Предыдущая часть:
Коробки Сергей завёз вечером, и Ольга, побоявшись вести их домой из страха перед мужем, сидела и читала прямо в его машине, чтобы не рисковать и сохранить тайну до подходящего момента.
Сергей не торопил, ждал, пока она спокойно всё изучит, и лишь иногда бросал взгляды, чтобы убедиться, что она в порядке.
И, наконец, оторвавшись от чтения, Ольга вздохнула, складывая письма обратно в стопку.
— Знаешь, мама и её подруга были такими романтичными, словно не сельские санитарки, а барышни из XIX века, с их мечтами и секретами, — смущённо сказала она, глядя в окно на вечерние огни города. — Странно, но я никогда не слышала от неё о тёте Наде, а ведь они действительно крепко дружили, судя по этим строкам, полным тепла и доверия.
— Да, я о подругах юности матери тоже ничего не знаю, — улыбнулся Сергей, опираясь на руль и поворачиваясь к ней. — Ну что, там нашлось что-нибудь интересное, что могло бы пролить свет на твои вопросы?
— Мама всё время намекает на какую-то связывающую их тайну, но лишь в одном письме говорится хоть что-то об этом событии, — продолжила Ольга, перелистывая страницы и показывая ему нужный абзац. — В общем, мама тогда работала в соседнем районе санитаркой, ещё молодая была, а подруга её уже уехала к тому времени учиться на врача, и некоторое время они не виделись, но продолжали переписываться.
— Так вот мама пишет про какое-то странное место, — добавила она, понижая голос, словно опасаясь, что кто-то услышит. — Она его как будто боялась, описывает с опаской, но без деталей.
— А есть название? — поинтересовался Сергей, беря письмо в руки и пробегая глазами по строкам. — Можно посмотреть старые подшивки газет, не происходило ли там чего странного в те годы?
— Хлобыстого, — ответила Ольга, забирая письмо обратно и складывая его в конверт. — Какое-то знакомое название, но я не могу вспомнить, откуда. Хлобыстого — бывшее имение семьи свекрови до революции, потом совхоз, а прадед выкупил его назад.
В общем, дальше мама пишет про страшный пожар, который она застала в том месте, где всё и произошло. Там загорелся соседний дом, жильцы в панике спасали вещи, и мама с подругой им помогали, рискуя собой в дыму и пламени. И в этот момент какой-то пожилой мужчина из того дома, довольно богатого, судя по описанию, отдал ей вещь — мама её не называет, но говорит, что даже не может толком описать, насколько она ценная или необычная. И она спрятала его, как попросил тот мужчина, который явно чего-то опасался, словно за ним охотились. А потом сама не знала, что с ней делать, и мучилась сомнениями.
— Да уж, немного информации, но интригующе, — вздохнул Сергей, заводя мотор и включая фары. — Может, она именно эту вещь зашила в пальто, чтобы сохранить в тайне?
— Но почему тогда мой муж и свекровь продолжают поиски после того, как её получили? — задумчиво произнесла Ольга, глядя на проносящиеся мимо дома. — Всё это кажется частью большой загадки, которую мама пыталась скрыть даже от меня.
Домой Ольга попала очень поздно, и хотя Сергей довёз её до самого подъезда, стараясь поддержать добрым словом, это не спасло от скандала, который разгорелся сразу же, как только она переступила порог.
Она лишь порадовалась, что не стала тащить бумаги домой, а оставила их в машине Сергея на хранение.
Муж встретил непривычным ледяным молчанием, а потом и вовсе набросился буквально с порога, не давая даже снять куртку.
— Ты где гуляешь в такое время? — заорал он, подходя вплотную и размахивая руками. — Снова по помойкам лазишь или что-то в этом роде?
— Ольга, мне всё это надоело, честно говоря, — добавил он, не давая ей вставить слово. — Ты ведёшь себя как параноик, и это уже сказывается на всех нас.
— Мне тоже, честно говоря, надоело, — ответила она, вешая куртку на вешалку и стараясь сохранить спокойствие. — С каких пор мы отчитываемся друг перед другом за каждый шаг, словно в тюрьме?
— Светлана рассказала мне о вашей встрече в кафе, — буркнул Алексей, скрещивая руки на груди и сверля её взглядом. — Какого чёрта тебе вообще пришло в голову врать про забытые мной бумаги? Между прочим, я никогда и ничего не забываю по работе, а потом Света каждый день меня дома видит — если бы забыл документы, то забрал бы позже.
— У кого? — изумилась Ольга, чувствуя, как внутри всё холодеет от его слов. — Она тебя видит у себя дома? А что ты там делаешь каждый день, если не секрет?
— Да какая разница, — возмутился муж, отводя взгляд и повышая тон. — Хватит уже надоедать людям своими подозрениями и расследованиями.
— Она что, твоя любовница? — поинтересовалась Ольга, подходя ближе и глядя ему прямо в глаза. — Ну конечно, а как ещё-то, если вы у неё дома видитесь ежедневно, и это уже не скрыть.
— Какая разница? — продолжал орать муж, размахивая руками и краснея от злости. — Ты должна немедленно всё это прекратить, иначе я не знаю, что будет дальше.
— Так, а когда ты мне собирался сказать, что купил ей дорогое украшение? — поинтересовалась Ольга, доставая из памяти тот злополучный чек. — Или меня это тоже не касается, как и твои ежедневные визиты?
— Ты что, по карманам лазишь? — взбесился Алексей, хватаясь за голову и шагая по коридору. — Совсем уже обнаглела, роешься в моих вещах без спроса.
— Даже не думай меня ничем попрекать, иначе уйдёшь ни с чем, — добавил он, угрожающе надвигаясь. — Я тебя предупреждаю в последний раз.
— То есть предлагаешь молча всё это терпеть? — возразила Ольга, чувствуя, как решимость нарастает внутри. — Михаил, собирайся, мы уходим отсюда прямо сейчас.
— Куда ты тащишь сына на ночь глядя? — возмутился муж, блокируя дверь в комнату сына. — Оставь ребёнка дома, а сама можешь проваливать куда угодно.
— Без тебя разберусь, что делать, — отмахнулась Ольга, проходя мимо него и начиная собирать вещи. — У тебя после сегодняшних откровений вообще нет никакого права на ребёнка, особенно после всего, что ты натворил.
Алексей продолжал орать, пока она собирала вещи, мечась по квартире и пытаясь её остановить. Михаил уже стоял готовый в коридоре с рюкзачком за спиной, растерянно глядя на родителей, но не задавая вопросов. Они наконец покинули квартиру, оставив за спиной крики и напряжение, накопившееся за вечер, и Ольга, пока не зная, куда направиться на ночь с сыном, позвонила коллеге, надеясь на временный приют и поддержку в этот трудный момент.
Ольга пока не знала, куда пойти на ночь, но позвонила коллеге, которая жила неподалёку. Та согласилась приютить их на несколько ночей, пока квартиранты не освободят жильё, и даже предложила помочь с ужином.
Утром же Ольга отвела сына в школу и позвонила Сергею. Тот был в выходной, так что смог приехать к ней в больницу прямо во время перерыва. Смена была утренняя, и к обеду она освободилась, чувствуя усталость, но и облегчение от принятого решения. Михаил в школе, потом на кружках, так что спешить за ним пока было не нужно.
Ольга решила съездить к свекрови в компании лесничего, выбрав его в качестве своеобразной группы поддержки — почему-то казалось, что при посторонних Галина Ивановна уже не будет врать и изворачиваться, а скажет правду напрямую. Так и вышло, хотя, похоже, свекровь к тому времени уже и сама была на нервах, с покрасневшими глазами и дрожащими руками. Даже давить особо не пришлось — слова полились сами.
— Ты уже не одна пришла, — холодно сказала Галина Ивановна, открывая дверь и оглядывая Сергея с головы до ног. — Следовало этого ожидать, раз уж всё зашло так далеко.
— На время вашего развода Миша может пожить у меня, — добавила она, пропуская их в гостиную и нервно теребя край фартука. — Я сама решу, где будет лучше моему внуку, без ваших советов.
— Я сама решу, где будет лучше моему сыну, — жёстко сказала Ольга, садясь на диван и жестом приглашая Сергея сесть рядом. — У нас к вам совершенно другой разговор, и он не терпит отлагательств.
— Да, мне и так уже сердцем нехорошо который день, — пожаловалась свекровь, опускаясь в кресло напротив и прижимая руку к груди. — Ты уже много раскопала, и это меня доконает?
— Не нужно было ворошить эту историю с пальто, — продолжила она, избегая прямого взгляда. — Но раз уж ты здесь, то спрашивай, что хочешь.
— Я хочу знать всю правду, — отрезала Ольга, наклоняясь вперёд и не давая ей уйти от темы. — И почему для вас так важно это старое пальто? Что в нём такого особенного, что вы пошли на все эти уловки?
— Да ничего такого, — поначалу отмахнулась свекровь, но её голос дрогнул. — Ты слишком много зацикливаешься на пустяках, которые ничего не значат.
— И именно поэтому вы изводите тётю звонками, — усмехнулась Ольга, наблюдая, как пожилая женщина косится на внушительную фигуру лесничего, стоящего у окна. — А любовница Леши бегает по свалкам, выкупая старую, никому не нужную вещь — давайте на чистоту, а то может так выйти, что внука вы будете видеть только по очень большим праздникам.
— Ай, ладно, — вздохнула Галина Ивановна, сдаваясь и опуская плечи. — Ты знаешь что-нибудь про поселение Хлобыстого? Оно когда-то было за чертой города, сейчас входит в его состав, но история там тёмная.
— Да, мама упоминала его в письмах к подруге, — сказала Ольга, вспоминая строки из старых конвертов. — Писала про странные дела и про пожар, случившийся в том месте, который изменил всё.
— Вот именно, огонь тогда ничего не пощадил, — вздохнула свекровь, наливая себе воды из графина и делая глоток. — Моя семья была когда-то очень богата, с корнями в дворянстве, а Хлобыстого — это родовое имение, между прочим.
— Сейчас же, когда земли повсеместно возвращают потомкам дворян, мы могли бы получить своё обратно, — продолжила она, ставя стакан на столик. — Но тот пожар всё изменил — часть вещей спасли, но самых простых, бытовых, а вот самое ценное загадочным образом исчезло.
— И что это было? — поинтересовалась Ольга, чувствуя, как внутри нарастает напряжение. — Золото, бриллианты или что-то ещё?
— Мой отец был известным ювелиром, — смутилась Галина Ивановна, отводя взгляд в сторону. — И в пожаре, по слухам, действительно сгинула большая часть фамильных драгоценностей, но главной потерей стали документы — завещание прадеда и бумаги на право собственности.
— Если бы они оказались у нас сейчас, тот участок стоит в сотни раз дороже, чем на момент пожара, — добавила она, повышая голос от волнения. — Ты хоть понимаешь, насколько это огромные деньги? А ведь землю он тогда выкупил за бесценок у совхоза, чуть ли не перед самой смертью.
— И причём здесь моя мама? — не понимала Ольга, пытаясь связать нити в логичную картину. — Как она вписывается в вашу семейную историю?
— Эй, какая же ты наивная, — усмехнулась свекровь, но в её тоне сквозила горечь. — Мы сумели узнать больше об этом только недавно — Светлана, такая умная женщина, выяснила про Лешино благородное происхождение и провела своё расследование.
— Выяснилось, что шкатулку с ценностями в Хлобыстого в последний раз видели в руках санитарки местной больницы, — продолжила она, понижая голос. — Выходит, тот мужчина передал моей маме ценности, и это изменило всё.
— Какая-то невероятная история, — изумилась Ольга, качая головой. — И куда они делись потом? Ну уж шкатулки в пальто точно не было, я бы заметила.
— Когда мы узнали, что санитаркой была твоя мать, стали искать её знакомых, — произнесла свекровь, нервно теребя салфетку. — Вера со мной делиться подробностями жизни сестры отказалась, зато ваша соседка по старой квартире вспомнила, что Ирина незадолго до смерти интересовалась банковскими ячейками.
— Мы ещё посмеялись — твоя мать всю жизнь провела в нищете, на кой ей банковские ячейки, — добавила она с сарказмом. — Но потом это обрело смысл, и мы стали копать глубже.
— Да, вы стали искать, где мама могла спрятать ключ? — догадалась Ольга, складывая всё в уме. — Да уж, всё обыскали в старой квартире, а потом соседка обмолвилась, что самой большой своей ценностью Ира считала пальто.
— Вот мы и стали искать его, — усмехнулась Галина Ивановна, но в глазах мелькнула досада. — Но к тому времени мой сын, как последний идиот, вынес его на помойку, не понимая, что творит.
— Выходит, Алексей был не в курсе, — поняла Ольга, глядя на неё с удивлением. — Вы с ним играли в тёмную, скрывая детали?
— Светочка убедила меня, что так будет лучше, — кивнула свекровь, оправдываясь. — Сама понимаешь, нельзя было так сильно рисковать — Алексей ведь сразу захотел бы всё забрать себе, а я ведь уже и так немало вложилась в поиски.
— И пальто пришлось выкупать на свалке, — усмехнулась Ольга, вспоминая цепочку событий. — Так что же было под подкладкой, если не ключ?
— А тебе это известно? — изумилась Галина Ивановна, вскидывая брови. — Откуда? Неужели Лешка проговорился, несмотря на все предупреждения?
— Нет, другой человек рассказал, — смутилась Ольга, не желая делиться историей про свой сон и его роль в этом. — Если честно, мы расстроились, надеялись найти ключ, а получили бумажку с дурацкими цифрами.
— Света выбросила её вместе с пальто твоей матери, — добавила свекровь, разводя руками. — Всё это оказалось какой-то идиотской шуткой, которая ничего не стоила.
Ольга уехала в итоге в раздумьях, прокручивая в голове новые детали и пытаясь сложить пазл полностью. У неё были мысли о том, что можно сделать дальше, но делиться ими со свекровью пока не спешила — хотелось как следует поразмыслить в одиночестве.
Забрав сына из школы после уроков, Ольга поехала на свою старую квартиру, где всё ещё жили квартиранты, и решила сразу разобраться с ситуацией, не откладывая разговор на потом.
— Да что ты, разве я предавала? Ну сама пойми, просто деньги нужны были, — бормотала виновато Людмила, отводя взгляд и суетясь на кухне. — Живём-то не богато, а они предлагали хорошую сумму за информацию.
— Вы мне вообще ни слова не сказали об этих визитёрах, — заявила Ольга, стоя в дверях и скрестив руки. — И пустили их рыться в моей квартире, словно это ваше собственное дело.
— Так мы же её арендовали, значит, делаем, что хотим, платим же вовремя, — возмутилась соседка и тут же отвела взгляд, понимая слабость своих аргументов.
С переездом им с Мишей помогал Сергей, который не только привёз грузовик, но и перенёс тяжёлые коробки, не жалуясь на усталость, а даже подбадривая их шутками и рассказами из жизни.
Он довольно быстро подружился с ребёнком, рассказывая ему истории из леса, а вечером привёл в гости своего сына Макара. Дети играли дружно и даже не хотели расставаться, строя крепости из подушек и хохоча над своими выдумками.
А первую ночь в квартире мамы Ольга почти не спала, бродила по кухне из угла в угол и думала о прошлом, трогая знакомые вещи, которые хранили воспоминания. А на следующий день в обед поехала в тот банк, где у мамы всегда был счёт, надеясь найти хоть какую-то зацепку.
Управляющий, увидев бумаги на наследство, подтвердил наличие ячейки, хотя сделал это неохотно, с явным нежеланием продолжать разговор и отвечая односложно.
Но оказалось, что замок кодовый, и открыть его можно только зная комбинацию цифр, причём правильную — управляющий сказал, что подобрать код случайно нереально, система слишком надёжная.
Ольга задумалась и через пару дней позвонила свекрови, которую считала законной наследницей тех сокровищ, несмотря на всю неприязнь.
— Галина Ивановна, нужен код, который был на бумажке, — сказала она, стараясь говорить спокойно. — Ячейка есть, и хочу вскрыть её в вашем присутствии, чтобы всё было по-честному.
— Ты что, нашла наши фамильные сокровища? — ахнула свекровь, и в её голосе мелькнула жадность. — Учти, на большое вознаграждение можешь не рассчитывать, это не миллионеры.
— Просто возместите мне стоимость пальто и моральные убытки, — ответила Ольга, игнорируя намёк. — Надеюсь, ваша Света сумеет вспомнить комбинацию, раз уж бумагу, где они были записаны, она выбросила без раздумий.
— Да чтоб ты понимала, — разозлилась свекровь, повышая тон. — Мы просто посчитали, что это глупый розыгрыш, ничего серьёзного.
— Ну вот, вы, похоже, ошиблись, — ответила Ольга, не давая себя сбить. — Позвоните, если найдёте код — без него ячейку не вскрыть.
— Ладно, — упавшим голосом ответила свекровь. — Только сама там ничего не делай, без нас.
— Ой, я вообще-то не ваше семейство, — ответила невестка. — Мне без надобности чужое, я просто хочу закрыть эту историю.
Они холодно попрощались, обменявшись сухими фразами без лишних эмоций, и свекровь перезвонила к вечеру, когда Ольга уже не ожидала звонка, застав её врасплох.
Продолжение :