В пантеоне русских исторических личностей Александр Данилович Меншиков занимает почетное место где-то между былинным богатырем и великим комбинатором. Человек-оркестр, «мин херц», правая, левая и, возможно, еще какая-то рука Петра Великого. Он был единственным, кто мог не только выдержать темп царя-реформатора, но и, скажем так, монетизировать его бешеную энергию.
История Меншикова — это классический сюжет «из грязи в князи», только умноженный на русский размах и петровскую дубинку. Начинал он, как гласит легенда (которую историки то опровергают, то подтверждают), с торговли пирогами на московских улицах. А закончил генералиссимусом, светлейшим князем и обладателем состояния, которому позавидовали бы многие современные участники списка Forbes.
Но самый интересный вопрос — не как он заработал, а куда всё это делось. Ведь когда «полудержавный властелин» (как метко окрестил его Пушкин) отправился в свой последний путь в сибирскую глушь, оказалось, что его карманы пусты, а где-то в европейских банках лежат миллионы, до которых русская казна не может дотянуться.
«Вороватая рука» императора
Петр I был человеком без иллюзий. Когда ушел из жизни его наставник Франц Лефорт, царь с горечью бросил: «Осталась у меня одна рука, да и та вороватая». Он имел в виду Алексашку. Петр прекрасно знал, что его любимец путает свой карман с государственным. Он учил его уму-разуму самыми жесткими методами, штрафовал, грозился суровыми карами, но... прощал. Почему?
Да потому что Меншиков был эффективен. Если нужно было построить флот за полгода, возвести дворец на болоте или выиграть битву, пока царь занят другим делом, — звали Данилыча. Он брал свое, но делал. Это был уникальный симбиоз: царь генерировал идеи, а Меншиков претворял их в жизнь, отпиливая (пардон, удерживая) свой процент за менеджмент.
Олигарх барокко
К вершине своей карьеры Меншиков стал не просто богатым. Он стал неприлично, вызывающе богатым. У него было 100 тысяч крепостных душ (это население целого города). Ему принадлежали города Батурин, Почеп, Ямбург, Копорье, Раненбург. Он владел заводами, солеварнями и промыслами.
Его страсть к роскоши была легендарной. Меншиков первым в России надел парик (еще до того, как это стало мейнстримом) и завел моду на голландскую плитку. В его петербургском дворце было семь винных погребов и водопровод. Пуговицы на его камзолах стоили дороже, чем деревня в средней полосе. Он любил, чтобы все блестело, сверкало и кричало о том, что хозяин жизни здесь — он.
При этом Меншиков был пионером того, что сейчас назвали бы «государственно-частным партнерством». Он брал подряды на поставку провианта в армию, торговал икрой и лесом, строил корабли. Граница между казной и кошельком светлейшего князя была настолько прозрачной, что ее, по сути, не существовало.
Падение титана
Но, как говорится, сколько веревочке ни виться... После ухода Петра Меншиков фактически правил страной при Екатерине I. Казалось, он схватил удачу за хвост. Он даже провернул гениальную комбинацию: обручил свою дочь Марию с юным императором Петром II. Еще немного — и вчерашний торговец пирогами стал бы тестем царя и дедом будущего императора.
Но тут система дала сбой. Меншиков заболел, потерял хватку, а его враги (клан Долгоруких) времени не теряли. Они нашептали мальчику-царю, что Меншиков — злой узурпатор, который его тиранит.
В сентябре 1727 года все рухнуло. Меншикова арестовали, лишили всех чинов, наград и имущества.
Опись конфискованного читается как сказка «Тысяча и одна ночь». У него изъяли:
- 4 миллиона рублей наличными (годовой бюджет России тогда составлял около 8 миллионов).
- Пуд золото-бриллиантовых изделий.
- Тонны серебряной посуды (буквально тонны!).
- Все имения и крепостных.
Семью Меншикова отправили в ссылку — сначала в Раненбург, а потом и дальше, в знаменитый Березов. По легенде, когда обоз бывшего генералиссимуса выезжал из столицы, Меншиков посмотрел на свои лохмотья и философски заметил: «С простой жизни начинал, простой и закончу».
Тайна заграничных счетов
Но самое интересное началось потом. Русские следователи, перетряхивая бумаги князя, наткнулись на переписку с иностранными банкирами. Оказалось, что дальновидный Александр Данилович не хранил все яйца в одной корзине.
Крупные суммы были выведены за границу и лежали на депозитах в банках Лондона, Амстердама и Венеции.
Сколько там было? Историки спорят до сих пор. Кто-то говорит о пяти миллионах, кто-то о девяти. Более осторожные оценки, основанные на мемуарах современника Гийома Вильбуа, называют сумму от 500 тысяч до миллиона рублей. Но даже полмиллиона — это колоссальные деньги. Для сравнения: Россия выкупила у Швеции Прибалтику по Ништадтскому миру за 1,3 миллиона. То есть в заначке у Меншикова лежала половина стоимости Эстонии и Латвии.
Императрица Анна Иоанновна (которая пришла к власти после кончины Петра II) очень хотела получить эти деньги. Русские дипломаты стучались в двери европейских банков с требованием: «Верните выведенные средства! Это деньги государственного преступника!».
Но европейские банкиры показали себя людьми принципиальными (или просто не хотели расставаться с капиталом). Они ответили в духе: «Ничего не знаем. Вкладчик — господин Меншиков. Отдадим только ему или его законным наследникам. А ваши конфискации нас не касаются».
Это был тупик. Деньги есть, но взять их нельзя.
Операция «Свадьба»
Однако при русском дворе всегда умели находить нестандартные решения. Фаворит императрицы Эрнст Иоганн Бирон придумал схему, достойную голливудского фильма про аферистов.
К тому моменту сам Александр Данилович и его старшая дочь уже завершили свой земной путь в сибирской глуши. Но остались двое детей: сын Александр и дочь Александра. Они были в ссылке, бесправные и нищие.
Бирон предложил сделку: свобода в обмен на деньги.
План был такой:
- Детей Меншикова возвращают из ссылки.
- Младший брат Бирона, Густав, женится на Александре Меншиковой.
- Сын Меншикова (как глава рода) пишет письмо в банки с просьбой перевести деньги в Россию.
- Деньги делятся «по справедливости».
В 1731 году детей «полудержавного властелина» вернули в Петербург. Им даже отдали кое-что из родительского имущества — медную посуду, постельное белье.
Свадьбу Александры и Густава Бирона сыграли с помпой. Это был брак по расчету в чистом виде, но для дочери ссыльного это был билет в высший свет.
Схема сработала. Банкиры, получив подтверждение от наследников, разблокировали счета. Деньги потекли в Россию.
Как их поделили?
По данным того же Вильбуа:
- Около 500 тысяч рублей оставили наследникам (в основном, они пошли в качестве приданого Александре, то есть фактически перетекли в карман клана Биронов).
- Сыну Меншикова дали чин штабс-капитана гвардии и какое-то жалование.
- Остальное (по слухам, еще несколько миллионов) растворилось в карманах Бирона и, возможно, частично попало в казну.
Итог
История Александра Меншикова — это идеальная иллюстрация русской жизни XVIII века. Человек невероятного таланта и столь же невероятной жадности. Он построил половину Петербурга и присвоил вторую половину. Он был верен Петру до конца, но не мог пройти мимо плохо лежащего рубля.
А его «офшорные» капиталы в итоге вернулись на родину. Правда, пошли они не на строительство дорог или школ, а на обогащение новых фаворитов — Биронов. Как говорится, свято место пусто не бывает, и на смену одному «мин херцу» всегда приходит другой.
Но стоит признать: масштаб личности был таков, что даже присваивал Меншиков с каким-то государственным величием. И когда мы гуляем по Петербургу и смотрим на Меншиковский дворец, мы понимаем: да, брал не по чину. Но ведь и оставил после себя не только счета в банках, но и красоту, которая пережила и его, и его врагов, и саму империю.
Понравилось - поставь лайк и напиши комментарий! Это поможет продвижению статьи!
Также вас могут заинтересовать эти подробные статьи-лонгриды:
Времена меча и топора: военная драма Древней Руси от Калки до Куликова поля
Мормонские войны. Акт первый: американский пророк
Оформив подписку на премиум вы получите доступ ко всем статьям сразу и поддержите мой канал!
Поддержать автора и посодействовать покупке нового компьютера