В этой истории описываются реальные события, произошедшие недавно в нашем городе. Все имена изменены, любые совпадения случайны.
Я узнала о его измене от соседки. Мария Ивановна позвонила мне на работу и сказала, что видела Романа с какой-то девушкой возле нашего подъезда. Они целовались, потом сели в машину и уехали.
— Наденька, я не хотела лезть не в своё дело, но ты же хорошая девочка. Должна знать правду.
— Спасибо, Мария Ивановна. Спасибо за честность.
Я положила трубку и сидела, глядя в одну точку. Роман изменяет. Мой муж, с которым мы прожили шесть лет, с которым строили планы, мечтали о детях.
Вечером я не стала устраивать скандал. Встретила его как обычно, спросила про день, накормила ужином. Он был весёлый, рассказывал какие-то истории с работы. Я слушала и думала о своём.
На следующий день наняла частного детектива. Дала ему фотографию Романа, описала его распорядок дня. Детектив, Сергей Владимирович, кивнул.
— Понятно. Слежка и фотофиксация. Через неделю будет отчёт.
Через неделю я получила папку с фотографиями и подробным отчётом. Роман встречался с девушкой по имени Алла, работала она администратором в фитнес-клубе. Встречались они три раза в неделю, ходили в кафе, ездили к ней домой. На фотографиях они обнимались, целовались. Одна из фотографий показывала, как они заходят в её подъезд.
Я смотрела на эти снимки и чувствовала, как внутри растёт холодная ярость. Не истерика, не слёзы. Просто ледяная решимость.
Позвонила подруге Свете, рассказала всё.
— Светик, мне нужна твоя помощь. И помощь твоего брата с грузовиком.
— Надюш, что задумала?
— Роман проводит у неё ночи по пятницам. Говорит, что задерживается на работе, а сам ночует у любовницы. В эту пятницу он тоже там будет. А я хочу вывезти всё из квартиры.
— Всё?
— Абсолютно всё. Мебель, технику, посуду. Всё, что можно забрать.
— А квартира чья?
— Моя. Досталась от бабушки по наследству. Он только прописан. Права собственности не имеет.
— Тогда вперёд! Мой брат поможет. У него грузовик и два приятеля-грузчика.
Мы начали готовиться. Я составила список всех вещей, которые надо вывезти. Нашла через знакомых склад, где можно временно всё хранить. Сняла маленькую квартиру-студию, куда перееду после операции.
В пятницу вечером Роман, как обычно, сказал:
— Надюш, я сегодня задержусь на работе. Проект горит, надо доделать. Вернусь, скорее всего, завтра утром.
— Хорошо, дорогой. Не перетруждайся.
Он ушёл. Я дождалась, когда он отъедет подальше, позвонила детективу.
— Сергей Владимирович, проследите за ним. Подтвердите, что он поехал к любовнице.
Через час пришло сообщение: "Объект прибыл по адресу любовницы. Поднялся в квартиру."
Я позвонила Свете.
— Начинаем.
Света приехала с братом Денисом и двумя грузчиками. Мы начали выносить вещи. Работали быстро, слаженно. Мебель, телевизор, холодильник, стиральную машину. Посуду, одежду, книги. Даже ковры сняли.
— Надь, а люстры снимать? — спросил Денис.
— Снимайте. Всё, что можно открутить.
За четыре часа квартира опустела. Остались только голые стены и вещи Романа в одном чемодане, который я аккуратно поставила посреди пустой комнаты.
Последним делом я пошла в банк и сняла все деньги с совместного счёта. Триста тысяч рублей, наши накопления за три года. По закону половина моя, половина его. Но он потратил семейные деньги на любовницу, водил её по ресторанам. Значит, я имею право взять всё.
Переночевала я в новой квартире-студии. Легла на надувной матрас, укрылась пледом. Спала спокойно, как давно не спала.
Утром позвонил Роман. Голос истеричный.
— Надя! Что ты сделала?! Где вся мебель?! Где вещи?!
— Вывезла. Квартира моя, имею право.
— Ты с ума сошла?! Это наш общий дом!
— Нет, Роман. Это мой дом. Ты в нём только жил. Бесплатно, между прочим.
— Верни всё немедленно!
— Нет. И деньги со счёта я тоже забрала. Считай это компенсацией за моральный ущерб.
— Какой ущерб?! О чём ты говоришь?!
— О том, что ты изменял мне с Аллой из фитнес-клуба. Три месяца водил её по ресторанам на наши общие деньги. А по пятницам ночевал у неё, врал мне про работу.
Тишина. Потом он выдохнул:
— Откуда ты знаешь?
— Неважно. Важно, что знаю. Собирай свой чемодан и уходи. Ключи оставь на лестничной площадке.
— Надя, подожди! Давай поговорим!
— Не о чем. Всё сказано. Прощай, Роман.
Повесила трубку. Он звонил ещё раз двадцать. Я не отвечала.
Вечером пришла Света с бутылкой вина.
— Ну что, отметим твою свободу?
— Отметим.
Мы пили вино, смеялись. Света рассказывала, как они вывозили мебель, как соседи смотрели с удивлением.
— Мария Ивановна вышла, спросила, что происходит. Я говорю: Надя разводится, вывозит своё имущество. Она так обрадовалась! Говорит: правильно, девочка, нечего терпеть изменника!
— Мария Ивановна золотая. Она мне первая про измену сказала.
— Повезло тебе с соседкой.
Мы ещё поболтали, потом Света ушла. Я легла спать, чувствуя удовлетворение. Всё прошло по плану.
Роман пытался достучаться до меня через общих знакомых. Его мама звонила, плакала, просила дать ему второй шанс.
— Надюша, ну он же раскаивается! Обещает, что больше никогда!
— Галина Петровна, но я не могу простить то, что он сделал. Он не просто изменил. Он врал мне три месяца, тратил наши деньги на другую женщину. Это не ошибка, это осознанный выбор.
— Но вы же шесть лет вместе!
— Были вместе. Теперь нет.
Она всхлипывала в трубку. Мне было жаль её, но не настолько, чтобы вернуться к сыну.
Роман подал в суд, требуя половину стоимости вывезенного имущества. Я наняла адвоката. Юлия Викторовна изучила документы и сказала:
— У нас сильная позиция. Квартира ваша, имущество куплено на ваши деньги в основном. Плюс у нас есть доказательства его измены и трат семейных средств на любовницу.
— Как это поможет?
— Суд может учесть эти обстоятельства при разделе. Расточительство одного из супругов даёт право требовать большую долю второму.
Суд длился три месяца. Роман требовал половину от всего, настаивал, что вкладывался в семью наравне со мной. Юлия Викторовна представила доказательства: выписки со счетов показывали, что основной доход был мой. Детектив дал показания об измене. Квитанции из ресторанов доказывали траты на любовницу.
Судья внимательно изучила всё и вынесла решение: учитывая, что квартира является личной собственностью истицы, полученной по наследству, а также принимая во внимание растрату ответчиком семейных средств, суд присуждает истице восемьдесят процентов совместно нажитого имущества.
Роман вышел из зала суда бледный.
— Ты всё подстроила. Специально меня подставила.
— Я ничего не подстраивала. Просто собрала факты и представила их суду. Ты сам виноват во всём.
— Из-за тебя я остался ни с чем!
— Из-за меня? Роман, ты изменял мне. Врал. Тратил наши деньги на другую женщину. Это твой выбор. Теперь расплачивайся.
Он хотел что-то сказать, но развернулся и ушёл.
Я вернула мебель в квартиру. Сделала ремонт, обновила всё. Квартира стала другой, свежей, без воспоминаний о Романе.
Через полгода встретила его случайно в торговом центре. Он был один, выглядел уставшим.
— Привет, Надя.
— Привет.
— Как жизнь?
— Отлично. Живу одна, наслаждаюсь свободой.
— А у меня не очень. Снимаю комнату, денег едва хватает. С Аллой расстались, она оказалась не такой, как я думал.
— Жаль.
— Надя, может, мы сможем попробовать ещё раз? Я понял свою ошибку.
Я посмотрела на него внимательно. Жалкий, потерянный. Хотел вернуться не ко мне, а к комфорту, который я давала.
— Нет, Роман. Ты сделал выбор, когда предпочёл её мне. Когда врал, изменял, тратил наши деньги. Теперь живи с последствиями.
— Ты жестокая.
— Нет. Я справедливая. Ты получил то, что заслужил.
Ушла, оставив его стоять посреди торгового зала.
Прошёл год. Я живу одна в своей квартире. Работаю, встречаюсь с подругами, хожу в театр. Встречаюсь иногда с мужчинами, но замуж не спешу. Нравится мне моя свобода.
Квартира уютная, светлая. Мебель красивая. Деньги на счету. Никто не врёт, не изменяет, не предаёт.
Когда он спал у неё, я вывезла всё из нашей квартиры, включая счёт. Жестоко? Может быть. Но справедливо. Он хотел две жизни — с женой и с любовницей. Получил ноль жизней. Остался ни с чем.
А я получила свободу, деньги и квартиру без плохих воспоминаний. Победила? Определённо.
Иногда подруги спрашивают, не жалею ли я. Отвечаю честно: ни секунды. Жалею только о потраченных шести годах. Но это урок. Теперь знаю, что нельзя позволять использовать себя. Что надо ценить себя настолько, чтобы не терпеть предательство.
Роман хотел и волков накормить, и овец сберечь. Не получилось. Потерял всё. И правильно. Предатели должны получать по заслугам. Иначе они никогда не поймут, что натворили.
А я начала новую жизнь. Без лжи, без измен, без использования. Просто моя жизнь. И она прекрасна.