свете! — Ну, перец чили, для огня? Чтоб кровь по венам побежала? — Чтоб в нём вся вечность обняла Меня и больше не бросала! — Я сдался. Сформулируй мысль...

Ночью, в сонной тишине, Город спит в глубоком сне. Ходит кот, как тень по краю, Жар сердечный собирая. Видит дом, где двое слились, Где тела разгорячились. Там не слово, а касанье Правит всем у мирозданья. И с каждым вздохом, с каждым стоном, Под луной, как под иконой, Вьётся в воздух пар горячий, Сладкий, томный и незрячий. Эту дымку, эту негу Он вплетает в ткань умело. В ней не мысли, не сюжеты — Лишь телесные заветы...

! 🕊️🥚🌷 Сегодня особенный день — светлый, радостный, полный надежды. Пусть в ваших домах будет мир, в сердцах — любовь, а на столах — куличи и улыбки. Христос воскрес — и вместе с этим оживает всё лучшее, что есть в каждом из нас...

, И мир в печали замирал. Холодный камень у пещеры Покой священный охранял. Лишь утро тронуло восток, Как сердце мира вновь забилось. Воскрес навеки наш Господь, И в мире всё преобразилось И звон поплыл над городами, Как будто зОлота река, Неся благую весть в обитель храма,...

, @DownloaderTGbot ❤️

» Сидели мы как-то с любимой на кухне. За окном — апрель, до отпуска далеко, мокрый асфальт. В чашках — чай, который уже почти остыл. И такое на душе было тоскливое «не-лето», что хоть волком вой. — Эх, — говорю я, глядя в окно, — сейчас бы на море. Ноги в песок, в руке — кукуруза, и чтоб орали: «Пахлава медовая, пахлава медовая!» — Не сыпь мне соль на рану, — вздыхает она. — До отпуска, как до Китая пешком. Мы к морю не попадём. И тут в моей голове, остывшей от городской тоски, созрел гениальный, как всё простое, план...

Всё правильно сказано в описании к песне . Здесь чувствуешь и пропускаешь через себя это состояние. А фраза я же в танке-это как состояние,как броня,которая позволяет не чувствовать ,существовать в этом аду как робот...... Песня получилась душевная. Тандем стихов и музыки пробирает до слёз.Вечная память погибшим ...

, Я не боюсь ни слёз, ни драки. Пусть всё горит в сплошной атаке, Мне просто похер — я же в танке! Смотрю в прицел — а там не враг, А только тени без имён. И в сердце — первобытный мрак, Я этим мраком заклеймён. Здесь мёртвые встают в дозор Со мной в одном потоке. Их шёпот — вечный разговор О прахе и о сроке. Не болит, когда я ранен, Не страшна в душе дыра. Мир вокруг — туманен, Словно кончилось "всегда". Я, кажись, припоминаю... Тот разрыв, и крик, и гарь. Я не здесь. Я догораю. Там, где брошен календарь. Мне талисман — чужой патрон, Что в сердце не попал. И Смерть сама, со всех сторон, Мне шепчет: «Ты не пал...

Начало Истории. СЦЕНА 1. БАР «ТРИ ЖЁЛУДЯ» — НОЧЬ. ЗА НЕДЕЛЮ ДО СОБЫТИЙ. Прокуренный подвал. За столом — три поросёнка. На столе — пустые бутылки из-под сидра и карта района, поделенного на сектора. Наф-Наф, самый старший, чертит на карте красным маркером. НАФ-НАФ: Итак, джентльмены. Трюфельный трафик из северного леса — теперь наш. Медведь недоволен, но Медведь — это вчерашний день. Он слишком большой, слишком неповоротливый. НИФ-НИФ (нервно оглядываясь): Наф, я слышал, у него новый киллер. Какой-то Волк. Говорят, работает тихо. Сдувает целые дома. НУФ-НУФ (чистит кастет): Да пусть сдувает...

, И я тебя жду, позабыв про заклятья Разлуки, что держат нас на разных границах, На разных, чужих, календарных страницах. Я чувствую кожей ответную ласку, И верю в счастливую, долгую сказку. Зажмурюсь, вкушая мгновения сладость, И тихо спрошу: «Как ты там, моя радость?» Открою глаза... Вновь пустая квартира, Но ты — не фантом из туманного мира...

: Ворожба Василисы: Призыв волков встать на защиту. Когда молчит людская речь, И мир в объятьях тишины, Я выхожу себя сберечь Под светом сумрачной луны. Я не прошу. Я не молю. Я просто становлюсь собою. И душу древнюю свою С лесною тьмой соединяю. И не криком, а призывом, Волчьим воем из груди Я зову из-под обрыва Тех, с кем вечно по пути. Серые князья ночные, Дети сумрачной луны, Вы, защитники лесные, Вы сегодня мне нужны! Мы с вами — дети одного Великого, немого бога. И нет на свете никого, Чья с нами схожая дорога...

Едва ресниц коснётся утро, Прогнав ночные миражи, И каждый атом обоюдно Опять к тебе, мой свет, бежит. Ты — первая, последняя, и вечно Ты — суть всего, что я постиг. И мир обычный, быстротечный, С тобой — божественен, велик. Пусть день тебя обнимет светом, И тихой радостью своей, И добрым словом, и приветом, И лаской солнечных лучей. Прими ж мой мысленный подарок: Объятья, что летят к тебе...