Представьте себе 1989 год. Советский Союз, этот гигантский ледокол, уже получил пробоину ниже ватерлинии и медленно, но верно кренится на бок. В магазинах — шаром покати, в головах — каша, а по телевизору все еще рассказывают про надои и социалистические обязательства, хотя никто в это уже не верит. КПСС, этот монолит, казавшийся вечным, начинает крошиться, как старый бетон.
И вот в этой серой, тревожной и полной смутных ожиданий атмосфере вдруг, как чертик из табакерки, выскакивает нечто совершенно новое. Нечто яркое, громкое, скандальное и абсолютно живое. 13 декабря 1989 года в одной московской квартире собралась дюжина интеллигентных людей, чтобы создать то, чего в СССР не было семьдесят лет — легальную оппозиционную партию.
Так родилась ЛДПСС — Либерально-демократическая партия Советского Союза. Партия, над которой сначала смеялись, потом боялись, а потом привыкли считать неотъемлемой частью российского политического пейзажа. И у руля этой шхуны, готовой к плаванию по бурным водам демократии, встал человек, чье имя вскоре узнает каждая собака от Калининграда до Владивостока — Владимир Вольфович Жириновский.
Эта история не про сухие протоколы и скучные съезды. Это сага о политическом чутье, невероятной харизме и умении поймать ветер перемен, когда остальные только мочили пальцы, чтобы понять, откуда дует.
Квартирный вопрос и рождение легенды
Все великие дела в России, как известно, начинаются на кухнях. ЛДПСС не стала исключением. Инициативная группа начала складываться еще летом 89-го. Главным мотором на первых порах был Владимир Богачев — человек деятельный, ищущий, успевший побывать в «Демсоюзе» и разочароваться в радикалах. Ему хотелось чего-то более конструктивного, более системного.
Осенью к этой компании присоединился Владимир Жириновский. На тот момент он был юристом издательства «Мир», человеком с богатой биографией и, что важнее, с готовой политической программой. Еще в 1988 году он написал «Программу Социал-демократической партии России».
13 декабря 1989 года на квартире у Богачева состоялось то самое историческое собрание. Присутствовало всего 13 человек. Число, казалось бы, несчастливое, но для Жириновского оно стало стартовым капиталом. Именно там было принято судьбоносное решение: сменить вывеску. Слово «социал-» в названии заменили на «либерально-».
Почему? Да потому что социализма вокруг и так было навалом, народ от него устал. А «либерализм» звучал свежо, по-западному, с намеком на свободу и колбасу в магазинах. Это был гениальный маркетинговый ход. Партия сразу застолбила за собой нишу, которая была пуста.
Феномен «Мистера Ж»
Кто такой был Жириновский в 1989 году? Для широкой публики — никто. Но у него был дар, который встречается у одного из миллиона: он умел говорить так, что его слушали. Он не бубнил по бумажке, как партийные бонзы, не сыпал сложными терминами, как высоколобые демократы-интеллигенты. Он говорил на языке, понятном простому инженеру, работяге, военному.
Жириновский чувствовал нерв эпохи. Он понимал, что людям страшно. Страшно потерять страну, страшно остаться без работы, страшно быть униженными. И он говорил именно об этом. О защите русских, о величии державы, о том, что хватит кормить всех вокруг за свой счет.
Пока другие демократы мечтали о том, как бы побыстрее развалить «Империю зла», Жириновский предлагал другой путь: сохранить государство, но сделать его удобным для жизни. Это был парадокс: либеральная партия с имперской риторикой. Но именно этот коктейль оказался самым востребованным.
Загадка эфирного времени
В начале 1990 года произошло чудо. О маленькой партии, в которой состояло полтора землекопа, вдруг затрубили советские СМИ. О ЛДПСС рассказали по радио, про них написали в газетах. Жириновский давал пресс-конференции в пресс-центре ЦК КПСС (!).
Злые языки тут же зашептались: «Проект КГБ!». Мол, коммунисты специально создают карманную оппозицию, чтобы выпустить пар и оттянуть голоса у настоящих демократов.
Возможно, кто-то на Старой площади действительно так думал. Возможно, они считали, что смогут управлять этим эксцентричным юристом. Если так, то это была самая большая ошибка в их жизни. Жириновский был не марионеткой, он был игроком. Он использовал предоставленные возможности на 200%, чтобы раскрутить себя и партию. Он взял этот трамплин и прыгнул выше головы.
Пока другие сидели в подполье и печатали листовки на слепых печатных машинках, Жириновский шел в легальное поле и работал с массовой аудиторией. Это была стратегия победителя.
Первый съезд: выход из тени
31 марта 1990 года в ДК имени Русакова (знаменитое конструктивистское здание в Москве) прошел Учредительный съезд ЛДПСС. Это было уже серьезно. Зал был полон. Делегаты приехали из 31 региона. Было объявлено, что в партии уже более трех тысяч человек.
Программа, которую они приняли, для того времени была революционной. Деидеологизация, многопартийность, рыночная экономика, но без шоковой терапии. Президентская республика. Никакого диктата одной идеологии.
«Мы — партия здравого смысла», — говорил Жириновский. И это подкупало. В стране, где с одной стороны были твердолобые коммунисты, а с другой — радикалы, призывающие все разрушить до основания, ЛДПСС предлагала третий путь.
Кстати, именно тогда Жириновский стал председателем партии. Не все были этому рады, но его энергия сметала любые препятствия. Он был мотором, сердцем и голосом этой организации. Без него она осталась бы клубом по интересам на кухне у Богачева.
Бунт на корабле
Успех всегда рождает зависть. Осенью 1990 года в партии случился раскол. Владимир Богачев, тот самый, с чьей квартиры все началось, решил, что Жириновский «зазвездился». Или, возможно, испугался его напора.
6 октября Богачев собрал «чрезвычайный съезд» и попытался исключить Жириновского из партии. Повод нашли классический для того времени: обвинения в связях с КГБ. Это было универсальное оружие демократической тусовки — если кто-то тебе не нравится, назови его агентом Лубянки.
Жириновский отреагировал мгновенно и жестко. Он объявил съезд Богачева нелегитимным сборищем самозванцев. Уже через два дня, 8 октября, Богачев и его сторонники сами вылетели из партии как пробка из шампанского.
Это был важный урок. Жириновский показал, что он умеет держать удар и не позволит никому перехватить штурвал. Партия очистилась от балласта и стала монолитной структурой вождистского типа. И, как показала история, это была единственно возможная форма выживания в политических джунглях 90-х.
Звездный час: выборы 1991 года
Настоящий прорыв случился весной 1991 года. В РСФСР (тогда еще части СССР) ввели пост президента. Основная борьба развернулась между Борисом Ельциным и кандидатом от коммунистов Николаем Рыжковым.
И тут на сцену выходит Жириновский. Никто не воспринимал его всерьез. Какой-то юрист, какая-то либеральная партия... Но когда ему дали слово, страна замерла.
Он говорил ярко, образно, без бумажки. Он обещал дешевую водку, защиту русских в национальных республиках, порядок и достаток. Он говорил то, что люди хотели услышать на кухнях, но боялись сказать вслух.
Результат шокировал всех. Жириновский, человек из ниоткуда, набрал 7,81% голосов — более 6 миллионов человек! Он занял третье место, обойдя маститых политиков с огромным административным ресурсом.
Это была сенсация. Стало ясно: в России появился политик нового типа. Популист в хорошем смысле слова — тот, кто чувствует народ.
Ставка на ГКЧП
Август 1991 года. Путч. ГКЧП пытается остановить развал Союза. Ситуация критическая. Ельцин на танке, Москва на баррикадах. Большинство демократов, естественно, против путчистов.
Жириновский делает ход конем. ЛДПСС становится единственной партией, которая официально поддерживает ГКЧП. Владимир Вольфович заявляет: «Мы за сохранение СССР, за конституцию, за порядок!».
Это был колоссальный риск. Когда путч провалился, казалось, что песенка ЛДПСС спета. Мэр Москвы Гавриил Попов приостановил деятельность партии. Против Жириновского готовили уголовное дело.
Но Жириновский и тут вышел сухим из воды. Он сыграл на юридических тонкостях: мол, мы просто высказали мнение, а никаких действий не предпринимали. Партия получила предупреждение, члены Высшего совета для проформы объявили сами себе выговор (гениальный бюрократический ход!), и буря улеглась.
Почему он поддержал ГКЧП? Потому что он был последователен. Он всегда выступал за единую и неделимую страну. И даже в момент краха он не предал свои принципы ради политической конъюнктуры. Избиратель это оценил.
Рождение ЛДПР
В декабре 1991 года Советский Союз перестал существовать. Беловежские соглашения поставили точку в истории империи. Жириновский протестовал, митинговал, называл это преступлением, но процесс было не остановить.
ЛДПСС оказалась партией несуществующей страны. Нужно было меняться.
В апреле 1992 года прошел III съезд. Партия переименовалась в ЛДПР — Либерально-демократическую партию России. Это было логично: Россия осталась, и ей нужна была сильная патриотическая партия.
Филиалы в других республиках откололись. В Украине и Беларуси появились свои ЛДП, но они быстро ушли в тень или сменили ориентацию. А российская ЛДПР под руководством бессменного Жириновского начала свое триумфальное шествие по новой политической реальности.
Итоги: Партия одного актера, ставшая институтом
Создание ЛДПСС 13 декабря 1989 года — это событие, которое многие тогда недооценили. Думали — курьез, пена на волнах перестройки. А оказалось — фундамент будущей российской многопартийности.
Жириновский доказал, что партия может существовать без поддержки КПСС, без западных грантов, опираясь только на харизму лидера и поддержку простых людей. Он создал уникальный политический продукт: партию, которая одновременно и оппозиция, и опора государственности. Партию, которая может критиковать власть, но в критический момент всегда подставит плечо стране.
С тех пор прошло много лет. ЛДПР стала парламентским старожилом. Менялись президенты, менялись конституции, случались кризисы и дефолты, а Жириновский и его партия оставались неизменной константой.
Владимир Вольфович ушел от нас, но его детище живет. И оглядываясь назад, на тот далекий декабрь 89-го, можно с уверенностью сказать: эти 13 человек в московской квартире сделали историю. Они показали, что политика в России может быть яркой, живой и народной. И за это им — и лично Жириновскому — большое человеческое спасибо.
Понравилось - поставь лайк и напиши комментарий! Это поможет продвижению статьи!
Также вас могут заинтересовать эти подробные статьи-лонгриды:
Времена меча и топора: военная драма Древней Руси от Калки до Куликова поля
Мормонские войны. Акт первый: американский пророк
Оформив подписку на премиум вы получите доступ ко всем статьям сразу и поддержите мой канал!
Поддержать автора и посодействовать покупке нового компьютера