Представьте: 1982 год, июль, жара под сорок. Отец несёт в гараж странный чемоданчик с ручкой. Внутри не инструменты, не запчасти. Там телевизор. Настоящий, с экраном, антенной и кнопками. Весит всего семь килограммов. Называется «Юность». И сегодня вечером вся гаражная компания будет смотреть футбол прямо здесь, среди верстаков и масляных тряпок, потому что дома жёны категорически против.
Так выглядела мобильность в эпоху, когда слово «гаджет» ещё не изобрели.
Чудо инженерии в пластиковом корпусе
«Юность» появилась в конце 1970-х как ответ на вопрос, который мучил советских инженеров: можно ли сделать телевизор, который унесёт один человек? Не тяжеленный «Рекорд» с выпуклым кинескопом, для переноски которого требовалось два крепких мужика. Не громоздкий «Горизонт», занимающий половину комнаты. А компактный, лёгкий, но настоящий телевизор.
Экран диагональю 12 сантиметров. Чёрно-белое изображение. Четыре кнопки управления и ручка-скоба сверху, как у чемодана. Корпус из серого или бежевого пластика с характерной фактурой под кожу. Телескопическая антенна, которая выдвигалась на добрых полметра. И самое главное: возможность работать как от сети 220 вольт, так и от автомобильного аккумулятора на 12 вольт.
Это означало свободу. Невиданную для советского человека техническую свободу.
Дача, где телевизор стал царём
Дачный сезон в СССР имел свои ритуалы. В мае везли рассаду, лопаты, банки для консервации. В июне добавляли вентилятор и радиоприёмник. А те, кому повезло раздобыть «Юность», привозили целую телестудию размером с дипломат.
Вечером, после грядок, вся семья собиралась на веранде. Отец колдовал с антенной, медленно поворачивая её к ближайшему ретранслятору. Мать накрывала на стол. Дети замирали, глядя на мерцающий экран, где сквозь помехи проступали контуры ведущего программы «Время». Соседи заглядывали через забор: «А что показывают?»
Экран крошечный, изображение танцует от каждого порыва ветра, который качает антенну. Но это не важно. Важно, что здесь, за сто километров от Москвы, где ближайший кинотеатр в райцентре, а электричку ждать до полуночи, есть связь с большим миром. Есть футбол, есть концерты, есть «Голубой огонёк» на Новый год.
«Юность» превращала дачу из места изгнания в место, где можно жить.
Если при слове «телевизор» вы сразу вспоминаете «Рекорд», «Рубин» и вечный вопрос «кто пойдёт переключать канал?», то приходите в телеграм-канал Pochinka.Там много тёплых историй про технику из прошлого и сегодняшние гаджеты.
Гаражная жизнь с экраном
Советский гараж был не просто местом для машины. Это был мужской клуб, мастерская, философский кружок и психотерапевтический кабинет в одном флаконе. Здесь ремонтировали «Жигули», обсуждали политику, пили чай из термоса и решали мировые проблемы.
А потом кто-то принёс «Юность».
Теперь, пока одни возились с карбюратором, другие могли краем глаза следить за хоккейным матчем. Маленький телевизор стоял на верстаке, антенна торчала в форточку. Изображение прыгало при каждом ударе молотка, но никто не возмущался. Наоборот, появлялся повод для шутки: «Смотри, от твоего молотка Третьяк шайбу пропустил!»
В 1980-м, когда шла Олимпиада в Москве, «Юность» в гаражах работала сутками. Мужики приходили якобы машину подкрутить, а на деле смотрели соревнования. Жёны звонили в гараж (у некоторых кооперативов был общий телефон): «Ты когда домой?» Ответ был дипломатичным: «Да вот, карбюратор барахлит, никак не могу настроить...» А по факту карбюратор давно настроен, просто начался финал по боксу.
В дорогу, в поезд, в палатку
«Юность» брали в отпуск. Не все, конечно. Но те, кто мог себе позволить лишние семь кило в багаже, обязательно паковали телевизор вместе с консервами и купальниками.
В поездах дальнего следования он превращал купе в центр притяжения. Проводница подключала к розетке, пассажиры собирались толпой. Смотрели новости, фильмы, что успевали поймать между станциями. Качество изображения было сомнительным, звук хрипел, но атмосфера стоила любых технических недостатков.
Рыбаки ставили «Юность» в палатках. Подключали к автомобильному аккумулятору и ловили вечерний сеанс после целого дня на реке. Комары гудели, костёр потрескивал, а из маленького экрана доносился голос Левитана или Листьева. Абсурд и гармония одновременно.
Туристы таскали телевизор в горы. Альпинисты поднимали на базовые лагеря. Полярники везли в экспедиции. «Юность» была не просто техникой. Она была частичкой дома, которую можно взять с собой куда угодно.
Техническая сторона чуда
Под пластиковым корпусом скрывалась серьёзная инженерия. Кинескоп 16ЛК1Б диагональю 12 сантиметров. Трансформаторный блок питания с возможностью переключения между 220 и 12 вольтами. Селектор каналов на шесть программ (хотя в большинстве регионов СССР ловилось от силы две-три).
Энергопотребление составляло всего 25 ватт от сети. От автомобильного аккумулятора телевизор мог работать несколько часов, правда, потом машина могла не завестись. Но это уже детали.
Главной проблемой была настройка. Маленькая антенна ловила сигнал плохо. Приходилось экспериментировать: поворачивать, наклонять, удлинять куском провода. Существовала целая народная наука о том, как улучшить приём. К антенне привязывали консервные банки. Выносили на крышу. Подключали к коллективной телевизионной антенне дома через хитрые переходники.
Ремонтировать «Юность» было одновременно просто и сложно. Простая схемотехника позволяла любому радиолюбителю разобраться в устройстве. Но достать запчасти, особенно новый кинескоп, было почти невозможно. Поэтому телевизоры берегли, носили аккуратно, оберегали от ударов и влаги.
Статус и мечта
Иметь «Юность» в начале 1980-х означало быть на острие прогресса. Это был гаджет своего времени, предмет зависти и восхищения. В эпоху тотального дефицита портативный телевизор стоял в одном ряду с японским магнитофоном и югославскими сапогами.
Цена кусалась: около 200 рублей, при средней зарплате в 150-180. Но главная проблема была не в деньгах, а в доступности. «Юность» не лежала на полках магазинов. Её доставали. Через знакомых на заводе. По блату. Отстояв очередь. Записавшись за полгода вперёд.
Когда удавалось купить, это становилось событием. Телевизор приносили домой как новорождённого, показывали родственникам, соседям, коллегам. Первое включение превращалось в ритуал. И даже если на экране было море помех, а из динамика доносилось шипение, все восхищённо кивали: «Вот это техника!»
Конец эпохи портативности
В конце 1980-х появились более совершенные модели. Цветные портативные телевизоры с экранами побольше. Японские Sony Watchman с жидкокристаллическими дисплеями, которые просачивались через «фарцу». Технологии шагнули вперёд, и «Юность» начала устаревать.
А потом рухнул Союз, и рухнул весь привычный мир. В 1990-е «Юность» ещё доживала свой век на дачах и в гаражах. Но новое поколение уже смотрело на неё как на раритет. Эпоха громоздких кинескопов уходила, уступая место плоским экранам, а затем и смартфонам с интернетом.
Сегодня «Юность» можно найти на «Авито» за пару тысяч рублей. Коллекционеры советской техники охотятся за рабочими экземплярами. Иногда их реставрируют, подключают к антеннам и удивляются: работает! Показывает современные цифровые каналы через специальные приставки. Старая техника оказалась живучее, чем предполагали создатели.
То, что осталось
«Юность» была больше, чем телевизор. Она была символом попытки советского человека вырваться из статичности. Квартира, работа, дача, снова квартира. Всё предсказуемо, всё на своих местах. А тут вдруг возможность взять телевизор и унести его туда, где хочется. На природу. В гараж. В путешествие.
Это была иллюзия мобильности в немобильном обществе. Маленькое окно в мир, которое помещалось в руке. За сорок лет до iPhone и YouTube.
Те, кто помнит шипение антенны и мерцание крошечного экрана, помнят и чувство, которое дарила «Юность». Чувство, что мир стал чуточку ближе. Что технологии могут служить не только государству и производству, но и простому человеку, который просто хочет посмотреть футбол в своём гараже.
И в этом смысле «Юность» была настоящим прорывом.