Мы поливаем. Льём, хлещем, захлёбываясь собственной яростью, выплёскиваем ведра липкой, едкой грязи. На соседа, на коллегу, на незнакомца с экрана, на целый мир. И нам кажется - вот он, враг. Вот причина нашей тоски, нашего бессилия, нашего немого, тлеющего гнева. Мы оттачиваем слова как ножи, ищем самое больное, самое уязвимое - и бьём. Не от большого ума. О, нет. Ум здесь молчит, он парализован. Это кричит что-то иное - тёмное, клокочущее, переполненное. Наша собственная, выношенная, выстраданная грязь. Та, что мы годами прятали в самых дальних чуланах души: наши мелкие зависти и нашу большую трусость, наши удушающие обиды и гнилые амбиции, наш стыд за то, кем мы стали, и страх перед тем, кем мы так и не посмели стать. Она копилась. Бродила. И вот - через край. Каждый ядовитый комментарий, каждая язвительная насмешка за чаем, каждая сплетня, запущенная в тиши офисного коридора - это не анализ. Это аварийный сброс давления внутреннего ада. И на секунду становится легче. Теплеет вну