Детский голос в коридоре сработал как выстрел стартового пистолета, но Алина не побежала. Наоборот, она приросла к полу. Внутри выключились все эмоции — обида, боль, шок. Осталась только звенящая, кристалльная ясность, как в операционной.
Она медленно положила планшет на комод, но не выключила экран.
В гостиную вбежал мальчик лет четырех в ярком комбинезоне. За ним, стряхивая снег с куртки, вошел Виктор. Следом — миловидная блондинка с девочкой на руках.
— Мам, ну ты чего трубку не… — начал Виктор и осекся.
Он увидел Алину. Она стояла посреди комнаты, прямая, как струна, и смотрела на него. В её взгляде не было слез. Там была пустота, от которой Виктору стало страшно.
— Алина? — прохрипел он. — Ты же… ты же сказала маме, что уезжаешь.
Анна Сергеевна выбежала из кухни, вытирая руки о передник. Увидев всю компанию в сборе, она схватилась за сердце — на этот раз, кажется, по-настоящему.
— Витя! Я же писала! Ой, божечки…
Блондинка переводила взгляд с Виктора на Алину, потом на Анну Сергеевну. Она не выглядела испуганной. Скорее, раздраженной.
— Вить, это кто? — спросила она, поправляя шапочку девочке. — Та самая «бесплодная», про которую ты рассказывал? Которая нам квартиру снимать мешает?
Алина перевела взгляд на мужа.
— Бесплодная? — тихо переспросила она. — Мешаю снимать квартиру?
Виктор покраснел, пошел пятнами.
— Алин, давай выйдем. Не при детях. Это… это сложная ситуация. Я всё объясню. Я не хотел тебя травмировать. Ты же так хотела ребенка, а у нас не получалось… Я боялся сказать.
— Боялся сказать, что у тебя двое детей на стороне? — Алина усмехнулась. — И что твоя мама, которой я вожу продукты и лекарства на десять тысяч в месяц, играет с ними в прятки, пока я работаю?
— Не смей мать трогать! — вдруг взвизгнул Виктор. — Она святая женщина! Она молчала, чтобы семью сохранить! Ты же вечно на работе, вечно уставшая, злая. А Оля… Оля меня понимает. Она мать моих детей!
— А я, значит, спонсор твоих детей? — Алина подошла к столу, взяла свою сумку. — Кредит за твою машину — двадцать тысяч. "Бизнес-инвестиции", которые ты у меня просил каждый месяц — еще тридцать. Продукты, коммуналка, ремонт у мамы. Я не жена тебе, Витя. Я твой кошелек.
— Да кому ты нужна! — вмешалась блондинка Оля. — Сухая вся, деловая. Вите женщина нужна, а не банкомат. Скажи спасибо, что он с тобой жил из жалости!
— Из жалости? — Алина посмотрела на неё с искренним удивлением. — Нет, милая. Из корысти.
Она достала телефон.
— Анна Сергеевна, — обратилась она к свекрови, которая сидела в кресле, прикрыв глаза. — Лекарства я вам купила. Это мой прощальный подарок. А вот кредит за машину… Витя, ключи от «Тойоты» на стол.
— С чего бы? — оскалился Виктор. — Машина на мне.
— Оформлена на тебя. А платила я. И все чеки, все переводы с моего счета у меня есть. Завтра я подаю на раздел имущества и на взыскание средств. А пока — карта, с которой ты заправляешься и покупаешь памперсы своим детям, заблокирована. Прямо сейчас.
Она нажала кнопку в приложении банка.
Телефон Виктора пискнул.
— Ты… ты стерва! — заорал он. — У меня там деньги на аренду квартиры для Оли! Нам платить завтра!
— Ну вот и поработай, — спокойно сказала Алина. — Таксовать начни. Или грузчиком. Вспомни, как деньги достаются.
Она пошла к выходу. Виктор дернулся было за ней, но Оля схватила его за рукав:
— Витя, стой! Данька писать хочет! И денег дай, нам в магазин надо!
Алина вышла в подъезд. Спускалась она медленно, держась за перила. Ноги дрожали, но дышать становилось легче с каждой ступенькой.
На улице шел снег. Алина села в свою старенькую машину, которую купила еще до брака. Она посмотрела на окна второго этажа. Там горел свет, и, наверное, сейчас там кричали, делили остатки денег и искали виноватых.
Она положила руки на руль. Пять лет жизни. Пять лет надежд, экономии, попыток стать идеальной женой и невесткой. Всё это оказалось ложью. Но почему-то ей не хотелось плакать.
— ЭКО не нужно, — сказала она вслух. — Слава богу, не нужно.
От одной мысли, что она могла бы родить ребенка от этого человека и связать себя с этой семьей навсегда, её передернуло.
Она завела мотор. Телефон звякнул — пришло сообщение от Виктора: «Алин, ну не дури. Разблокируй карту. Маме плохо. Мы же родные люди».
Алина удалила сообщение и заблокировала номер.
Затем она открыла сайт с путевками. Таиланд. Вылет послезавтра. Денег, которые она откладывала на очередной взнос по кредиту мужа, как раз хватит на две недели рая. Одной. Без пакетов с продуктами, без вечно ноющего «бизнесмена» и без лицемерной старушки.
Она вырулила со двора, оставив позади чужих внуков, чужого мужа и чужую жизнь, которая больше не имела к ней никакого отношения.