первая часть
Остановка действительно была рядом, на табло светилась. Автобус номер 47 до областного центра.
Оставалось три минуты до прибытия. Она обернулась. Через окна заправки видно, как Борис расплачивается на кассе. Инесса что-то ему говорит, показывает в сторону туалета. Он кивает и направляется туда. Автобус показался из-за поворота. Старый паз, пыльный, с открытыми окнами. Валентина вспомнила школьные экскурсии на таких же автобусах. Тогда ей казалось, что вся жизнь впереди, что все будет хорошо, что они с Борисом обязательно станут счастливой семьёй.
Дверцы открылись с привычным скрипом.
- Садитесь, ехать будем, - сказал водитель.
Валентина поднялась по ступенькам, села у окна, прижав сумку к груди. Автобус тронулся, и заправка отдалялась.
- Что я делаю? — мысль пришла в голову.
- Что я делаю?
Но другая мысль, холодная и настойчивая, шептала.
- А что, если она права?
Дорога петляла между полей. В окне мелькали телеграфные столбы, редкие деревья, бесконечное небо. Валентина достала из сумки телефон. Простенький, несенсорный, как у них дома лежал запасной. На экране высветился номер, записанный в контактах. Виктор Сергеевич, специалист по безопасности. Автобус подъехал к автовокзалу областного центра, когда солнце уже садилось. Валентина прошла мимо касс, мимо шумной толпы пассажиров к выходу. На улице пахло выхлопными газами и жареными пирожками.
Она нашла недорогую гостиницу рядом с вокзалом. Комната на третьем этаже с видом на привокзальную площадь. Узкая кровать, тумбочка, умывальник в углу. На стене выцветший плакат с видами местных достопримечательностей. Валентина села на кровать и заплакала. Впервые за восемнадцать лет она спала не дома. Впервые не знала, где Борис, что он делает, ищет ли её.
А если искал, то зачем? Чтобы увезти к морю, как планировали? Или чтобы…
Она вытерла слёзы и взяла в руки телефон. На экране моргал индикатор пропущенного вызова, незнакомый номер. В сообщениях было одно СМС:
"Думаешь, легко от меня скрыться?" Валентина уставилась на экран. Борис никогда не писал без знаков препинания. И слово «скрыться» он бы не употребил. Сказал бы «спрятаться» или «убежать». Но, может, от волнения забыл про грамматику. Может, действительно ищет и переживает. Или…
Она выключила телефон и спрятала его в сумку. Завтра позвонит этому Виктору Сергеевичу. Завтра попытается понять, что происходит. А пока нужно было пережить эту ночь. Первую ночь побега, которого могло и не быть.
Утро второго дня встретило Валентину болью в висках. Она не спала, лежала с открытыми глазами, вслушиваясь в шум привокзальной площади и пытаясь понять, что делать дальше. К семи утра терпение лопнуло. Валентина достала телефон и набрала номер Инессы.
— Валентина Петровна? — голос в трубке звучал свежо, словно женщина давно не спала. — Как дела? Всё в порядке?
— Не знаю. Я… я не понимаю, что происходит.
— Это нормально, первые дни всегда тяжёлые. Сейчас с вами встретится Виктор Сергеевич, он всё объяснит. Кафе «Уют» на Советской улице знаете? Через час там будете.
Валентина оделась, умылась холодной водой из крана и вышла на улицу. Областной центр просыпался. Открывались магазины, на остановках собирались люди с сонными лицами. Обычная жизнь, которая вдруг стала казаться чужой.
Кафе «Уют» оказалось заведением из девяностых: пластиковые столики, искусственные цветы в горшках, меню, заламинированное пожелтевшим скотчем. За угловым столиком сидел мужчина в тёмном костюме. Виктор Сергеевич Агарков поднялся ей навстречу. Крепкое рукопожатие, прямая спина, внимательные глаза. В его облике читалась та уверенность, которой так не хватало Валентине последние сутки.
— Садитесь, — он отодвинул для неё стул. — Кофе будете?
— Спасибо.
Пока официантка несла заказ, Виктор молчал, изучая её лицо. Валентина почувствовала себя под рентгеном. Неприятно, но почему-то надёжно.
— Инесса Викторовна рассказала о вашей ситуации, — начал он, когда они остались одни. — Понимаю, как вам сейчас тяжело, но вы поступили правильно, доверились интуиции.
— Я не уверена.
— Сомнение — это нормально.
— Восемнадцать лет совместной жизни не вычеркнешь за день, — Виктор наклонился ближе. — Но факты говорят сами за себя. Ваша двухкомнатная в центре от бабушки досталась, верно? Сейчас такие квартиры — золото. Особенно для человека, который планирует начать новую жизнь.
Валентина поперхнулась кофе. Она не помнила, чтобы рассказывала Инессе подробности о квартире, упоминала только, что живёт в центре.
— Откуда вы знаете про бабушку?
— В нашем деле важно знать детали, — Виктор пожал плечами. — Чем больше информации, тем лучше можем защитить.
— Защитить от чего именно?
— От того, что могло случиться через месяц-два, может, раньше.
Он достал из кармана папку.
— Видите, пять похожих случаев за последний год. Женщины средних лет, бездетные, с недвижимостью. Всё начиналось одинаково. Мужья становились замкнутыми, появлялись странности в поведении.
Валентина листала фотографии. Лица незнакомых женщин смотрели с документов. Кто-то улыбался, кто-то выглядел усталым. Обычные люди, которых теперь нет.
— Что с ними стало?
— Несчастные случаи, — Виктор убрал папку. — Но мы успели вовремя, предупредили, помогли исчезнуть. Сейчас они живут в других городах под другими именами, в безопасности.
Головная боль усилилась. Валентина массировала виски, пытаясь собрать мысли в кучу. Неужели она действительно была настолько слепа? Все эти годы спала рядом с человеком, который…
— Неужели я такая глупая? — вырвалось у неё. — Все эти годы не замечала, кто рядом со мной спит.
— Не глупая, доверчивая, — Виктор сочувственно покачал головой. — Таких мужчин не сразу распознаешь. Они годами играют роль, входят в доверие, а потом, когда цель достигнута…
— Или я слишком мнительная? — продолжала Валентина, больше разговаривая с собой. — Раз поверила первой встречной на заправке.
— Инесса Викторовна не первая встречная. У неё дар — видеть людей насквозь, — Виктор допил кофе и посмотрел на часы. — Мне пора, но мы на связи. Если что-то случится, звоните немедленно.
Он ушёл, оставив на столе визитку и счёт за кофе. Валентина сидела ещё полчаса, переваривая услышанное.
Папка с фотографиями лежала в сумочке тяжёлым грузом. Вечером, в той же гостиничной комнате, её снова мучили кошмары. Она видела Бориса с топором в руках, видела себя, падающей с балкона, видела огонь, пожирающий их квартиру. Просыпалась в холодном поту и боялась закрывать глаза.
В три часа ночи пришло сообщение. На экране высветились те же слова: «Думаешь, легко от меня скрыться?» Валентина внимательно перечитала текст. Борис всегда был педантичен в письмах, ставил запятые, следил за знаками препинания, даже в спешных записках на холодильнике писал грамотно, а здесь…
Она взяла ручку и переписала сообщение на клочке бумаги, добавив знаки препинания так, как написал бы Борис: «Думаешь, легко от меня скрыться?» Нет, он бы написал: «Думаешь, что легко от меня скрыться?» Или проще: «Думаешь, легко спрятаться?»
Валентина отложила ручку и уставилась в потолок. Впервые за два дня сомнения коснулись не только мужа, но и тех, кто называл себя спасителями. Виктор слишком много знал о её квартире. Инесса слишком удачно оказалась на той заправке с готовой сумкой. СМС приходили в неподходящее время, с неправильными словами.
— Хватит быть пешкой, — сказала она вслух в тёмной комнате. — Надо самой разобраться, что происходит.
Решение созрело мгновенно. Завтра она начнёт собственное расследование. Проследит за Виктором, понаблюдает за Инессой. Узнает, кто на самом деле охотится на неё в этой непонятной игре.
Впервые за два дня Валентина заснула спокойно. Во сне ей приснилась школа, урок истории, и она объясняла ученикам простую истину: чтобы понять настоящее, нужно изучить факты, а не верить чужим словам.
Утро третьего дня принесло ясность. Валентина проснулась с твёрдым намерением, которое появилось за ночь из хаоса сомнений и страхов. Довольно дрожать и прятаться. Пора узнать правду.
Она оделась в тёмные джинсы и неприметную куртку — одежду, которую Инесса заботливо положила в сумку. Теперь эта забота казалась подозрительной: слишком удобной, слишком предусмотрительной.
Районная библиотека располагалась в старом здании с высокими окнами и скрипучим паркетом.
Валентина попросила доступ к интернету под предлогом поиска вакансий, мол, планирует сменить работу после переезда. За потёртым монитором она набрала: «Борис Туманов, инженер». Поисковик выдал несколько ссылок.
Первое — сайт института, где работал муж. На странице сотрудников улыбался знакомый человек в строгом костюме. Обычное фото для корпоративного сайта. Следующие ссылки вели на архивы местной газеты. Борис получал грамоты за добросовестный труд, участвовал в субботниках, поздравлял коллег с юбилеями. Самая «криминальная» запись датировалась прошлым годом: инженер Туманов Б. Н. организовал благотворительный сбор для детского дома.
Валентина откинулась на спинку стула. Никаких следов тёмного прошлого. Никаких намёков на опасность. Просто добросовестный работник. Таких — тысячи.
А что, если она поддалась панике? Что, если поверила первой встречной женщине и бросила мужа, который искренне переживает за её исчезновение? Но тогда откуда у Виктора столько информации о её квартире, и почему он так уверенно говорил о четырёх миллионах?
— Если я учитель, то должна уметь наблюдать, — пробормотала она себе под нос. — Сколько лет за учениками слежу, нарушения выявляю.
Решение созрело мгновенно. Сегодня вечером она проследит за Виктором.
В шесть вечера Валентина заняла позицию возле кафе «Уют».
«Виктор должен был приехать к семье», — так он сказал в последнем звонке. Она спряталась за рекламным щитом, откуда хорошо просматривался вход. Виктор появился точно по расписанию, но вместо кафе направился к дорогому ресторану «Европа» через дорогу.
Валентина растерялась: встреча в другом месте не была запланирована. Она осторожно пересекла улицу и заглянула в окно ресторана. За столиком у дальней стены сидел Виктор. Напротив него — женщина в элегантном платье цвета бордо, с профессиональной укладкой и дорогими украшениями.
Валентина присмотрелась внимательнее. Черты лица знакомые, но… Это была Инесса, та самая кассирша с заправки, которая якобы работала за прилавком и спасала несчастных женщин. Только сейчас никто бы не поверил, что эта дама когда-либо стояла за кассой.
Сердце забилось быстрее. Валентина подошла ближе к окну, прижалась к стеклу. Нужно услышать, о чём они говорят.
— Начинает сомневаться, слишком много вопросов задаёт, — донёсся голос Виктора.
— Тогда ускоряем, — отвечала Инесса, изящно разрезая стейк. — Квартира в центре, четыре миллиона чистыми. Неплохой куш за неделю работы.
— А если откажется подписывать документы на продажу?
Инесса пожала плечами:
— Тогда, как с Антониной Сергеевной и Марией Васильевной. «Несчастный случай». У нас отработанная схема.
Кровь застыла в жилах. Антонина Сергеевна — соседка с пятого этажа, которая полгода назад «уехала к родственникам в деревню». Мария Васильевна из соседнего подъезда «переехала к дочери в другой город». Валентина помнила, как удивлялась их внезапному отъезду. Обе жили одни, обе имели хорошие квартиры в центре.
— Нервничает, — продолжала Инесса. — Понятно. Первый раз не кого-то из бабок ведём, а учительницу. Но принцип тот же: довести до согласия на продажу, потом устранить свидетеля.
Валентина отшатнулась от окна, ноги подкосились, в ушах зазвенело. Антонина Сергеевна не уехала к родственникам. Мария Васильевна не переехала к дочери. Их убили ради квартир. А теперь очередь дошла до неё.
Нужно бежать. Немедленно.
продолжение