Я снова смотрела на телефон. Экран был пустым, никаких пропущенных, никаких сообщений. Положила его на стол и налила себе чай. Уже третью чашку за вечер. Пить не хотелось, просто надо было чем-то руки занять.
На часах восемь вечера. Обычно в это время я готовила ужин для всей семьи. Антон любил картошку с мясом, Лиза просила макароны с сыром, а младший Серёжка уплетал всё подряд, лишь бы побольше. Теперь я варила себе одной кашу или грела суп. На троих готовить расхотелось.
Прошло четыре месяца с тех пор, как квартира опустела. Антон уехал в Москву, устроился программистом в какую-то фирму. Лиза поступила в университет в Петербурге. Серёжа отправился учиться в Казань, сказал, что там лучшая строительная академия. Все разлетелись кто куда, а я осталась одна в нашей трёшке.
Когда они собирались, я помогала упаковывать вещи. Складывала в чемоданы свитера, носки, куртки. Антон обнимал меня и говорил, что буду звонить каждый день, обязательно. Лиза целовала в щёку и обещала присылать фотографии. Серёжа, самый младший, вообще плакал на вокзале, не хотел уезжать.
— Мам, я буду скучать. Позвоню, как приеду, — сказал он, махая рукой из окна поезда.
Первые недели они правда звонили. Антон рассказывал про работу, про коллег, про съёмную квартиру. Лиза делилась впечатлениями от университета, от нового города, от однокурсников. Серёжа жаловался на нагрузку, на строгих преподавателей, на общежитие. Я слушала, радовалась, что у них всё складывается.
Потом звонки стали реже. Раз в три дня, раз в неделю. Я понимала, что они заняты. Новая жизнь, новые знакомства, учёба, работа. Но всё равно обидно было. Ждёшь целый день, смотришь на телефон, а он молчит. Начинаешь сама звонить, а в ответ короткое: "Мам, я на паре, перезвоню." И не перезванивают.
Соседка Валентина Петровна зашла как-то на чай. Увидела, что я грустная, спросила, в чём дело. Я рассказала про детей, про то, что они обещали звонить каждый день, а теперь не отвечают неделями.
— Да все они такие, — махнула она рукой. — Мои тоже уехали давно. Первое время звонили, а потом забыли. Живут своей жизнью. Так устроено.
— Но я же их мать. Неужели нельзя раз в день позвонить, спросить, как дела?
— Можно, конечно. Только они молодые, им не до этого. У них своя жизнь началась.
Я понимала, что Валентина права. Но понимать умом и принимать сердцем — разные вещи. Мне было больно. Я растила их столько лет, отдавала им всё. Недосыпала, когда они болели. Сидела на трёх работах, чтобы на репетиторов хватало. Гладила рубашки для Антона, когда он на собеседования ездил. Шила Лизе платье для выпускного. Учила Серёжу математике до ночи.
А теперь они про меня забыли. Живут там, в своих городах, и им не нужна старая мать.
Я начала названивать им сама. Каждый день, по очереди. Антон отвечал редко, обычно сбрасывал и писал в сообщениях: "На работе, позже поговорим." Лиза брала трубку, но слышно было, что торопится, разговор длился минуты три. Серёжа вообще перестал отвечать, только иногда ставил сердечки на мои сообщения.
Подруга Нина посоветовала съездить к ним в гости. Мол, увидят тебя, обрадуются, и всё наладится.
— Поезжай к Антону, он же в Москве. Не так далеко. Погостишь недельку, отдохнёшь.
Я подумала и решила позвонить Антону, предупредить. Набрала номер, долгие гудки. Наконец он ответил.
— Мам, привет. Что-то случилось?
— Нет, ничего. Просто хотела поговорить. Как ты там?
— Нормально. Загружен очень, проект горит. Мам, я правда на созвоне, перезвоню вечером, ладно?
— Подожди, Антоша. Я хотела спросить... Может, я к тебе приеду? На несколько дней. Погощу, помогу по хозяйству.
Молчание. Потом он неуверенно сказал:
— Мам, ну знаешь, сейчас не очень удобно. У меня сосед по квартире, мы же вдвоём снимаем. Места мало. Да и я целыми днями на работе, тебе будет скучно одной.
— Я не буду мешать. Приготовлю, уберу...
— Мам, давай как-нибудь потом. Сейчас правда некогда. Мне пора, звонят. Целую.
Он повесил трубку. Я сидела и смотрела на телефон. Вот так. Даже в гости не приглашает. Значит, совсем не нужна.
Попробовала позвонить Лизе. Она тоже отказалась, сказала, что сессия на носу, ей не до гостей. Серёжа вообще не ответил.
Я легла на диван и заплакала. Так обидно было, так горько. Вырастила троих детей, всю себя отдала им. А они даже времени не могут найти, чтобы поговорить с матерью.
Проходили дни, недели. Я всё больше замыкалась в себе. Почти не выходила из дома. Готовила что-то простое, ела без аппетита. Телевизор смотрела целыми днями. Переключала каналы и не понимала, что там показывают.
Нина снова зашла, принесла пирожки. Села рядом, посмотрела на меня внимательно.
— Лен, ты так не можешь. Посмотри на себя. Совсем сдулась.
— А что мне делать? Дети меня бросили.
— Не бросили они тебя. Просто живут своей жизнью. Это нормально.
— Нормально? Забыть родную мать? Не отвечать на звонки?
— Они не забыли. Они молодые, им сейчас своя жизнь важнее. Потом придёт понимание, повзрослеют. А ты что, так и будешь сидеть дома, ждать, когда они позвонят?
Я промолчала. А что ещё делать? Вся моя жизнь была про детей. Двадцать пять лет я жила только ради них. А теперь они выросли, уехали, и я оказалась не нужна никому.
— Поехали завтра в бассейн, — предложила Нина. — Давно собирались, всё откладывали. Записались на аквааэробику.
— Не хочу никуда.
— А я не спрашиваю. Завтра в десять жду тебя у подъезда. Плавки не забудь.
На следующий день Нина действительно пришла и практически вытащила меня из квартиры. Мы поехали в бассейн. Вода была тёплой, приятной. Я давно не плавала, почти забыла, как это. Инструктор показывала упражнения, мы повторяли. Сначала было тяжело, потом втянулась.
После занятия мы сидели в кафе при бассейне, пили чай. Я чувствовала себя лучше, словно груз какой-то с плеч спал.
— Видишь, как хорошо, — сказала Нина. — Надо о себе думать, а не только о детях.
— Но они же мои дети. Как о них не думать?
— Думай, конечно. Только в меру. У тебя своя жизнь есть. Ты же не умерла после того, как они уехали.
Я задумалась. Правда, не умерла. Но почему-то чувствовала себя так, будто жизнь закончилась. Все эти годы я была мамой Антона, Лизы и Серёжи. А кто я сама по себе? Даже не знала.
Мы начали ходить в бассейн дважды в неделю. Потом Нина предложила записаться на курсы по рисованию. Я всегда любила рисовать, но забросила это ещё до рождения детей. Некогда было. Теперь времени хоть отбавляй.
На курсах я познакомилась с другими женщинами моего возраста. Мы рисовали натюрморты, пейзажи, делились впечатлениями. Одна рассказала, что тоже осталась одна после того, как дочь вышла замуж и уехала в другой город. Говорила, что первое время было очень тяжело, но потом научилась жить для себя.
— Знаете, я поняла одну вещь, — сказала она. — Мы всю жизнь отдаём детям, забывая о себе. А потом они вырастают и живут своей жизнью. И это правильно. Наша задача была вырастить их самостоятельными. Мы справились. А теперь пора заняться собой.
Её слова запали мне в душу. Действительно, я хотела, чтобы мои дети были самостоятельными, успешными, счастливыми. Они такими и стали. Антон нашёл работу, живёт в большом городе, строит карьеру. Лиза учится, общается с интересными людьми. Серёжа осваивает профессию. Это же хорошо, это то, чего я добивалась.
Так почему я обижаюсь на них? Потому что они не звонят каждый день? Но разве это так важно?
Я начала анализировать свои чувства. Поняла, что мне просто страшно было остаться одной. Всю жизнь я была нужна детям, а теперь они выросли, и я почувствовала себя ненужной. Но это же не их вина. Они просто живут своей жизнью. Как и положено молодым людям.
Как-то позвонила Лиза. Сама, без напоминаний. Голос у неё был взволнованный.
— Мам, привет! Как ты?
— Нормально, доченька. Как дела?
— Хорошо. Мам, извини, что давно не звонила. Сессия была, потом подрабатывать начала. Совсем времени не было.
— Ничего, я понимаю.
— Правда? Ты не обижаешься?
— Нет, Лизонька. Живи, учись, работай. Я рада, что у тебя всё хорошо.
— Мам, а что у тебя нового? Чем занимаешься?
И я рассказала ей про бассейн, про курсы рисования, про новых знакомых. Лиза слушала и удивлялась.
— Мам, это здорово! Я так рада, что ты нашла себе занятия. А то я переживала, что тебе одной скучно.
— Было скучно, не спорю. Но теперь нормально. У меня своя жизнь появилась.
После этого разговора мне стало совсем легко. Я поняла, что дети переживали за меня. Но видели, что я жалуюсь, звоню постоянно, требую внимания. И им было неловко, они не знали, как реагировать. А теперь, когда я сама изменилась, нам стало проще общаться.
Антон позвонил через несколько дней, спросил, как дела. Я рассказала про свои увлечения. Он обрадовался, сказал, что я молодец, что правильно делаю. Пригласил приехать в гости на майские праздники. Я согласилась.
Серёжа прислал длинное сообщение, извинялся за то, что редко выходит на связь. Писал, что учёба забирает все силы, но он справляется. Спросил, как моё здоровье, не нужна ли помощь. Я ответила, что всё прекрасно, что я горжусь им.
Мы наладили общение. Теперь звоним друг другу раз в неделю примерно. Иногда чаще, иногда реже. Но это нормально. Я не требую от них ежедневных звонков, не обижаюсь на занятость. У них своя жизнь, у меня своя. И это правильно.
Я поняла главное. Дети не должны быть центром моей вселенной всю жизнь. Я вырастила их, дала образование, воспитала хорошими людьми. Теперь моя задача — поддерживать их, но не цепляться за них. У меня есть своя жизнь, свои интересы, свои радости.
В прошлую субботу я нарисовала картину. Натюрморт с яблоками. Получилось красиво. Сфотографировала и отправила детям. Они прислали восторженные отзывы, Лиза даже попросила нарисовать ей что-нибудь на день рождения.
Сегодня иду в бассейн, потом на занятие. Вечером встречаемся с подругами, идём в театр. Телефон лежит в сумке, и я не проверяю его каждые пять минут. Если дети позвонят — хорошо, поговорим. Не позвонят — тоже нормально. Они знают, что я их люблю. И я знаю, что они любят меня.
Просто теперь мы все живём свои жизни. И в этом нет ничего плохого.
🔔 Чтобы не пропустить новые рассказы, просто подпишитесь на канал 💖
Самые обсуждаемые рассказы: