В этой истории описываются реальные события, произошедшие недавно в нашем городе. Все имена изменены, любые совпадения случайны.
Я стояла у витрины магазина детской одежды и рассматривала комбинезончики, когда краем глаза заметила знакомую фигуру. Повернула голову и увидела её. Светлана, секретарша моего мужа, та самая, о которой он постоянно рассказывал за ужином. Молодая, лет двадцати пяти, длинные тёмные волосы, всегда безупречно одетая.
Только вот сегодня её фигура была совсем не безупречной. Под лёгким пальто явно выделялся округлившийся живот. Месяцев пять, а может и шесть, на глаз точно не определишь.
Она стояла у той же витрины, что и я, только с другой стороны, и разглядывала те же самые комбинезоны. На лице улыбка, рука невольно гладит живот. Я замерла, не в силах отвести взгляд.
Может, просто совпадение? Может, она замужем, и это её семейное счастье? Но что-то внутри меня похолодело. Интуиция, что ли. Женская.
Андрей последние полгода задерживался на работе по три, а то и по четыре раза в неделю. Говорил, что проект важный, клиент капризный, нужно всё контролировать лично. Приходил поздно, уставший, иногда пах сигаретами, хотя бросил курить ещё в прошлом году.
Я верила. Точнее, хотела верить. Одиннадцать лет брака, дочка восьми лет, квартира, кредиты, общие планы. Казалось, всё крепко, надёжно. Зачем ему изменять?
Но теперь, глядя на эту девушку с животом, я вдруг поняла, зачем. Потому что она молодая, красивая, восхищённо смотрит на него, как на героя. А я жена, которая пилит за невымытую посуду и просит купить хлеб по дороге домой.
Светлана не заметила меня, повернулась и пошла дальше по торговому центру. Я машинально пошла следом, сама не понимая зачем. Просто хотелось убедиться, что это не игра воображения, что я не схожу с ума.
Она зашла в кафе на первом этаже, села за столик у окна, заказала что-то официанту. Я устроилась за столиком в дальнем углу, откуда её было хорошо видно. Достала телефон, сделала вид, что читаю что-то важное.
Через десять минут к ней подсел мужчина. Не Андрей, слава богу. Кто-то незнакомый, полноватый, в очках. Они разговаривали минут двадцать, что-то обсуждали, она показывала ему какие-то бумаги. Потом он ушёл, а она осталась допивать свой сок.
Я подождала ещё немного, потом встала и подошла к её столику. Сердце колотилось, во рту пересохло.
— Светлана?
Она подняла глаза, улыбнулась.
— Да, здравствуйте. Вы... извините, не помню вас.
— Я Вера. Жена Андрея Соколова.
Улыбка мгновенно сползла с её лица. Она побледнела, попыталась встать, но я жестом остановила её.
— Не убегайте. Давайте поговорим. По-человечески.
Она опустилась обратно на стул, смотрела на меня испуганными глазами.
— Я не знаю, о чём вы...
— Светлана, я не дура. Видела, как вы гладите живот. Скажите честно, это от него?
Молчание. Потом она кивнула, опустила голову.
— Да.
Мир поплыл перед глазами. Я села на стул напротив, сжала руки в кулаки, чтобы они не дрожали.
— Как давно?
— Почти год. Началось на корпоративе прошлой весной. Мы выпили, разговорились, а потом... Я не хотела разрушать вашу семью, честное слово. Он говорил, что у вас всё плохо, что вы давно чужие люди.
Конечно, говорил. Классика жанра. Жена не понимает, дома холодно, брак формальный. Я почти наизусть могла продолжить.
— И вы ему поверили?
— Да. Он был так несчастен, знаете. Рассказывал, что женился рано, по залёту, что никогда меня не любил. Что живёт с вами только из-за ребёнка.
По залёту. Как изящно. На самом деле мы встречались три года до свадьбы, Машу планировали и очень хотели. Но ей-то он рассказал другую историю.
— И когда узнали о беременности?
— Месяца три назад. Я сразу сказала ему. Он обещал, что разведётся с вами, что мы будем вместе. Квартиру уже присматриваем, хотим съехать после родов.
Я засмеялась. Нервно, громко. Люди за соседними столиками оглянулись. Мне было всё равно.
— Квартиру присматриваете. Замечательно. А на какие деньги, интересно? У нас кредит за нашу квартиру, машину в рассрочку взяли. У дочки музыкальная школа, английский, бассейн. Откуда у него деньги на ещё одну квартиру?
Светлана замялась.
— Ну, он говорит, что бизнес идёт хорошо, что премия большая будет...
— Бизнес? — я усмехнулась. — Светлана, милая, он менеджер по продажам. Зарплата хорошая, но не настолько, чтобы содержать две семьи и покупать квартиры. Он вам сказку рассказал, а вы поверили.
Она заплакала. Тихо, утирая слёзы салфеткой.
— Он обещал... Говорил, что любит меня...
— Всем обещает. И всех любит. Пока не надоест.
Я встала, взяла сумку.
— Рожайте спокойно. Алименты он вам платить будет, я прослежу. А вот насчёт квартиры и совместной жизни не обольщайтесь. Он не из тех, кто бросает обустроенное гнездо ради неопределённости.
Вышла из кафе, дошла до машины и только там разревелась. Плакала долго, пока не кончились слёзы. Потом умылась влажными салфетками, поправила макияж, завела двигатель.
Домой ехать не хотелось. Не знала, как смотреть Андрею в глаза. Что говорить. Поехала к маме.
Мама открыла дверь, увидела моё лицо и сразу поняла, что случилось что-то серьёзное.
— Верочка, что случилось? Заходи быстрее.
Мы сели на кухне, она налила мне чай с мятой, мой любимый. Я рассказала всё. Про Светлану, про живот, про разговор в кафе. Мама слушала молча, только качала головой.
— Мерзавец, — сказала она наконец. — Сволочь последняя. Верка, бросай его. Не живи с таким.
— Мам, у нас дочка. Кредиты. Как я одна потянуть всё это смогу?
— Сможешь. Справишься. Главное, не оставайся с человеком, который тебя предал. Это разъедает душу, поверь мне. Я с твоим отцом двадцать лет промучилась, прежде чем решилась уйти. Не повторяй моих ошибок.
Мы просидели до вечера. Мама убеждала меня подать на развод, я сомневалась, плакала, снова сомневалась. Потом позвонила Андрею, сказала, что у мамы проблемы со здоровьем, остаюсь ночевать. Он согласился легко, даже слишком легко.
— Хорошо, милая. Передай маме, что желаю скорейшего выздоровления. Я Машку спать уложу, не волнуйся.
Положила трубку и подумала, правда ли он будет укладывать дочку или позвонит Светлане, скажет, что свободен на всю ночь.
Утром вернулась домой. Андрей собирался на работу, был весёлый, бодрый.
— Как мама? — спросил он, целуя меня в щёку.
— Нормально. Таблетки помогли.
— Отлично. Слушай, я сегодня опять задержусь. Переговоры важные, нельзя отложить.
— Конечно, — кивнула я. — Работай.
Он ушёл. Я проводила его взглядом и подумала, что не узнаю этого человека. Как легко он врёт, как спокойно смотрит мне в глаза. Будто одиннадцать лет ничего не значат.
Машу я отвела в школу, потом поехала на работу. Весь день пыталась сосредоточиться на делах, но мысли постоянно возвращались к Светлане и её животу. К тому, что скоро у мужа будет ещё один ребёнок. К тому, что он всё это время врал мне в глаза.
Вечером, когда забирала Машу из школы, встретила нашу соседку Татьяну. Она посмотрела на меня участливо.
— Вера, ты как? Всё нормально?
— Да, спасибо. А что?
Она замялась.
— Просто вид у тебя какой-то... уставший. Может, в отпуск съездить? Отдохнуть от всего?
— Может быть, — улыбнулась я натянуто.
Но Татьяна не отставала.
— Слушай, я тут хотела спросить. У твоего Андрея действительно проект такой сложный на работе? Просто мой муж говорит, что видел его несколько раз в торговом центре днём. В рабочее время. Думал, может, он в отпуске?
Сердце упало вниз.
— Нет, не в отпуске. Наверное, по работе ездил туда, с клиентами встречался.
— Ага, наверное, — Татьяна явно не поверила, но спорить не стала.
Мы попрощались. Я взяла Машу за руку и пошла домой. Значит, не только по вечерам он пропадает. И днём тоже. Интересно, сколько времени они проводят вместе? И давно ли соседи заметили? Обсуждают ли меня за спиной, жалеют ли?
Вечером, когда Андрей позвонил и сказал, что задерживается, я не выдержала.
— Андрей, нам надо поговорить. Срочно.
— Сейчас не могу, Верочка. Говорю же, переговоры. Давай завтра?
— Нет. Сегодня. Сейчас. Приезжай домой.
В голосе прозвучала сталь. Он почувствовал что-то неладное.
— Что случилось?
— Приезжай, узнаешь.
Он приехал через сорок минут. Зашёл в квартиру настороженный, с непонимающим видом.
— Машка спит? — спросил он.
— Да. Уложила пораньше. Пойдём на кухню.
Мы сели за стол. Я смотрела на него и не знала, с чего начать. Потом просто сказала:
— Я встретила твою Светлану. С животом.
Он замер. Лицо стало белым, потом красным. Открыл рот, закрыл. Потом выдавил:
— О чём ты говоришь?
— Андрей, не ври больше. Всё равно бесполезно. Я с ней разговаривала. Она всё рассказала. Про ваш роман, про беременность, про квартиру, которую вы собираетесь снимать.
Он опустил голову, закрыл лицо руками.
— Господи...
— Вот именно. Господи. Как же ты, Андрей? Как мог?
— Я не хотел... Просто так получилось...
— Ничего просто так не получается! Ты встречался с ней почти год. Врал мне каждый день. Спал с ней, а потом приходил домой и делал вид, что всё нормально. Как ты мог смотреть мне в глаза?
Он молчал, не поднимая головы.
— Скажи хоть что-нибудь! — крикнула я. — Объясни, почему! Что я сделала не так?
— Ты ничего не сделала, — ответил он тихо. — Дело не в тебе. Просто... я устал. От быта, от рутины, от всего этого. Мне захотелось чего-то нового, понимаешь?
— Нового, — повторила я с горечью. — И ты выбрал молодую секретаршу. Оригинально.
— Прости меня. Я дурак, я всё понимаю. Но что теперь делать? У неё ребёнок мой...
— Вот это решай сам. Хочешь к ней уйти, уходи. Не хочешь, оставайся. Но со мной ты больше не будешь.
Он поднял голову, посмотрел на меня испуганно.
— Ты разводиться хочешь?
— А что мне ещё остаётся? Жить с человеком, который меня предал? Который завёл на стороне ребёнка? Терпеть унижение?
— Вера, подожди. Давай всё обсудим спокойно. Может, мы сможем сохранить семью? Ради Машки?
— Ради Машки? — я засмеялась. — Ты думал о Машке, когда трахал свою секретаршу? Когда обещал ей квартиру и совместное будущее? Не надо прикрываться ребёнком.
Мы проговорили ещё часа два. Он оправдывался, обещал, клялся. Говорил, что это было ошибкой, что он любит только меня, что порвёт со Светланой. Но я уже не слушала. Слова, только слова. Пустые, фальшивые.
Ночью я лежала в кровати и смотрела в потолок. Андрей спал рядом, похрапывая. Будто ничего не произошло. А я думала о том, как быстро рушится то, что строилось годами. Одиннадцать лет вместе. И всё перечеркнуто одной встречей в торговом центре.
Утром я встала раньше всех, собрала вещи Андрея в большую сумку. Положил у двери.
— Что это? — спросил он, выходя из спальни.
— Твои вещи. Уезжай. К родителям, к Светлане, куда хочешь. Но не живи здесь.
— Вера...
— Уезжай, Андрей. Пожалуйста.
Он хотел спорить, но увидел моё лицо и понял, что бесполезно. Взял сумку, оделся, вышел. Дверь закрылась тихо.
Маша проснулась через полчаса. Спросила, где папа. Я сказала, что он уехал в командировку. Долгую командировку. Она кивнула и побежала умываться. Дети быстро принимают новую реальность. Иногда быстрее взрослых.
Прошла неделя. Андрей звонил каждый день, просил встретиться, поговорить. Я отказывала. Не хотела видеть его, слышать оправдания. Хотела просто жить дальше. Как, не знала. Но точно не с ним.
Светлана позвонила через десять дней. Голос дрожащий, испуганный.
— Вера Александровна, простите, что беспокою. Можно мне с вами встретиться?
— Зачем?
— Пожалуйста. Это важно.
Мы встретились в том же кафе. Она выглядела неважно, лицо бледное, глаза заплаканные.
— Он меня бросил, — сказала она сразу. — Сказал, что вернётся к вам, что мы были ошибкой. Предложил деньги на аборт.
Я молчала. Почему-то не было ни радости, ни злорадства. Только пустота.
— Я не знаю, что делать, — продолжала она. — Родителям сказать боюсь, на работе увольняют, денег нет. Вы можете поговорить с ним? Попросить, чтобы помог хоть немного?
— Светлана, я больше не его жена. Разводимся. Решайте свои проблемы сами.
— Но...
— Нет. Вы взрослый человек. Хотели его, получили. Теперь живите с последствиями.
Я встала и ушла. Может, жестоко. Но я не хотела больше разгребать чужие проблемы. Хватит своих.
Он врал, что работает допоздна. А я встретила его секретаршу с животом. И поняла, что жизнь, которую я считала крепкой, оказалась картонной. Один удар, и всё рассыпалось.
Но знаете что? Я справлюсь. С Машкой, с кредитами, с одиночеством. Справлюсь. Потому что сильнее, чем думала. А он пусть разбирается со своими секретаршами и обещаниями. Это больше не моя история.