Маленький Алексей обожал провожать маму на работу по утрам. Он просыпался от знакомого скрипа дверцы тумбочки с обувью, накидывал на плечи одеяло и спешил в коридор. Там он крепко цеплялся за ноги женщины, а в ответ слышал её тихий, мелодичный смех. За это мальчик получал нежное поглаживание по волосам или даже поцелуй в макушку. Эта привычка стала настоящей традицией всех будних дней в их доме.
Но ещё больше Алексей любил встречать маму вечером после работы. Каждый раз он забирался на ту же тумбочку в коридоре и сидел там, ожидая ее возвращения. Мальчик ещё не разбирался в часах и не знал точного времени её возвращения, но всё равно то и дело поглядывал на циферблат, висевший в углу. Бабушка иногда заглядывала в коридор, чтобы присмотреть за внуком. Она умилялась этой его манере и в глубине души немного завидовала невестке, потому что внук никогда не встречал её с таким же нетерпением. Каждый раз бабушка уговаривала Алексея: "Ещё рано, пойдём лучше порисуем что-нибудь вместе". Или же: "Сегодня она немного припозднилась, но вот-вот появится". Ни разу мальчик не слышал от неё, что мама пришла вовремя, и на всякий случай он сам пытался разобраться с часами, чтобы угадать нужный момент, но пока это у него получалось не очень хорошо.
Сегодня Алексей особенно нервничал, боясь, что не успеет встретить маму или сам опоздает домой, если ее не дождется. Наконец время подошло: в садик начали приходить родители. Один за другим дети прощались с новыми игрушками, воспитательницами и приятелями. Они уходили, а Алексей оставался на месте. Он устроился у окна и с надеждой всматривался в улицу. Мама всё не появлялась, но ведь она обещала, а значит, обязательно придёт. Нужно просто потерпеть ещё немного. Мальчик старался убедить себя в этом, но получалось не очень убедительно.
В голове крутились мысли о том, что его просто забыли, и стало обидно до слёз. Одна из воспитательниц предложила позвонить родителям, но это мало успокоило Алексея. Если они не пришли даже без звонка, значит, и правда не вспомнили о нём. А если забыли, то, наверное, не любят по-настоящему. Несколько слезинок уже собрались в уголках глаз.
Бабушку Алексей встретил уже полностью одетым и готовым к выходу. Воспитательницы сами собрали его вещи.
— А вот и ты, солнышко. Пошли домой, дружок, — улыбнулась бабушка, протягивая руку внуку.
Мальчик нахмурился и упрямо мотнул головой.
— За мной мама обещала прийти сегодня.
— Знаю, солнышко, но у нее не получилось. Работа много времени отняла. Завтра точно заберет тебя.
Обида вспыхнула ещё сильнее. Пока бабушка извинялась перед воспитательницами, Алексей незаметно смахнул слезинки со щёк. Домой они поехали на такси. Бабушка предложила заглянуть в магазин за конфетами, чтобы поднять настроение, но внук даже не отреагировал на идею. Никакие сладости сейчас не могли утешить мальчишку. Ему хотелось одного — увидеть маму. Дома царил полный беспорядок и суета. Отец громко разговаривал с кем-то по телефону, шагая из угла в углу большими шагами.
Этот топот, казалось, разносился по всему дому, отдаваясь эхом в стенах. Алексей поморщился от этого глухого, раздражающего звука.
— Посиди пока здесь, — сказала бабушка, усаживая внука на тумбочку, и направилась в комнату.
Алексей подождал немного, потом еще немного, но никто за ним так и не вернулся. Зато с кухни донеслись крики, которые становились всё громче. Теперь к голосу папы прибавился ещё и голос бабушки. Мальчику стало жарко, и он сам стянул куртку. Повесить её было высоко, вешалка не доставалась, так что он просто положил одежду рядом с собой на тумбочку. Было немного обидно, что про него опять забыли, но сейчас это казалось не таким важным.
Он ведь дома, а значит, сможет встретить маму сам. Это куда важнее всего остального. Осталось только дождаться её. Алексей устроился поудобнее на тумбочке и затих в ожидании.
Скоро мама придёт, и он обязательно спросит, почему она не сдержала обещание и не забрала его из садика. С надеждой мальчик поглядывал на запертую дверь. Часы громко тикали на стене. Жаль, что Алексей так и не научился определять по ним время. Голос отца звучал всё громче. До мальчика долетели слова: — Нет, не отвечает, отстань от меня. И ещё несколько тех, которые ему когда-то строго запретили повторять.
Мужчина явно был чем-то разозлён. Алексею снова стало жарко. Алексей спрыгнул с тумбочки и снял ботинки. Повезло, что они застегивались на липучках, без шнурков. Мальчик быстро справился с обувью и решил поставить её на место. Дверца тумбочки открылась с привычным скрипом. Алексей поставил ботинки в уголок и вдруг заметил, как непривычно пусто внутри. Папины ботинки стояли рядом с кроссовками, да пара его собственных, и больше ничего.
А где мамины? Ведь были туфли и кроссовки. Мальчик не заметил пустых вешалок, где раньше висела мамина верхняя одежда. Опустевшие полки в шкафу тоже прошли мимо его внимания. Он закрыл тумбочку и вернулся на своё место. Сел и стал терпеливо ждать.
Крики на кухне постепенно затихли. Послышался грохот, а потом протяжный стон. Алексей прижался к стенке от испуга.
— Не пугайся, Алёша, — бабушка почти сразу выскочила из кухни и обняла внука. — Всё в порядке. Папа просто тарелку разбил, потому что расстроился сильно. Ничего страшного.
Мальчик доверчиво прижался к женщине.
— А мама когда придет?
— Скоро придет, родной. Пойдем, я помогу тебе переодеться.
За окном совсем стемнело, а мамы дома так и не было. Алексей волновался всё сильнее, и бабушка не переставала его успокаивать.
— Ложись спать, утро вечера мудренее, мама уже будет дома, обязательно будет.
Но это оказалось неправдой. Бабушка тогда прожила с ними почти неделю. Она готовила еду, стирала вещи, убирала в доме, присматривала за мальчиком. С папой Алексей почти не пересекался. Мужчина либо вовсе игнорировал сына, либо сухо здоровался, а от вопросов отмахивался. Тот приветливый и улыбчивый папа куда-то исчез. На его место пришёл суровый, заросший щетиной незнакомец.
Каждый вечер мальчик забирался на свою тумбочку и смотрел на дверь. Он представлял, как она откроется, и мама окажется дома. Она обнимет его, поцелует и объяснит, где была так долго. Ведь мама упоминала про какие-то завалы на работе. Может, это один из них, и она просто не может выбраться оттуда. Тогда почему папа с бабушкой не помогут? Они ведь могли бы поехать, разгрести эти завалы и освободить её.
Маленький Алексей сам бы бросился на помощь маме, да только не знал, куда именно нужно спешить.
Недели тянулись одна за другой, и папа постоянно ссорился с бабушкой, чаще всего из-за гостей, которых он приводил после работы. Компании собирались шумные, часто пели песни, кричали без умолку. Однажды даже до драки дошло. Алексей был в своей комнате, но всё слышал отчётливо. Всё, что он мог сделать, — спрятаться под одеялом. Там казалось безопаснее.
— А ты чего постоянно здесь ошиваешься? — кричал как-то отец на бабушку.
Её ответов Алексей не расслышал.
— Это не твой дом. Тебя никто не приглашал сюда.
После той ссоры бабушка стала заходить реже. Теперь мальчик ждал и её тоже. Каждый вечер, возвращаясь из садика, Алексей садился на тумбочку и ждал. Это стало ежедневным ритуалом. Иногда он брал с собой раскраски, иногда просто отсчитывал секунды, постукивая пятками по тумбочке.
— Прекратишь ты или нет? — кричал отец из комнаты.
Алексей тут же прекращал и забирался на тумбочку с ногами. Теперь он побаивался отца, а когда приходили гости, всегда прятался. Эти люди не внушали доверия, только страх и желание поскорее скрыться с глаз долой. Именно так Алексей и поступал всегда. Утром, когда бабушка приходила за ним, он боязливо заглядывал на кухню, надеясь, что там никого нет. Только бутылки тоскливо стояли на столе и под ним. В комнате висел тяжелый запах.
— Ничего, сейчас приберёмся, и всё будет в порядке, — обещала бабушка, открывая окно.
Маленький Алексей старался верить её словам. Если в какой-то день бабушка не приходила, мальчик сам стаскивал бутылки к мусорному мешку. Не все, лишь пару-тройку. Но он чувствовал себя гордым от того, что наводит порядок, хотя едкий запах всё равно оставался в комнате. Жаль, что до ручки окна было не достать. Отца не волновали ни запах, ни беспорядок.
Временами, сидя на кухне в компании полупустой бутылки, он пил и спрашивал в пустоту: "Когда же ты вернёшься?" Ответа не было. Своего улыбчивого и счастливого отца Алексей совсем не узнавал. Сергей казался чужим и безжизненным. Мальчик стал бояться, что однажды бабушка тоже исчезнет, как мама, и тогда он останется совсем один.
— Ба, а ты научишь меня готовить? — попросил как-то Алексей, когда бабушка вновь пришла в гости.
Женщина ласково улыбнулась и пообещала показать пару простых рецептов, с которыми мальчик точно справится. Алексей изо всех сил старался, запоминал каждую мелочь, записал бы, да только писать ещё не умел. За неделю он научился готовить лучший на свете салат. Хотелось угостить им родителей. Мальчик даже отложил для мамы отдельную порцию.
— Лучше сам съешь, а ей потом новый приготовишь.
Папа тоже своё угощение не принял, но по другой причине.
— Только продукты зря переводите, — сказал он тогда, отодвигая от себя тарелку, и пошёл в магазин за очередной бутылкой.
Слова прозвучали обидно, и Алексей решил, что папе еду он больше никогда готовить не станет. Бабушка ушла, а мальчик снова занял своё место. Пользуясь тем, что отца нет дома, Алексей начал громко стучать ногой по тумбочке. Этот монотонный звук его успокаивал. Вдруг ключ в замке резко повернулся. Алексей вздрогнул и затих. Может, мама? Но это оказался не она.
На пороге появился отец. В руке у него был полупрозрачный пакет, в котором что-то позвякивало. Мужчина недовольным взглядом глянул на сына.
— Опять здесь сидишь? Не надоело тебе?
— Нет.
— И долго будешь так делать, пока мама не придёт?
Отец усмехнулся, снял куртку и ушёл в комнату. Мальчик остался один. Изредка он позволял себе негромко стукнуть пяткой по тумбочке. Жаль, что больше нельзя было стучать сильно и громко. И почему папа вернулся так быстро? Спустя несколько минут отец вошёл в коридор. Он присел напротив сына прямо на пол, сложив руки на коленях. В одной из них шуршал скомканный листок бумаги.
— Нечего её ждать, — сказал отец.
Слова прозвучали до боли обидно. Мальчик насупился.
— Почему?
— Потому что не вернется.
— Почему?
— Потому что она ушла от нас навсегда. Бросила, понимаешь, теперь у нее другая жизнь. Вот, — отец поднял зажатую в кулаке бумагу. — Записку нам только и оставила. Жаль, ты еще читать не умеешь. Так бы я тебе ее сразу отдал, чтобы не ждал здесь зря. Твоя мама не стоит таких ожиданий — ушла она. Надоела ей наша семья. Она новую искать пошла. И чтобы я тебя тут больше не видел, нечего зря время тратить. Ещё раз будешь тут сидеть, я эту тумбочку выкину в окно. Понял?
Заплаканный мальчик торопливо кивнул и спрыгнул с тумбочки. Ноги подкашивались. Алексей громко шмыгнул носом, не глядя на отца.
— Вот и хорошо.
Отец ушёл, а Алексей остался один. Он негромко плакал, стоя в коридоре и прижимая руки к груди. Там больно давило, и мальчик не понимал, что с ним происходит, что ему теперь делать.
— Мам, — тихо позвал он, но никто не отозвался.
Записка пролежала в углу несколько дней, пока бабушка не подобрала её и не выбросила. Алексей увидел это, пока завтракал, и переполошился. Дождавшись, пока бабушка уйдёт в комнату, мальчик подошёл к мусорному ведру и вытащил скомканный лист. Разгладил его, вгляделся в буквы. Жаль, читать он и правда не умел, но только пока. Потом обязательно научится и всё узнает сам.
В сердце теплилась надежда, что отец рассказал не всё. И на самом деле у мамы была веская причина оставить их. Вчера мальчик весь вечер придумывал такие причины. Может, у мамы новая опасная работа? Она теперь как спецагент из фильмов. Идей было много, и каждая успокаивала Алексея, давала надежду на то, что мама вернётся и будет рядом с ним. Жаль только, что встретить её как обычно не выйдет. К тумбочке мальчик теперь и близко не подходил.
Ежедневные визиты гостей не прекращались. Отец приводил всё больше и больше людей. Квартира изменилась до неузнаваемости. В одной из таких дружеских встреч Алексей, как обычно, спрятался в своей комнате. Мальчик планировал провести там всё время до самого утра, пока не придёт бабушка, чтобы проводить его в садик, но ему очень захотелось в туалет. Алексей бродил по комнате в темноте и думал, что же делать.
С одной стороны, там толпа чужих и страшных людей, а с другой — он уже не мог терпеть. Решившись, мальчик отпер дверь комнаты и выскользнул в коридор. Дело оставалось за малым: пройти мимо всех этих людей незамеченным и вернуться обратно. План рухнул в первую же секунду. Мальчик наткнулся на пьяного незнакомого мужчину.
— А это у нас тут кто такой? И откуда ты взялся? — незнакомец улыбнулся, глядя плывущим взглядом на мальчишку.
Алексей не отвечал. От страха он будто прирос к полу. В голове не было ни единой мысли.
— Ты слышишь меня? Эй, малец! — мужчина положил руку на плечо Алексея и больно сжал. Улыбка незнакомца стала страшной, а запах изо рта заставлял кривиться. — Как тебя зовут?
Мальчик чувствовал, как заполошно бьётся сердце в груди.
— Кивни хоть, что слышишь.
Явно насмехаясь над мальчишкой, мужчина наклонился ещё ниже и дунул тому в лицо. Он громко засмеялся, когда Алексей стал кашлять и кривиться. Найдя в себе силы, мальчик вывернулся из хватки и побежал. Первым делом он хотел вернуться в свою комнату и запереться там, но вдруг этот незнакомец найдёт его и там. Тогда Алексей оглядел толпу. Отца в ней он не увидел. Помощи искать было негде.
В этой квартире её точно не найти. Мальчик бросился к входной двери. Он громко стучал в дверь соседки и с опаской бросал взгляды через плечо. Алексею представлялось, что тот страшный мужик догонит его здесь, но он не появлялся. Чужая дверь открылась.
— Алёша, ты чего тут в такое время? — на пороге стояла сонная тетя Наталья. Алексей всегда выделял её среди прочих соседей, хотя бы тем, что она любила угощать его пирожками собственного приготовления. — Что-то случилось?
Заметив, что мальчик весь дрожит от страха, женщина завела его в квартиру. Полночи она отпаивала Алексея чаем, успокаивала и просыпалась несколько раз от его криков во сне. Наутро тётя Наталья связалась с органами опеки.
— То, что делает твой отец, ненормально, — говорила она, когда Алексей рассказал про мужчину.
Алексей кивал, сам толком ничего не понимая. Весь следующий день он не возвращался домой, а потом бабушка забрала мальчика. Она выглядела недовольной и высказала пару ласковых слов тёте Наталье.
— Нечего свой нос в чужие дела совать, — сказала она напоследок.
— Вы бы сами в свои дела нос сунули, пока беды не случилось.
Бабушка ругалась всё то время, что они шли к квартире. Для Алексея это была самая долгая и неприятная прогулка вниз по лестнице. Всего один пролёт, а наслушался мальчик на годы вперёд. Дома его встретил недовольный отец.
— Допрыгался? — спросил он у сына с порога.
Алексей виновато опустил голову.
— Вот и нечего теперь. Раньше надо было думать. Теперь заберут тебя в детский дом. Там тебе и место.
Мальчик поднял перепуганный взгляд на отца. В детский дом он совсем не хотел.
— Типун тебе на язык, — бросила бабушка.
— Делать надо что-то.
И они делали. За ночь квартира преобразилась до неузнаваемости, а утром пришёл человек из опеки. Он придирчиво осмотрел каждый угол, опросил отца и бабушку. Про случившееся тоже уточнил.
— У друга был день рождения, — отбрехался отец. — Больше подобное не повторится.
Проверяющий сделал какую-то заметку в блокноте. В итоге единственным замечанием после проверки стал перегар отца. Им удалось отделаться предупреждением.
— Но в следующий раз могут и забрать, — говорила бабушка.
Вдвоём с отцом они сидели за столом на кухне и выпивали. Как сказала женщина, после такого дня они заслужили право расслабиться.
— Я так испугался, — сознался вдруг отец. — Что и правда заберут. Что я тогда буду делать? Оля ушла. Если еще и сына потеряю, то что вообще от меня останется?
Продолжение :