Веками все вокруг повторяют одну и ту же «истину», кивают, строят на ней целые теории, а потом приходит один какой-то чудак, всех перепроверил и заявляет: «Ребята, вы все неправы. Всё работает не так».
Примерно это и сделал Уильям Гарвей со своей книжкой в 1628 году. Это не просто научный трактат. Это детектив, разбор анатомического мифа и торжество здравого смысла над авторитетом. Заголовок длинный и занудный, но суть - взрывная.
Итак, что все «знали» до Гарвея? Почти две тысячи лет мир медицины спал крепким сном под баюкающий голос Галена - античного гуру. Его теория была… красочной. Согласно ей, кровь в теле не циркулирует, а скорее, «приливает и отливает» в двух независимых системах.
Венозная кровь (темная) рождается в печени и, как питательный сок, растекается по телу, где органы его «съедают».
Артериальная кровь (яркая) создается в сердце из воздуха из легких и какой-то «пневмы» (духовной субстанции). Она нужна для жизненной силы.
Сердце, по мнению многих, было не насосом, а скорее печкой, которая подогревает эту всю смесь. Дырочки в сердечной перегородке (которых на самом деле нет!) должны были пропускать кровь из одной половины в другую. Красиво, логично… и полностью выдумано.
Как Гарвей всех раскусил: метод «Посчитай-ка!» Гарвей не был кабинетным теоретиком. Он был патологоанатомом, хирургом и, что главное, экспериментатором. Он взял и посчитал. Это гениально в своей простоте.
Он измерил, сколько крови содержит желудочек сердца овцы. Вышло около 2 унций. Затем прикинул частоту сердечных сокращений. Даже за минуту через сердце прокачивается объем, в разы превышающий вес всего животного! Печень просто физически не успевала бы приготовить столько крови, а тело - поглотить её. Старая модель рассыпалась как карточный домик.
Вывод был неизбежен: кровь не расходуется, а движется по кругу. Она возвращается.
Три кита его революции:
Сердце - это насос, а не духовный камин. Гарвей тщательно описал, как оно сокращается, выталкивая кровь в сосуды. Не всасывает, не подогревает - именно качает. Механика вместо мистики.
Большой круг: артерии и вены - части одной системы. Кровь выталкивается из левого желудочка в аорту, растекается по артериям по всему телу, а затем… а затем возвращается по венам обратно к сердцу. Вот это был самый трудный кусок. Как она возвращается?
Здесь Гарвей сделал гениальное допущение. Мельчайшие сосуды - капилляры - он разглядеть не мог (микроскопов не было), но он предсказал их существование. Он логически доказал, что между артериями и венами должна быть связь - «поры» в тканях. Позже, уже после его смерти, капилляры откроют, и он окажется прав. А пока что он показал, что вены имеют клапаны, которые пропускают кровь только в одном направлении - к сердцу. Попробуй провести пальцем по вене на руке - увидишь, как эти клапаны работают. Гарвей заставлял студентов делать этот опыт.
Что все это перевернуло? Представь: до Гарвея кровопускание было универсальным лечением. Болит голова? Спустим «дурную кровь». Температура? Тем более. Но если кровь не «портится» в органах, а циркулирует, то смысл в этом barbaric practice (варварской практике) теряется. Гарвей косвенно поставил под сомнение половину средневековой медицины.
Он перевел физиологию из разряда философских умозрений в область точного знания, основанного на измерении, эксперименте и наблюдении. Он, по сути, запустил научный метод в биологии.
Книгу встретили в штыки. Его осмеивали, карьера пошатнулась. Авторитет Галена был слишком силен. Но Гарвей был упрям и методичен. Он не кричал, а копил доказательства, ставил наглядные опыты (например, пережимая артерии и вены, он показывал, с какой стороны будет набухать сосуд).
Мораль этой истории проста и актуальна до сих пор: не верь авторитетам слепо. Сомневайся, считай, щупай, проверяй. Иногда, чтобы совершить революцию, нужно не гениальное озарение, а просто здравый смысл, упрямство и готовность поверить глазам, а не учебнику.
ОТКРЫТ НАБОР НА КУРС "СЦЕНАРИЙ ПОЛНОМЕТРАЖНОГО ФИЛЬМА"
СЛЕДУЙТЕ ЗА БЕЛЫМ КРОЛИКОМ!
Ваш
Молчанов