Часть 1
Илья появился на пороге с рассветом. В руках старый ящик с инструментами, во дворе связка досок.
— Ну что, приступим?
Алина кивнула.
Илья прошёл во двор, окинул баню профессиональным взглядом и присвистнул.
— Дела… Ну ничего, справимся.
Он работал молча, сосредоточенно. Вырывал прогнившие доски пола. Подгонял новые и прибивал. Потом забрался на крышу. Алина смотрела снизу, прикрывая глаза от солнца.
— Осторожно там!
— Не волнуйся! — донеслось сверху.
К обеду Илья слез с крыши, вытирая пот со лба.
Алина принесла чай в старой эмалированной кружке и бутерброды с колбасой.
— Спасибо, — Илья сел на крыльцо, жадно выпил чай.
— Хорошо.
Алина села рядом. Молчали, слушая, как ветер шуршит в голых ветках яблони.
— Ты так много помогаешь, — Алина посмотрела на него. — Спасибо.
— Да ладно, — Илья пожал плечами. — Мне несложно. К тому же приятно быть полезным.
— Все равно, я не привыкла, что люди просто так помогают.
Илья посмотрел на нее внимательно. Серые глаза были спокойными, но проницательными.
— У тебя что-то случилось, да?
Он помолчал.
— Не моё дело, конечно, но видно, что ты от чего-то убежала Или от кого-то.
Алина напряглась.
— Я не убегаю, просто… решила пожить в деревне.
— Понятно.
Илья допил чай, поставил кружку.
— Ладно, не буду лезть. Но если захочешь поговорить, я готов.
Он вернулся к работе. К вечеру баня выглядела иначе. Пол ровный, крыша залатана, даже котёл заблестел после чистки.
— Вот, — Илья вытер руки от штаны, — теперь можно мыться.
Алина вошла внутрь, осмотрелась. Всё аккуратно, чисто, пахло свежим деревом.
— Спасибо огромное.
Она обернулась к нему с искренней улыбкой.
— Ты волшебник.
Илья засмеялся.
— Обычный мужик с руками.
Он собрал инструменты в ящик.
— Завтра жду тебя к маме, часов в восемь утра, подойдёшь?
— Конечно!
Дом Ильи был небольшим, но ухоженным. Зелёные ставни, свежая краска на крыльце, дорожка расчищена от снега. Алина постучала, дверь открылась сразу.
— Проходи. Мама в комнате, я всё покажу.
Кухня чистая, уютная, Илья открывал шкафчик и показывал.
— Вот продукты, обед в холодильнике, надо только разогреть. Лекарства вот в этой коробочке, в двенадцать дня и в шесть вечера.
Мама сама знает, какие. Если что, звони.
Он протянул листочек с номером телефона.
— Хорошо, не волнуйся.
Илья заглянул в комнату.
— Мам, я поехал, вечером вернусь, Алина с тобой посидит.
— Хорошо, сынок, — донёсся тёплый голос. — Езжай осторожно.
Дверь закрылась. Алина постояла на пороге комнаты, потом тихо вошла. Валентина Ивановна сидела в кресле у окна, укрытая пледом в разноцветную клетку.
Костыли стояли рядом. На коленях — вязание, спицы поблёскивали в утреннем свете. Лицо доброе, морщинистое, глаза умные, внимательные.
— Здравствуй, Алиночка, — она улыбнулась. — Спасибо, что согласилась.
— Здравствуйте, мне несложно.
— Садись, пожалуйста, — Валентина Ивановна кивнула на стул. — Как тебе в деревне, не скучно?
— Нет, не скучно, я… мне нравится здесь.
Валентина Ивановна внимательно посмотрела на неё, долгим изучающим взглядом.
— Вижу, что-то тебя тревожит, но не буду расспрашивать. Расскажешь, если захочешь.
Алина почувствовала, как к горлу подступил комок.
— Спасибо за понимание.
День прошёл незаметно. Валентина Ивановна рассказывала истории о молодости, о том, как она с мужем строила этот дом.
Алина слушала завороженно, потом помогала с упражнениями для ног, осторожно поднимала, сгибала. Валентина морщилась, но терпела. Обед готовили вместе, по рецепту Валентины. Щи с капустой и картошка с маслом. Пахло так вкусно, что у Алины заурчало в животе.
Вечерело.
Валентина Ивановна откинулась в кресле, вязание лежало на коленях. Она долго смотрела на Алину, потом осторожно спросила.
— Алина, ты беременна?
Алина вздрогнула, побледнела.
— Да, — прошептала она. — Откуда вы знаете?
— Я женщина опытная, вижу.
Валентина Ивановна протянула руку, накрыла ладони Алины.
— Ты к врачу ходила?
— Нет ещё.
— Надо обязательно сходить. В районной больнице есть женская консультация.
Илья тебя отвезёт.
— Я не хочу никого обременять.
— Глупости!
Валентина Ивановна сжала её руку. — Здоровье ребёнка главное. Поговорю с сыном.
Слёзы потекли сами собой. Валентина Ивановна притянула Алину к себе, погладила по голове.
— Ты хорошая девочка. Всё будет хорошо.
Илья вернулся затемно. Стряхнул снег с ботинок, прошёл в комнату.
— Ну как, не заскучали?
— Ничуть, — Валентина Ивановна улыбнулась. — Алина — прекрасная девушка.
— Алина, спасибо большое.
Илья посмотрел на неё с благодарностью.
— Выручила.
— Мне было приятно, — тихо ответила Алина.
— Илюша. — Валентина Ивановна посмотрела на сына серьёзно. — Алине нужно в районную больницу съездить, отвезёшь её завтра?
Илья удивлённо посмотрел на Алину, но не спросил ничего.
— Конечно, завтра утром поедем.
Машина Ильи старенькая, но надёжная. Печка грела, из динамиков тихо играла музыка. За окном мелькали заснеженные поля.
— Ты не обязана рассказывать, — сказал Илья, не отрывая взгляда от дороги. — Но если хочешь, я выслушаю.
Алина молчала, смотрела в окно, потом тихо начала говорить.
— Я беременна. От мужчины, который меня предал. Он выгнал меня, обвинил в том, чего я не делала. Я потеряла работу, жилье, всё.
Илья молчал, слушал.
— Я не знаю, что делать, — голос Алины сорвался. — Денег почти нет, родственников нет, только этот дом.
— А ребёнка хочешь? — спросил Илья спокойно.
— Да, — Алина посмотрела на него. — Это мой ребёнок, я его уже люблю.
— Тогда всё будет хорошо.
Илья улыбнулся.
— Не одна ты такая, справишься.
— Откуда ты знаешь?
— Вижу, ты сильная. Просто не веришь пока в себя.
Районная больница.
Старое здание с облупившейся краской. Женская консультация на втором этаже. Врач — женщина средних лет с усталым, но добрым лицом. Осмотрела Алину, сделала УЗИ.
— Всё в порядке, — она улыбнулась, — срок около восьми недель. Ребёнок развивается нормально. Но вам нужно встать на учёт и регулярно приходить на осмотры.
— Хорошо.
— Вы живёте в Заречье? Далековато. Постарайтесь приезжать раз в месяц. И питайтесь хорошо, вы худая.
Алина вышла в коридор. Илья сидел на скамейке и листал журнал. Увидел её, вскочил.
— Ну как?
— Всё хорошо.
Алина улыбнулась сквозь слёзы облегчения.
— Ребёнок здоров.
— Вот и отлично.
Илья обнял её за плечи. По-дружески. Тепло.
По дороге обратно заехали в супермаркет. Илья взял тележку.
— Давай продукты купим. На недельку.
— Я… У меня мало денег, — призналась Алина.
— Я помогу, не спорь.
Они ходили по рядам.
Илья складывал в тележку крупы, консервы, овощи, мясо. Алина пыталась протестовать, но он не слушал. На кассе заплатили пополам.
Вечерело. Илья подъехал к дому Алины, заглушил мотор.
— Спасибо за всё, — тихо сказала Алина, — ты так много для меня делаешь.
Илья повернулся к ней.
— Алина, я рад помогать. Ты не одна, понимаешь?
В его глазах была искренность, тёплая, настоящая.
Алина кивнула, не доверяя голосу.
— Спасибо!
Она вышла из машины и взяла пакеты. Илья помахал на прощание и уехал. Алина стояла на крыльце и смотрела вслед красным огням. Впервые за долгое время в груди теплилась надежда.
Месяц в деревне пролетел незаметно. Алина уже привыкла к тишине, к скрипу калитки, к мерному тиканию дедушкиных ходиков. Беременность стала заметнее, живот округлился, но объемная куртка скрывала его.
Она шла в магазин, когда на встречу вышла Клавдия Степановна, полная женщина в платке с острым взглядом.
— О, гостья!
Баба Клава остановилась прямо на дороге, загородив путь.
— Федора Ивановича, внучка. А чего так долго гостишь? Месяц уже.
— Здравствуйте, — Алина попыталась пройти мимо. — Мне тут нравится.
— Молодая девка и в деревню? — Баба Клава прищурилась. — Странно это.
Небось от чего-то прячешься?
— Нет, просто живу.
— А с Илюшкой нашим часто видишься?
Голос стал ехидным.
— Народ уже языками чешет.
Алина почувствовала, как краснеют щеки.
— Илья мой сосед, помогает иногда.
— Ага, помогает, — Баба Клава покачала головой. — А мне вот сказали, что ты в город с ним ездила, вместе.
— Он отвёз меня к врачу, всего лишь.
— К врачу?
Баба Клава прищурилась ещё сильнее. — Больная, что ли? Алина не ответила, обошла её и пошла дальше.
Сзади донеслось громкое:
— Вот так всегда, городские, нос задирают.
В магазине Галина Петровна посмотрела сочувственно.
— Не обращай внимания на Клавку, — тихо сказала она, взвешивая крупу. — Она такая, на всех языком чешет.
— Понятно, — устало выдохнула Алина.
Через несколько дней слухи расползлись по деревне как плесень. Алина возвращалась из магазина, когда услышала голоса. Две женщины стояли у забора, перешёптывались. Одна показала в её сторону.
— Говорят, от богатого залетела, а он её выгнал, — сказала громко, явно чтобы Алина слышала. — Вот и прячется тут.
— А теперь к Илюшке подкатывает, — подхватила вторая, — ему-то такая нужна.
Алина ускорила шаг, опустив голову. Глаза застыли, комок в горле душил. Она почти бежала, пока не добралась до дома. Вечером она сидела на кровати, уткнувшись лицом в колени и плакала. Снежок терся о её ногу, мурлыкал успокаивающе.
Стук в дверь заставил вздрогнуть.
— Алина? — голос Ильи. — Ты дома?
Она вытерла слезы рукавом, открыла.
Илья вошёл, увидел её лицо и нахмурился.
— Что случилось?
— Они…
Голос сорвался.
— Все говорят обо мне гадости…
— Кто говорит?
— Баба Клава и другие… Что я от богатого забеременела и прячусь. Что я к тебе подкатываю…
Илья сжал кулаки.
— Сплетницы деревенские, не обращай внимания.
— Но они правы, — Алина всхлипнула. — Я действительно беременна от человека, который меня бросил.
Я действительно ни на что не способна.
— Хватит!
Илья перебил её резко.
— Не смей так говорить!
Алина замолчала, удивлённо посмотрела на него. Илья сел рядом, взял её за руки.
— Посмотри на себя. Ты прошла через предательство, потеряла всё и не сломалась. Ты здесь, ты заботишься о ребёнке. Это достойно уважения, а не осуждения.
— Спасибо, — прошептала Алина.
— И наплевать, что они говорят. Главное, что ты чувствуешь.
Он крепче жал её руки.
— Ты не одна, запомни это.
продолжение