Никто даже не задумывался о том, чтобы поинтересоваться у Натальи, чувствует ли она себя по-настоящему счастливой. В этом просто не возникало нужды, потому что всё было видно по её выражению лица, по тому, как она сияла от счастья. Эта привлекательная двадцатидвухлетняя девушка, которая вот-вот должна была забрать красный диплом по специальности экономиста-международника, да ещё и владелица солидного наследства, уже через неделю планировала выйти замуж. Её будущий муж принадлежал к тому же кругу, что и она, вёл успешный бизнес и был старше своей невесты почти на десять лет, что добавляло ему солидности в её глазах. Глеб сразу завоевал её сердце своим острым юмором, способностью угадывать любое желание заранее, роскошными жестами в ухаживаниях и утончёнными словами, которые заставляли её чувствовать себя особенной. Конечно, она не игнорировала и его привлекательную внешность, которая добавляла шарма. Нет, Наталья вовсе не относилась к тем избалованным особам из золотой молодёжи, которые капризничают по любому поводу, но ей, как и любой другой девушке, было приятно окунаться в эту атмосферу искренней любви и полного поклонения.
Родители, мама с папой, обожали её без всяких границ, и девушка это прекрасно осознавала, ощущала в каждом их взгляде и поступке. Владельцы большой сети престижных отелей, несмотря на постоянную загруженность делами, всегда старались найти время для своей единственной дочери и окружить её заботой. Именно они познакомили её с Глебом.
— Доченька, присмотрись к нему повнимательнее, — предложила мама с лёгкой улыбкой. — Глеб открывает перед тобой отличные горизонты. У их семьи крепкий бизнес — пара крупных элитных ресторанов и отелей прямо здесь, в городе, плюс ещё в южных регионах. А поскольку он единственный наследник, весь капитал в итоге достанется ему одному.
В тот миг Наталья удивлённо распахнула глаза пошире и уставилась на мать, пытаясь осмыслить услышанное.
— Мам, но он же такой взрослый, выглядит намного старше меня, — попыталась возразить она, чувствуя лёгкое замешательство.
— Глупенькая, ну что ты, — засмеялась Раиса Сергеевна, мягко обнимая дочь за плечи. — Разница всего девять лет, это совсем не много. Мужчина и должен быть старше, чтобы обладать опытом, уверенностью в себе и твёрдой опорой под ногами.
Она с теплотой посмотрела в сторону мужа, который стоял неподалёку.
— Возьми нас с папой в пример, Федя старше меня на двенадцать лет, но я всегда ощущаю себя защищённой, как за надёжной стеной.
— Ну ты сравнила, папа — это папа, а этот совсем другой, — возмутилась Наталья, пытаясь подобрать слова, чтобы объяснить свою мысль.
Она хотела сказать ещё что-то, но в этот момент подошёл Глеб. Их представили друг другу, и события начали развиваться с такой скоростью, что девушка даже не успела толком прийти в себя, как две семьи уже отпраздновали помолвку и назначили дату свадьбы. Мама с папой души не чаяли в будущем зяте, постоянно повторяли, что теперь есть кому доверить управление всем бизнесом. Вопреки её первоначальным опасениям, с родителями Глеба у Натальи сложились очень тёплые, близкие отношения. С самого первого дня знакомства Ирина Петровна окружала будущую невестку таким вниманием и заботой, будто та была её родной дочерью. Михаил Иванович держался более сдержанно, но и от него веяло искренним теплом и отеческим пониманием. Накануне свадьбы будущие родственники собрались на почти семейный ужин в роскошном особняке родителей Натальи, чтобы обсудить последние детали предстоящего праздника.
Вечер удался на славу, все пребывали в отличном расположении духа. Наталья оказалась в эпицентре внимания, на неё лавиной сыпались комплименты, ею искренне восхищались, а над её небольшой предсвадебной нервозностью ласково подтрунивали. Во время паузы перед десертом девушка не выдержала и поднялась из-за стола.
— Извините меня, пожалуйста, я отлучусь ненадолго, чтобы чуть-чуть передохнуть, — произнесла она, ощущая небольшое смущение, и отвела взгляд в сторону, — вдруг такая усталость навалилась, сил нет.
— Конечно, конечно, милая, — тут же отозвалась Ирина Петровна, кивнув с пониманием. — Это всё от предсвадебных переживаний, они кого угодно вымотают.
Наталья поначалу направилась прямиком в свою комнату, но в последний миг изменила решение и уютно устроилась на мягкой кушетке в небольшой комнатке, которая примыкала прямо к гостиной. Она укрылась мягким пушистым пледом и закрыла глаза, позволяя себе расслабиться. "Как же мне повезло с Глебом и его родными людьми", — подумала она про себя, вслушиваясь в то, как родители вместе с гостями в соседней комнате не устают нахваливать её со всех сторон, перечисляя всевозможные достоинства. Через несколько минут в дверь кто-то заглянул. Наталья сделала вид, что крепко спит, потому что ей было так хорошо в этот момент, и она не хотела ни открывать глаза, ни вступать в разговоры.
— Ну, как она там? — послышался голос будущей свекрови из гостиной.
— Уснула, видно, совсем утомилась за день, — ответил отец Натальи, и его голос прозвучал спокойно.
И вдруг всё изменилось. Хвалебные слова в адрес невесты резко оборвались, и Наталья услышала совершенно другой тон от Ирины Петровны — деловой, холодный, без всякой теплоты.
— Итак, сделка почти на мази, — произнесла она чётко и деловито. — Как только церемония закончится, Глеб войдёт в совет директоров вашей фирмы, а наш долг покроют деньгами из вашего фонда развития, и никто даже не заподозрит неладное.
Голос будущего свёкра отозвался вдруг с неожиданной подобострастностью, в нём сквозила нотка льстивости.
— Да-да, Наталья ни о чём не догадается, она так искренне верит в нашу семейную идиллию, — подтвердил он с ухмылкой. — А как только мы заполучим контроль над её долей акций...
Это прозвучало так неожиданно, что Наталья невольно распахнула глаза и стала слушать с растущим интересом. Её поразил тон, которым мама перебила Михаила Ивановича.
— Ирина Петровна, Михаил Иванович, как мы с вами уговорились, вы получите всё, что положено, — произнесла Раиса Сергеевна твёрдо и уверенно. — Но самое главное, чтобы ваш сын и дальше вёл себя как образцовый любящий супруг, без единого промаха, чтобы наша дочь не пролила ни слезинки, и чтобы та женщина, как её зовут, в общем, эта особа, больше не мелькала в его жизни до дня регистрации брака, да и после него её появление рядом с Натальей абсолютно недопустимо.
Ледяной тон отцовского голоса, в котором с трудом угадывались знакомые нотки, заставил девушку замереть.
Наталья застыла без движения, опасаясь даже шелохнуться, пока каждое слово из соседней комнаты всё туже сжимало ком в горле от холодного ужаса. Она не могла поверить, что родители, которые всегда так горячо её любили, заключили какую-то сделку с семьёй Глеба. "Господи, неужели я стала для них всего лишь разменной монетой в их бизнес-играх", — мелькнуло в голове у девушки, и она отказывалась принимать это как правду. Может, она просто неправильно поняла, и разговор шёл вовсе не о родительской договорённости. За эту мысль она цеплялась отчаянно, как за последнюю надежду. Но то, что последовало дальше, развеяло все иллюзии.
— Мам, можно тебя на минутку отвести в сторону? — раздался голос Глеба, в котором явно сквозило раздражение.
— Да, милый, конечно, — ответила Ирина Петровна приторно-сладко, и они вошли в комнатку, где лежала Наталья.
Девушка наблюдала из-под полуприкрытых век, как жених подошёл к кушетке, наклонился над ней, постоял несколько секунд, а потом вернулся к матери, которая осталась у двери.
— Как я устал от всей этой ерунды, если бы ты только представляла, — выдохнул он устало, и в его тоне прозвучало подлинное отчаяние, от чего у Натальи болезненно кольнуло в груди.
— Тише, сынок, она же может услышать нас, — одёрнула его мать, оглядываясь.
— Не услышит, она спит крепким сном, — успокоил Глеб, но всё же перешёл на шёпот, — я больше не выдержу эти её нежные взгляды, полные такого доверия, они меня просто выматывают до предела.
Он замолчал на миг, собираясь с мыслями.
— Мне только что снова звонила Надя, она настаивает на встрече и твердит без конца, что не переживёт нашу свадьбу, для неё это будет конец света.
— Успокой её как-нибудь, найди нужные слова, — отрезала Ирина Петровна без малейших колебаний. — Объясни, что это последние дни, когда тебе приходится держаться на расстоянии от своей настоящей семьи, но сразу после регистрации брака и подписания всех бумаг ты освободишься и сможешь быть с ней и с вашим сыном без всяких препятствий, она обязана это понять, в конце концов, от её терпения зависит ваше общее будущее.
У Натальи от этих слов дыхание перехватило в горле. У её жениха есть сын, есть другая женщина в жизни, и Ирина Петровна в курсе всего этого, даже называет их настоящей семьёй. Не в силах больше терпеть этот разговор, девушка сделала вид, что просыпается, завозилась на кушетке и потянулась. Глеб с матерью выскользнули из комнаты мгновенно, как по команде. Наталья вышла в гостиную, стараясь изо всех сил скрыть дрожь в голосе, и произнесла, не глядя ни на кого, жалобным тоном.
— Голова просто раскалывается на части, знаете ли, здесь стало так шумно, я, наверное, поеду к себе в загородный дом, хочу побыть в полной тишине одна-одинёшенька.
К её удивлению, никто не стал её отговаривать или уговаривать остаться. Наоборот, ей показалось, что все даже обрадовались этому решению. Глеб, который обычно изображал заботливого жениха, на этот раз даже не предложил подвезти её, несмотря на якобы мигрень, чтобы она не садилась за руль в таком состоянии. И это равнодушие сказало ей больше, чем любые слова. Она вбежала в свою комнату, ещё не полностью осознавая мысль, которая только-только формировалась в голове, и просто закрыла дверь, упёршись в неё лбом. Эта привычка сохранилась у неё с детства: когда нужно было разобраться в сложной ситуации или принять важное решение, Наталья не ходила взад-вперёд по комнате, наматывая километры, а просто подходила к двери, прислонялась к ней и замирала, пока не приходило нужное озарение.
Сколько она так простояла, девушка не знала, но когда повернулась, за окном уже сгустились густые сумерки. Она решительно открыла шкаф, достала лёгкую дорожную сумку и не спеша начала укладывать вещи. Сверху положила ноутбук, планшет и зарядные устройства. Подумала немного, открыла дамскую сумочку на длинном ремешке, проверила документы, телефон, банковские карты, наличные, ключи от городской квартиры, загородного дома и машины. Ещё раз оглядела комнату, убедившись, что ничего не забыла, надела сумочку через плечо, подхватила дорожную сумку и, никем не замеченная, выскользнула во двор.
Когда мотор машины заурчал, Наталья бросила последний взгляд на окна гостиной. "Не видать вам ни свадьбы, ни ваших контрактов, предатели", — подумала она с горечью, адресуя это тем, кого ещё недавно считала своей семьёй, а теперь они стали для неё чужими и неприятными людьми. Она нажала на газ и уехала.
Наталья мчалась по ночной трассе, даже не представляя толком, куда именно она держит путь. Она давно проехала мимо поворота на дорогу, что вела к элитному посёлку, где стоял её загородный дом — подарок от отца ко дню двадцатилетия. Слёзы застилали глаза, мешая вести машину, но девушка не сбавляла скорость, даже не замечала её. Мысли крутились вокруг тех подслушанных разговоров, она прокручивала их в памяти снова и снова, пытаясь разобраться, какие именно долги семьи Глеба собирались покрыть её родители и почему они так настаивали на этой свадьбе. Задумавшись, она не заметила крутого поворота и не справилась с управлением. Каким-то чудом удалось вывернуть руль, и машина, резко вильнув вправо, съехала в кювет, врезавшись в барьерное ограждение на большой скорости. Наталья потеряла сознание, а очнулась от того, что кто-то осторожно пытался вытащить её из машины.
Незнакомцу было около тридцати лет, и на Наталью смотрели добрые карие глаза.
— Вы в порядке, ничего не сломали себе? — спросил он первым делом, внимательно осматривая её с головы до ног.
Она не пострадала благодаря подушкам безопасности. Спасителя звали Русланом. Он работал водителем эвакуатора и как раз возвращался домой, когда прямо на его глазах произошла авария. Наталья посмотрела на свою машину — она была сильно помята, и просто удивительно, как сама девушка осталась целой.
— Вы довольно умело справляетесь с машиной, — отметил Руслан без тени иронии. — Я видел ваш манёвр, редко какая женщина в такой критической ситуации сохраняет такое хладнокровие. Большинство просто слетели бы с откоса, закрыв лицо руками в панике или в лучшем случае вцепившись в руль мёртвой хваткой изо всех сил.
Девушка вздохнула.
— Тогда можете внести меня в этот список тоже, но с небольшой оговоркой на особенности моего случая, — ответила она с лёгкой усмешкой.
Руслан улыбнулся — девушка ему нравилась. Дорогая машина изрядно повреждена, а она даже не всхлипнула по этому поводу.
— Вы что, совсем не расстраиваетесь из-за своей машины? — решил он уточнить с удивлением. — Ведь она стоит немалых денег, не каждая такая.
Наталья просто пожала плечами в ответ.
— Её же можно починить без проблем, — сказала она спокойно. — Гораздо хуже было бы, если бы в таком разбитом состоянии оказалась я сама.
Руслан смотрел на неё с удивлением. Ему невольно вспомнился отец, опытный мастер по ремонту кузовов. Когда ему привозили очередной искорёженный автомобиль, папа, глядя, как владелец убивается над ним, всегда повторял: "Любая машина, даже самая дорогая, — это всего лишь кусок металла, его можно восстановить". И восстанавливал так, что водители не верили своим глазам, сверяли номера на деталях, а потом превозносили отца как волшебника. Отец пытался научить своему делу и Руслана, но в какой-то момент отказался от этой затеи. Когда младший брат, ловко выстукивая молоточком покорёженное крыло многострадальной Audi, спросил, почему старший брат больше не работает с ними, отец объяснил.
— Видишь ли, Руслан понимает машины как самого себя, — сказал он тогда. — А вот с металлом у него отношения не ладятся, он его не чувствует, стучит без души, просто механически.
С таким подходом хорошим мастером ему не стать, а обычных специалистов и без него хватает. Вот так и получилось, что младший сын пошёл по стопам отца, а Руслан сел за руль эвакуатора и занялся перевозками. Из раздумий его вывела девушка.
— Ой, забыла представиться, меня зовут Саша, — сказала она с лёгкой улыбкой на лице. — Большое спасибо за помощь.
— Далеко ехали-то? — поинтересовался Руслан, глядя на неё.
— Даже не знаю точно, — ответила девушка, пожимая плечами равнодушно. — Просто ехала куда глаза глядят, без какой-либо конкретной цели.
Руслан, несмотря на её попытку говорить беспечно, уловил в голосе горькие нотки. Руслан, уловив горькие нотки в её голосе и поняв, что девушка в беде, решил помочь не только с машиной.
— Тогда предлагаю эвакуировать машину прямо в гараж, — предложил он дружелюбно. — Завтра брат её осмотрит внимательно и скажет, что к чему. А вас приглашаю погостить у меня на время.
Наталья недолго размышляла и согласилась. Не зря она в последний момент назвалась другим именем — решила просто на время исчезнуть, чтобы всё хорошенько обдумать, что с ней произошло и как жить дальше.
Продолжение :