Предыдущая часть:
Вечером она пыталась дозвониться Дмитрию, но тот постоянно сбрасывал. Валерия злилась — что, и пары минут уделить не может? Настолько увлечён своей девкой? От гнева подрагивали руки. Через полчаса она прекратила попытки, с раздражением кинула телефон на диван.
Тётя Светлана готовила что-то на кухне, и по квартире плыли аппетитные ароматы чего-то печёного. Макар мирно играл на полу со своими машинками. По телевизору показывали какой-то очередной бестолковый сериал. Валерия смотрела на экран краем глаза, полностью погружённая в свои мысли.
Нужно найти способ — мирный или не очень — забрать у Дмитрия принадлежащую ей половину квартиры. Она понимала, что отдавать её он скорее всего откажется наотрез, значит, нужен грамотный юрист. Вот только где его взять? Никаких знакомых у Валерии не было, а за время декрета она утратила последние полезные контакты с коллегами по работе. Родственников у неё почти не было — у матери она была единственной, а тётя Светлана вообще не обзавелась потомством. Подруга куда-то пропала с горизонта сразу после рождения Макара — её не интересовало ничего, что было хоть как-то связано с детьми, и общение с Валерией стало для неё скучным.
Когда-то Валерия полностью разделяла её взгляды и даже опасалась во время беременности, что не сможет полюбить будущего ребёнка — ведь она никогда не любила детей. Но природа сделала своё дело: Макара она обожала так, как никогда и никого. Чего нельзя было сказать о Дмитрии.
Валерия снова покосилась на молчащий телефон. Позвонить? Нет, в ней взыграла гордость. Не будет она унижаться. Что-нибудь придумает, вырулит как-нибудь из этой ситуации и всё равно получит то, что ей нужно и что причитается по праву.
Не слишком ли много Дмитрий о себе возомнил? Не слишком ли уверенно себя почувствовал, посчитав, что окажется безнаказанным? Конечно, легко воевать с женщиной и ребёнком — проще врага и не придумаешь. Особенно если эти женщина и ребёнок — твои, и ты знаешь все слабые места, знаешь, куда бить, чтобы было больнее. Не на ту нарвался: в ней полно сюрпризов, и Дмитрию ещё только предстоит об этом узнать. Она ещё не придумала, как именно, но она отомстит. Обязательно.
Тётя Светлана искренне обрадовалась, что Валерия осталась жить у неё, — даже заметно приободрилась. Утром она всего пару часов сбегала в магазин, закупилась продуктами и принялась готовить обед, что-то едва слышно напевая себе под нос.
— Вы же совсем не спали, тёть Свет, — вопросительно сказала Валерия. — Устали, наверное.
Тётя Светлана махнула рукой.
— Да что ты, деточка, нам, старым, уже и спать не хочется. Бывает, лежишь вот так всю ночь, в потолок смотришь, и глаз не сомкнёшь. Так что мне только в радость у плиты повозиться. Тем более есть для кого, — весело добавила она.
Валерия промолчала, снова вернулась мыслями к Дмитрию. Они купили квартиру, из которой он её выгнал, совсем недавно — после того, как бизнес пошёл в гору. А половину денег на старт Валерия дала ему из своих накоплений. Она успела отложить солидную сумму до выхода в декрет. Конкретной цели у неё не было — копила просто для того, чтобы были, делала финансовую подушку.
Как-то вечером Дмитрий поделился с ней, что хотел бы открыть своё дело. Все необходимые навыки, знания и умения у него были, не хватало только финансов. Валерия, не думая, выпалила:
— У меня есть, я могу дать.
Дмитрий несказанно обрадовался, поднял её на руки, закружил. Они жили в скромной двушке на окраине города, что досталась ему в наследство от почившего деда.
— Вот раскрутим — купим четырёхкомнатную, — мечтал Дмитрий. — Или сразу дом, коттедж за городом. Будет Макар на свежем воздухе ползать. Малину посадим, черноплодку.
— Ну ты размечтался, — смеялась Валерия. — Давай сперва уж раскрутим как следует.
— Не бойся, — засмеялся Дмитрий. — Весь мир будет у наших ног. Главное, что мы вдвоём, остальное приложится.
И через год бизнес вдруг пошёл. Да ещё как пошёл — продажи поднялись в несколько раз и не собирались останавливаться. В городе появился спрос на производимую маленьким заводиком Дмитрия черепицу и шифер, потому что товар был качественным и недорогим. Валерия планировала вернуться из декрета, когда Макару исполнится два года, и тоже выйти на работу — помогать мужу.
Дмитрий вместе с командой переехал в комфортабельный офис в центре города — аренда стоила баснословных денег, но теперь фирме хватало на всё. Тогда же расширили штат, и появилась эта Полина. Валерии она сразу не понравилась — очень уж хищная, меркантильная, охочая до денег девица. Но мужу ничего не сказала. Дмитрий считал Полину превосходной, необходимой сотрудницей, объяснял жене, что она ответственная и очень работоспособная. А уж за премию готова вообще на всё — даже засиживаться в офисе до глубокого вечера.
— Ну да, — кивнула Валерия. — И не только на это.
— Да что ты имеешь в виду? — не понял Дмитрий.
— Ну что она ещё сделает за деньги.
Дмитрий пожал плечами.
— Мне от неё нужна исключительная работа. У тебя нет повода для ревности.
Валерия поверила мужу. Точнее, ей просто очень хотелось поверить — ведь другого выбора у неё не было.
— Господи, какой же я была доверчивой, наивной, — думала Валерия. — Как можно было поверить в слова Дмитрия?
Хотя у неё не было повода не верить — ведь всё у них в отношениях было так хорошо: взаимопонимание, поддержка, любовь. Или ей так просто казалось. Как бы то ни было, у Дмитрия закрутился роман с этой самой Полиной. Видать, не за работой она засиживалась. Да и пришла туда вовсе не за карьерным ростом, а чтобы подцепить обеспеченного мужчину. Её даже не смутило, что этот мужчина женат, что у него недавно родился ребёнок. Никакой совести, никаких принципов — ничего. Только деньги, деньги, деньги.
Интересно, Дмитрий дарил ей дорогие подарки? Валерия горько усмехнулась — уж наверняка одарил. Она же вон какая эффектная: на каблучках, при укладке, макияже. Не то что сидящая в декрете Валерия, которая давно и не помнит, что такое салон красоты.
На следующий день Дмитрий позвонил ей сам. Сперва Валерия не хотела брать трубку — о чём им ещё говорить? И так всё ясно. Она пропустила два звонка, но потом всё же сдалась. Может, он осознал, как низко и подло поступил? Но всё оказалось куда проще. Муж сообщил, что подаст на развод, и пригрозил, что сотрёт её в порошок, если она будет требовать раздела имущества.
— Ни единого квадрата тебе в этой квартире не достанется, — припечатал он.
Валерия чуть не задохнулась от ярости и обиды.
— Дмитрий, тебе эта ведьма совсем мозги запудрила? — выкрикнула она. — Может человек вот так резко измениться?
— У тебя башня отъехала, что ли? — зло ответил Дмитрий.
— Нет, — закричала Валерия.
— Мне ты можешь ничего не хотеть отдавать, это ладно, как-то понять можно. Но Макар? Он же твой сын! Ты что, вот так просто выгнал ребёнка на улицу?
— Это ещё нужно доказать, что он мой сын, — холодно сказал Дмитрий. — Мало ли какие шашни у тебя могли быть на стороне.
— Ты в своём уме? Какие к черту шашни? Ты меня подозреваешь только потому, что у тебя у самого эти самые шашни были? Если хочешь, давай сделаем тест на отцовство!
— Непременно сделаем, — пообещал Дмитрий и бросил трубку.
Валерия в бессильной злобе посмотрела на телефон в своей руке. Ей нужно выяснить, у кого из них на самом деле башня отъехала. Она заранее знала точный ответ.
Она встала, прошла на кухню, где тётя Светлана пила чай с домашним печеньем. Макар сидел на стуле напротив и усердно, насупившись, крошил печенье.
— Тёть Свет, вы не знаете хорошего юриста? — спросила Валерия.
Тётя Светлана вскинула на неё глаза, посмотрела недоуменно.
— Нет, не знаю. А что ты задумала?
— Дмитрий говорит, что Макар не его сын, — объяснила Валерия, опускаясь на стул.
Тётя Светлана молчала некоторое время, с преувеличенным вниманием разглядывая плавающие в чае чаинки, потом сказала со вздохом:
— Как такое вообще можно говорить?
— В общем, мне нужен тест, — перебила Валерия, задумавшись на мгновение.
— И, наверное, хороший юрист, чтобы имущество поделить и доказать, что деньги на открытие бизнеса давала я.
— А это можно как-то доказать? — спросила тётя Светлана.
Валерия повела плечами, подперла голову рукой.
— Я не знаю. Нужно узнать всю эту информацию. Не могу же я уйти с пустыми руками и оставить всё этой… — она брезгливо поморщилась. — Этой нахальной фифе.
— Конечно же, да. У меня есть телефон одного юриста. Правда, я давно ему не звонила и не знаю, где он и что. Но можно попробовать.
Она тут же нашла в толстой записной книжке с выпадающими листами нужный номер и достала свой простенький смартфон. Некоторое время молча смотрела на экран, глубоко о чём-то задумавшись.
— Тёть Свет, вы чего зависли? Звонить-то будете? — прервала её невесёлые размышления Валерия.
— А? Да-да, Лера, конечно.
Она набрала номер дрожащей рукой, поднесла телефон к уху, потом встала и отошла к окну. О чём она говорила, Валерия не слышала — отвлеклась на Макара. До неё доносились только обрывки фраз, понять по которым весь диалог не получалось.
— В общем, он согласен тебе помочь, — сказала наконец тётя Светлана, пряча телефон в карман халата.
Валерия хитро посмотрела на тётю.
— У вас с ним роман был, что ли, в молодости? Чего вы так нервничали?
Тётя Светлана медленно опустилась на стул. Плечи её вдруг ссутулились.
Тётя Светлана вдруг прорвало, и она начала сбивчиво, глотая окончания, рассказывать:
— Мы с ним учились вместе на юрфаке. Планировали свадьбу, детей, собаку — может, даже двух. Но потом одна девица его увела. Точнее, как девица? Подруга моя ближайшая. Вот просто взяла и увела. Мы не виделись лет десять. Потом случайно встретила его в торговом центре — красивый, статный, видный, с двумя детьми. А я — одиночка, старая, скрюченная, никому не нужная. Сказал тогда, что жалеет о нашем расставании.
Она горько усмехнулась.
— Да только я не поверила. О какой жалости тут может идти речь? Если только о жалости ко мне.
— Ну что вы, тёть Свет, — протянула Валерия. — Вы очень даже ничего. Даже лучше.
Она говорила правду: несмотря на преклонный возраст, тётя ещё была полна сил, энергии и бодрости. Отлично выглядела, красила свои густые кучерявые волосы и делала превосходный макияж. А ещё она была умной, всесторонне развитой, обладала эмоциональным интеллектом и юмором. Да такую жену каждый бы взял — и всю жизнь любил.
— Не льсти мне, Валерия, — сурово отозвалась она.
— Не надо мне комплиментов. Думаешь, я не знаю, не вижу, какая я на самом деле? Старая женщина. Обычная старая женщина.
— Обычные старые женщины у подъезда вон сидят, семечки щёлкают, — не согласилась Валерия. — И обсуждают всех вокруг. А вы на симфонические концерты ходите, читаете хорошие книги и любите оперу.
Она помолчала.
— Так а что было дальше в той истории?
— Дальше? — вздохнула тётя Светлана. — Ничего. Он женился на Олесе. Сейчас дети у него уже взрослые, внуки появились вот недавно. А я как была одна, так и осталась.
— А вы жалеете об этом? — осторожно спросила Валерия.
Тётя Светлана покачала головой, ответила уверенно и твёрдо:
— Нет. Одной проще и лучше. Никто и никогда тебя не предаст, если предавать некому.
— Если у вас нет собаки, её не отравит сосед, — засмеялась Валерия.
— И с другом не будет драки, — с улыбкой запела тётя Светлана. — Если у вас, если у вас, если у вас друга нет.
Они засмеялись в один голос, глядя друг другу в глаза.
Они встретились через несколько дней в небольшом уютном кафе недалеко от дома тёти. Друг тёти Светланы звали Сергеем Александровичем, и он внимательно, выслушав Валерию, уверенно сказал, что возьмётся за это дело.
— Я могу почти со стопроцентной уверенностью утверждать, что всё получится, — сказал он.
— А можно ли забрать половину бизнеса? — поинтересовалась Валерия.
— Конечно, вы ведь имеете на это полное право. Я думаю, ваш муж будет пытаться отсудить ребёнка, но мы не дадим ему это сделать.
Он вдруг подмигнул Валерии и тепло, по-отечески улыбнулся.
— Правда на вашей стороне.
Валерия ответила на улыбку, встала, взяла свою сумочку.
— Я буду всеми силами пытаться не оплошать и не ударить в грязь лицом, — пообещала она.
— Передавайте привет тёте.
— Непременно.
Настроение было отличным. Она шла по тротуару, глядя на проносящиеся по шоссе разномастные автомобили, на начинающие зацветать деревья, на спешащих мимо пешеходов. Как бы ни пытался испортить ей жизнь Дмитрий, у него ничего не выйдет.
Продолжение :