Несколько лет назад я делилась с друзьями о том, что узнала из подкаста с Анной Лемке об Опиоидном кризисе в США, и в ответ увидела сочувствующие взгляды друзей, которые сказали «это конечно из разряда теорий заговора». И я их понимаю, сложно поверить, что сама система здравоохранения повинна в опиоидной и даже героиновой зависимости у миллионов людей по всей стране.
Опиоидные обезболивающие работают через опиоидные рецепторы, и могут вызывать (и вызывают) быстрое привыкание, толерантность и зависимость. В РФ регуляция опиоидных медицинских средств строго регулируется, и их использование допускается в четко определенных случаях, оборот регламентирован. Но в США произошла совершенно невероятная история, рассказывая о ней я невольно вспоминаю, что в свое время и морфин и табачные изделия и даже алкоголь рекламировали как лекарство, и это звучит дико, правда? А опиоидный кризис куда хуже.
В 80х годах фарм компании убедили медицинское сообщество, ссылаясь на недостоверные источники (все же любят исследования, так вот) о том, что опиоидные обезболивающие средства совершенно безопасны и риск возникновения зависимости от них ничтожно мал. При этом активно продвигалась парадигма ‘активного лечения боли’. Боль - это пятый жизненно важный показатель, а лечить боль надо назначением опиоидов. Грубо говоря, доктора были под сильным давлением, и выписывали опиоиды даже при, допустим, головных болях или мышечных или других. Медицинское сообщество приняло идею о том, что боль нужно выявить и назначить опиоиды, а врачи, которые этого не делали, рисковали быть раскритикованными мед учреждения, коллегами и пациентами. Любого пациента, даже без жалоб на боль нужно было спрашивать, не испытывает ли он какую-либо боль, и если да, то нужно было назначить соответсвующие препараты. Маркетинг работал и на медицинское сообщество, и на пациентов.
Так в 80-90гг в США миллионам людей по сути выписывали наркотик, подвергая их очень высокому риску зависимости. Это были самые обычные живущие своей жизнью люди: домохозяйки, врачи, учители и так далее. И из-за быстро развивающейся толерантности некоторым людям было невозможно не увеличивать дозу, а потом и вовсе перейти к нелегальным опиоидам.
Сложно представить себе, что испытывает человек, который внезапно обнаружил, что не может жить без медикаментов, что не может смириться, что курс окончен, что прошлые дозировки не работают. Об этом стыдно делиться, зависимые люди часто оказываются в изоляции даже находясь в обществе близких людей.
Но самый большой сдвиг произошел в 2000х, когда невозможно стало закрывать глаза на происходящее, начались резкие ограничения назначения опиоидов, что вынудило сильно зависимых искать опиоиды нелегально, в том числе переходить на героин и прочие уже еще более опасные вещества.
Поэтому когда вы видите разлетевшиеся по всему интернету кадры улиц, переполненных зависимыми людьми, выглядящими и ведущими себя как зомби, знайте, что вклад а это внесли фармацевтические компании, которые (внимание) признали свою вину в суде ближе к 2020. Это были компании Purdue Pharma, Jonson & Jonson, Teva Pharmaceuticals и другие, были реальные суды, и можно найти много информации по этим делам.
Я буду только рада, если вы сделаете факт чекинг этой истории, и будете помнить, что бизнес есть бизнес, и продавать то, что вызывает привыкание - выгодно.