Я сидела на кухне и смотрела в окно. Дождь барабанил по подоконнику, а я машинально мешала остывший чай. Телефон завибрировал, и на экране высветилось сообщение от незнакомого номера.
«Алина, мне очень жаль. Я должна была тебе рассказать раньше».
Я нахмурилась. Кто это? Открыла сообщение полностью.
«Это Ксюша. Подруга Игоря. Вернее, бывшая. Он всё тебе рассказал про нас?»
Сердце ухнуло вниз. Игорь. Мой Игорь, с которым мы три года строили планы, копили на квартиру, мечтали о свадьбе. Тот самый Игорь, который неделю назад сказал, что ему нужно время подумать, и съехал к другу.
«Что ты имеешь в виду?» — я быстро набрала ответ.
«Встретимся? Мне есть что тебе сказать. Кофейня на Садовой, знаешь такую?»
Я знала. Мы с Игорем там часто сидели по выходным. Странно, что она выбрала именно это место.
Через полчаса я уже заходила в знакомую дверь. Ксюшу я узнала сразу. Высокая, рыжая, с ярким маникюром. Она сидела у окна и нервно теребила салфетку.
— Садись, пожалуйста, — она указала на стул напротив.
Я села, сжав сумку в руках.
— Давай сразу. Что происходит?
Ксюша вздохнула и отвела взгляд.
— Игорь сказал тебе, что уходит?
— Сказал, что ему нужно время подумать. А теперь ты мне объяснишь, при чём тут ты?
— При том, что он ушёл ко мне. Вернее, думал, что ушёл.
Я почувствовала, как всё внутри сжалось. Одно дело подозревать, другое — услышать вслух.
— Я не знала, что у него есть девушка, — быстро заговорила Ксюша. — Мы познакомились два месяца назад на каком-то корпоративе. Он был обаятельный, внимательный. Говорил, что живёт один, что недавно расстался. Я поверила.
— И что дальше?
— Неделю назад он приехал ко мне с сумками. Сказал, что всё, теперь мы вместе. Я обрадовалась, как дура. Мы отмечали, пили вино. А потом он заснул, и я увидела сообщение на его телефоне. От тебя. Ты писала что-то про совместный счёт в банке.
Я сглотнула. Да, писала. Спрашивала, надо ли переводить деньги на другую карту или он сам заберёт свою часть.
— Утром я устроила ему сцену. Он сначала отпирался, потом признался. Сказал, что да, есть девушка, но он уже всё решил, он со мной. Что ты сама всё поймёшь и отпустишь его.
— Какая наглость, — я сжала кулаки.
— Я его выгнала. Сказала, чтобы убирался и больше не звонил. Он ушёл, хлопнул дверью. Сказал, что я пожалею.
Ксюша замолчала, уставившись в свою чашку. Я ждала.
— А вчера он снова появился. С цветами, извинениями. Говорил, что всё обдумал, что это я, только я. Что он продаст свою машину, мы снимем квартиру, начнём всё с чистого листа.
— И ты согласилась?
Она усмехнулась.
— Нет. Но вид сделала, что согласилась. Хотела посмотреть, на что он способен. И знаешь, он действительно оформил доверенность на продажу машины. На моё имя. Сказал, что это доказательство его серьёзности.
Я растерянно моргнула. Игорь обожал свою машину. Чёрный седан, которым гордился больше, чем мной, кажется. Протирал каждую царапину, менял масло по расписанию, ездил на мойку дважды в неделю.
— И что ты сделала?
Ксюша подняла на меня глаза, и я увидела в них странный блеск.
— Продала. Вернее, не продала, а уехала на ней. Вместе с его картой, которую он мне дал, чтобы я могла снимать деньги на наши нужды.
Я опешила.
— То есть ты...
— Именно. Я сейчас в соседнем городе, у сестры. Машину оставила на платной парковке, карту заблокировала после того, как сняла всё, что на ней было. Около двухсот тысяч. Это были ваши общие накопления?
Я кивнула, не в силах вымолвить слово. Двести тысяч. Мы копили их полтора года. Я отказывала себе в новой одежде, в отпуске, в походах в рестораны.
— Почему ты мне это рассказываешь?
— Потому что он сейчас разрывает мне телефон звонками. Пишет, что подаст в суд, что я пожалею, что найдёт меня. А ещё он думает, что я уехала в Сочи. Я специально сказала, что у меня там подруга.
— И зачем мне эта информация?
Ксюша достала из сумки ключи от машины и положила их на стол.
— Забери машину. Она на парковке у торгового центра на проспекте Мира. Третий этаж, место сто двенадцать. Я не хочу с ней связываться. А деньги... деньги я не верну. Это моя компенсация за моральный ущерб. Думаю, ты поймёшь.
Я смотрела на ключи, не зная, что сказать.
— А как же доверенность? Машина же оформлена...
— Доверенность я порвала. Она у меня дома осталась. Так что формально я её не продавала и не присваивала. Просто взяла покататься.
— Это безумие, — выдохнула я.
— Возможно. Но он заслужил. Вы оба заслужили правду.
Ксюша встала, накинула куртку.
— Мне пора. Сестра ждёт. Алина, мне правда жаль. Я не хотела разрушать чужие отношения.
— Ты их не разрушала, — тихо сказала я. — Это сделал он.
Она кивнула и вышла, оставив меня наедине с ключами и остывшим кофе.
Я сидела ещё минут двадцать, пытаясь переварить услышанное. Игорь изменил мне. Игорь соврал и ей, и мне. Игорь потерял машину и деньги из-за собственной жадности и глупости.
Телефон снова завибрировал. На этот раз звонил он.
— Алина, слушай, мне нужна твоя помощь, — голос был встревоженный, сбивчивый.
— Какая помощь?
— Эта сумасшедшая угнала мою машину! Ты представляешь? Я доверился ей, а она взяла и уехала! С моими деньгами!
— С нашими деньгами, — поправила я.
— Да, с нашими. Слушай, мне нужно подать заявление в полицию, но мне нужны свидетели, что я не добровольно передавал ей доступ к карте. Ты поможешь? Ну, скажешь, что я никогда не давал согласия?
Я усмехнулась.
— Игорь, а ты мне расскажешь, почему твоя машина понадобилась Ксюше? И почему у неё вообще была твоя карта?
Молчание. Долгое, тягучее молчание.
— Это не то, что ты думаешь.
— А что я думаю?
— Ну... она просто знакомая. Мы виделись пару раз, но ничего серьёзного.
— Пару раз? Игорь, она мне всё рассказала. Про то, как ты к ней съехал. Про доверенность. Про ваши планы на будущее.
Снова молчание.
— Алина, я могу всё объяснить.
— Не надо. Я не хочу слушать твои объяснения. Хочешь машину? Она на парковке у торгового центра на проспекте Мира. Третий этаж, место сто двенадцать. Поезжай, забери.
— Как она там оказалась?
— Ксюша оставила. Вместе с ключами.
— А деньги?
— Деньги она оставила себе. Считай, это плата за твою честность.
— Какого...
Я сбросила звонок и заблокировала его номер. Руки дрожали, внутри всё кипело, но одновременно я чувствовала странное облегчение.
Вечером я приехала на ту парковку. Нашла его машину — чистую, отполированную, как всегда. Села внутрь, положила руки на руль. Пахло его одеколоном.
Я достала телефон и позвонила подруге Марине.
— Слушай, тут такая история приключилась...
Рассказала ей всё от начала до конца. Марина слушала молча, а потом расхохоталась.
— Ну он и попал! А ты что теперь делать будешь?
— Не знаю. Наверное, верну ему машину. Не моя же она.
— А можно я тебе кое-что предложу?
— Давай.
— Продай её. По настоящему. Деньги раздели пополам, свою часть забери, его положи на депозит на его имя или как-нибудь верни официально. Пусть получит урок.
Я задумалась. Идея была безумной, но в ней был смысл.
— Марин, это незаконно.
— У тебя есть доверенность?
— Нет.
— Значит, не получится. Ладно, забудь. Просто оставь ключи в машине и уходи. Пусть сам разбирается.
Но я не ушла. Я завела двигатель и поехала. Просто поехала, никуда не целясь. По ночному городу, мимо светящихся витрин, мимо редких прохожих.
Я включила музыку погромче и вдруг поймала себя на мысли, что улыбаюсь. Впервые за эту неделю. Игорь потерял меня, потерял Ксюшу, потерял деньги. А я потеряла только его. И, кажется, это было лучшее, что могло случиться.
Утром я вернула машину на парковку, оставила ключи под ковриком и отправила Игорю смс с разблокированного номера подруги.
«Машина там, где и была. Ключи под ковриком. Счастливо оставаться».
Он прислал целую серию сообщений, но я их не читала.
А через три дня на пороге появилась Ксюша. С пакетом в руках и виноватым выражением лица.
— Можно войти?
Я пропустила её, недоумевая.
— Я вернула половину, — она протянула мне конверт. — Это твоя доля. Сто тысяч. Остальное я уже потратила, но я верну. Честное слово.
Я взяла конверт, ошарашенная.
— Зачем?
— Потому что ты не виновата в том, что он урод. И потому что мне стыдно. Я погорячилась. Да, он заслужил наказания, но ты-то при чём?
Ксюша села на диван, устало потерев лицо.
— Знаешь, я думала, что проучила его. А сама стала такой же. Взяла чужое, пусть и в отместку.
— Садись, — я поставила чайник. — Расскажешь, как там в соседнем городе?
Она улыбнулась.
— Скучно. Сестра всё время пилит, что я дура. Может, она права.
Мы просидели весь вечер, разговаривая. О мужчинах, о доверии, о том, как сложно начинать всё заново. Оказалось, у нас много общего. Слишком много.
Игорь больше не звонил. А я открыла новый счёт в банке, положила туда свои сто тысяч и записалась на курсы, о которых мечтала давно. По дизайну интерьеров.
Ксюша устроилась на новую работу и начала возвращать остаток долга по частям. Мы стали встречаться иногда, пить кофе, смеяться над тем, какими наивными были.
А его машина так и стояла на той парковке ещё неделю. Потом её эвакуировали на штрафстоянку. Марина показала мне объявление, которое он разместил в соцсетях. «Ищу свидетелей угона автомобиля. Вознаграждение гарантирую».
Я усмехнулась и закрыла страницу. Его проблемы больше не были моими. И это было прекрасно.