Предыдущая часть:
Владимир Петрович вдруг резко остановился, и его лицо налилось краснотой, словно от внезапного прилива жара. Одной рукой мужчина схватился за сердце, где боль пронзила остро, а другой попытался опереться на подлокотник дивана, но ноги подкосились, и он начал оседать на пол, теряя равновесие.
Катя и Елена бросились к нему с криком.
— Владимир Петрович, что с вами? — произнесла Катя, подхватывая его под руку.
— Елена, позвоните скорее в скорую, — добавила она, стараясь уложить свекра поудобнее.
Молодая женщина распахнула окно в гостиной, чтобы впустить свежий воздух, и расстегнула пуговицы рубашки на его груди.
— Потерпите, Владимир Петрович, миленький, сейчас врач приедет, — произнесла она, пытаясь успокоить его.
Она взяла свекра за руку и держала ее крепко, не отпуская, пока не приехал врач.
Тот, осматривая пациента, хмурился, что-то бормоча себе под нос, потом бросил медсестре.
— Быстро в машину его, — распорядился он.
Через пять минут мужчину уложили на каталку, поместили в скорую и повезли в больницу.
Все произошло настолько быстро, что Катя только только и успела спросить.
— Что с ним? — произнесла она, хватаясь за рукав врача.
— Подозрение на инфаркт, — на ходу ответил доктор. — Привезите документы, одежду соберите.
— Можно мне с вами? — спросила Катя.
— Нет, — отрезал врач. — Его сейчас поместят в реанимацию. Вас туда не пустят. Оставайтесь дома. Мы будем держать вас в курсе.
— А вы ему кто? — поинтересовался он.
— Я жена его сына, — замялась девушка.
— А где сын? — спросил доктор.
Катя не ответила, и врач неодобрительно посмотрел на нее, но больше ничего не сказал, а быстрым шагом вышел следом за больным.
Владимир Петрович с трудом открыл глаза. Он смутно видел над собой белый потолок, который казался размытым, как в тумане. Мужчина скосил глаза и разглядел очертания какого-то человека, сидящего рядом с его кроватью.
— Макс! — прошептал он, надеясь, что это сын.
Силуэт постепенно превратился в невестку Катю.
— Это я, Владимир Петрович, — произнесла она.
Девушка заплакала и засмеялась одновременно.
— Как же вы нас напугали, — добавила она, вытирая слезы.
— Я сам испугался, — с трудом улыбнулся мужчина.
— Давно я здесь? — спросил он.
— Второй день, — ответила Катя. — Вы лежите. Сейчас я доктора позову.
Она побежала в коридор, и через минуту в палату вошел врач. Добродушный, седовласый, он излучал хорошее настроение.
— Ну что, голубчик? — засмеялся мужчина в белом халате. — С возвращением.
— Зачем же вы, батенька, так пугать своих родных вздумали? — добавил он. — Надо беречь себя.
Он пощупал пульс, проверил показатели на мониторе и ушел, довольный увиденным.
— Катя, Макс не объявился? — спросил Владимир Петрович.
— Нет, — печально покачала головой девушка, потом улыбнулась, и у Владимира Петровича сразу потеплело на душе.
— Зато у нас все хорошо, — добавила она. — О компании не беспокойтесь, мы со всем справляемся.
— А как Даниил? — поинтересовался мужчина.
Катя опять погрустнела.
— Даниил постоянно про папу спрашивает, — ответила она. — Я ему сказала, что папа уехал в командировку, а там связь не работает.
— Никогда не думала, что придется сыну врать, — добавила девушка.
— Спасибо тебе, — произнес Владимир Петрович, взяв девушку за руку.
— Я и живу-то только ради тебя и внука, — продолжил он. — Как же больно мне о сыне думать.
— Я очень виноват перед тобой, — добавил мужчина. — Фактически заставил Максима жениться на тебе. Я ведь думал, он остепенится, а рядом с тобой начнет новую жизнь.
— Но горбатого только могила исправит, — заметил он. — Такую девушку бросил и опять вернулся к своей вертихвостке.
— Не понимаю я его, — произнес Владимир Петрович.
— Не вините себя, Владимир Петрович, — осторожно сжала руку больного Катя.
— Вы ни при чем, — добавила она. — Он просто не любит меня.
— Это я что-то себе придумала, — продолжила девушка. — Решила, что справлюсь, что моей любви хватит удержать его рядом, но ошибалась.
— Хорошая ты, Катя, — сказал мужчина. — Жаль, мой шалопай не оценил тебя.
Мужчина закрыл глаза. Силы оставили его.
— Вы устали, а я тут вас совсем заговорила, — произнесла Катя. — Отдыхайте, завтра мы с Данечкой к вам придем.
Катя навещала свекра каждый день, выхаживала его, поддерживала, как могла.
— Откуда ты силы берешь? — спрашивала ее Елена, когда девушка возвращалась домой из больницы.
— Сама еще не отошла от предательства мужа, а его отцу помогаешь, — добавила домработница. — Он только благодаря тебе и держится на этом свете.
— У него внук есть, ради него живет, — ответила Катя.
— Да, он прекрасно знает, что Даня в надежных руках, — заметила Елена.
— Ты побереги себя, — посоветовала она. — Если ты свалишься, тогда весь дом рухнет.
— Ничего, я справлюсь, — произнесла Катя. — Сейчас главное Владимира Петровича на ноги поставить.
Вскоре хозяин вернулся домой. Ни он, ни Катя только старались не говорить о Максиме. Даже маленький Даниил все реже спрашивал о нем.
Незаметно прошло пять лет. Беглец не подавал о себе никаких вестей. Отец не искал его. Только однажды начальник службы охраны доложил шефу.
— Владимир Петрович, я по своим каналам узнал, что Максим улетел в теплые края, — произнес он.
— Один? — спросил отец.
— Нет, с Валерией, значит, все еще с ней, — ответил Павел.
— Ничего, скоро у предателя закончатся деньги, и она снова его бросит, — заметил Владимир Петрович.
— Я как-то не придавал значение тому, что он зарплату не тратит, — добавил он. — Я полностью содержал его семью.
— Думал, пусть у молодых появится хоть какой-то запас денег, а он не на семью деньги потратил, а на свою любовницу, — добавил отец.
— Ну что же, я терпеливый, — произнес он. — Посмотрим, сколько еще он пробегает от семьи. Ведь все равно придется каяться.
Инфаркт значительно подорвал здоровье Владимира Петровича. Ожидание вестей от сына, переживания за его судьбу окончательно доконали его.
Однажды утром он не встал к завтраку. Подождав немного, Елена решила выяснить, почему хозяин не спускается. Она постучала в дверь.
— Владимир Петрович, скоро завтрак остынет, — произнесла она.
Женщина прислушалась, но за дверью стояла тишина. Она тихонько приоткрыла ее и заглянула в щель. Мужчина лежал на кровати и не шевелился.
Елена испугалась, взглянув на мертвенно-бледное лицо хозяина, и закричала.
— Что случилось? — прибежала на крик Катя.
— Владимир Петрович, — дрожа всем телом, пролепетала домработница.
— Он умер? — спросила Катя.
— Как умер? — произнесла она. — Не может быть.
Девушка кинулась к кровати свекра и остановилась, осознав, что случилось.
Елена плакала, заламывая руки.
— Господи, что же теперь со всеми нами будет? — произнесла она. — Как же это? Он хорошо себя чувствовал, такой веселый вечером был, бедный.
— Да как он Макса ждал, так и не дождался, — добавила домработница.
— Да мы даже не знаем, где Макс, — тихо заметила Катя.
Она позвонила в скорую, вызвала полицию. Через полчаса дом наполнился незнакомыми людьми. Они что-то спрашивали у обеих женщин, записывали.
Девушка с трудом понимала, что происходит. Она никак не могла поверить, что свекра больше нет.
— Нужно разыскать Максима, — вытирая слезы, попросила Катя Павла. — Он должен приехать на похороны отца.
На следующий день начальник службы безопасности сообщил ей номер телефона мужа. Собравшись силами, Катя позвонила ему.
— Макс, — сказала она, услышав его голос. — Владимиру Петровичу не стало.
— Вот как, — произнес он. — А что случилось?
— Он перенес инфаркт, но так и не сумел до конца оправиться, — ответила Катя.
— Ты же приедешь на похороны? — спросила она.
— Я не успею, — возразил Максим.
— Мы подождем, — произнесла Катя.
— Вообще не понимаю, — раздраженно говорил Максим. — Зачем нужно мое присутствие? Не люблю я такие церемонии.
— Он же твой отец, — заметила она.
— Ну и что? — ответил он. — Ему теперь уже все равно, приеду я или нет.
— Макс, неужели у тебя в сердце нет ни капли сострадания к нему? — спросила Катя. — Он очень любил тебя. Последнее время дня не проходило, чтобы он не говорил о тебе.
— Ага, — произнес Максим. — А из дому выгнал.
— Ты прекрасно знаешь, тебя никто не выгонял, — возразила она. — Приезжай, пожалуйста. Ты его единственный родной человек.
— Я не поеду, — отрезал он. — Ты там сама занимайся этим делом. Если что, попроси Павла, он не откажет.
— А меня уволь от этих хлопот, — добавил Максим. — Я все равно в них ничего не понимаю.
— И не звони мне больше, — произнес он.
— Макс, ты не можешь просто взять и не приехать, — сказала Катя.
Но молодой человек уже положил трубку, даже не попрощавшись с женой.
Катя, не переставая плакала. Силы были на исходе, а ведь ей приходилось еще и с сыном заниматься. На людях она старалась держаться, а вечером, уложив Даниила, бросалась в кровать и плакала в подушку.
В доме после похорон стало совсем тихо. Даже маленький Даниил, который не понимал, куда делся дедушка и почему мама все время плачет, не озорничал, а спокойно играл в своей комнате, не докучая взрослым.
Катя на кухне пила чай, когда в прихожей раздались веселые голоса. Она вышла им навстречу и обомлела.
— Макс, — произнесла она.
— А ты думала, кто? — ответил он, оставляя чемодан и по-хозяйски проходя по гостиной.
За ним неотступно следовала Валерия в роскошном брючном костюме, который искусно скрывал недостатки ее слегка раздавшейся фигуры, в шляпе, в туфлях на высоком каблуке.
— Мы с Данечкой не ждали тебя, — заметила Катя.
— Я сейчас позову его, — добавила она. — Он в своей комнате.
— Не сейчас, — произнес Максим. — Мне нужно поговорить с тобой.
— Елена, — он заглянул в кухню. — Хозяин приехал. Подавай на стол. Отметим мое возвращение.
— Ну как вы тут жили без меня? — спросил он. — Отца похоронили. Покажешь, где на кладбище упокоилась его душа?
— Впрочем, не стоит, — добавил Максим. — Я знаю, рядом с матерью.
— Не ждала меня, — произнес он, останавливаясь напротив жены.
— Думала, уже никогда не вернусь, и тебе достанется наследство отца, — продолжил Максим. — Вынужден тебя разочаровать. Ты никто, и тебе в этом доме ничего не принадлежит.
— Детей у нас общих нет, так что я разведусь с тобой в два счета, — добавил он. — Где-то у отца есть телефон хорошего адвоката. За умеренную цену он все сделает.
— Я понимаю, ты разочарована, да? — спросил Максим. — Ну ничего, переживешь. Хватит. Сколько лет жила на всем готовеньком?
— Ты вещички-то начинай собирать, — произнес он. — Мы с Валерией теперь здесь жить станем. Все, как папа хотел.
— Да, любовь моя, — повернулся он к Валерии и поцеловал ее.
— Что стоишь, дорогая? — спросил Максим. — Смелее. Тебе в этом доме все знакомо.
— За время моего отсутствия ничего не изменилось, — добавил он.
— Я хочу занять спальню твоих родителей, — капризно заявила Валерия. — Она самая большая в доме.
— Зря вы приехали, — спокойно проговорила Катя.
— Ты просчитался, Макс, — добавила она. — Это не твой дом, и тебе от наследства отца ничего не полагается.
— Не слушай ее, милый, — взвизгнула Валерия. — Она это специально говорит, чтобы позлить тебя.
— Ты сын, а она никто, — продолжила она. — Если уж на то пошло, внуку этот скупердяй что-то оставил, а мы, вообще-то, его родители.
— Поэтому пока, милая, выметайся поскорее отсюда, — произнесла Валерия. — Теперь мы хозяева.
— И забери с собой эту старую паскуду Елену, — добавила она. — Я найму свою домработницу.
— Ты разрешишь, любимый? — кокетливо глядя на Максима, спросила Валерия.
— Заменить прислугу, — ответил он. — Конечно, моя дорогая, делай, что посчитаешь нужным. Это все наше.
— Тут вы оба ошибаетесь, — заметила Катя. — В этом доме вашего ничего нет.
— Кстати, о Данииле, — продолжила она. — По закону его матерью являюсь я.
— Как это ты? — разозлилась возлюбленная Максима. — Его мать я. Ты что несешь?
Максим был обескуражен заявлением Кати.
— Мы его родители, — произнес он. — Любая экспертиза ДНК это докажет.
— Давай-ка по-хорошему разойдемся без нервов, — добавил Максим. — Ты спокойно соберешь вещички и уйдешь, а мы сделаем вид, что ты тут сейчас ничего не говорила.
— Погоди-ка, Макс, — Валерия прищурилась. — Это что же получается? Ты не сказала Даниилу, кто его настоящие родители?
— Ребенок не знает, что это я его родила, — продолжила она.
Катя молчала.
Елена стояла в дверях кухни и молилась за нее, время от времени осеняя себя крестным знаменем.
— Ах ты стерва! — заорала Валерия. — Ты воровка, ты украла у меня сына.
— Посмотрим, с кем он захочет жить, когда узнает, кто его настоящая мать, — добавила она. — Я ему все расскажу, пусть узнает, какая ты подлая обманщица.
Она всхлипнула.
— Родненького моего решила отнять, — произнесла Валерия.
— Не получишь ты сына, — добавила она.
Катя побледнела.
— Ты не сделаешь этого, — сказала она.
— Сделаю, — ответила Валерия. — Ты плохо меня знаешь. Я сейчас же ему обо всем расскажу.
— Я и так все знаю, — со второго этажа вдруг раздался звонкий голос Даниила.
Взрослые, как по команде, повернулись к нему.
— Катя моя мама, а ты никто, — произнес мальчик. — И ты тоже.
Глядя сверху на отца, добавил он.
— Я вас не знаю, — продолжил Даниил.
— Сынок, — попыталась его задобрить Валерия. — Я твоя мама. Мы с папой столько игрушек привезли тебе.
— Спускайся, мой хороший, — добавила она.
— Не нужны мне ваши игрушки, — ответил мальчик. — Моя мама мне купит любую, какую я пожелаю.
— Что ты с ним сделала? — зло посмотрел на Катю Максим.
— Думаешь, я не докажу отцовства? — добавил он. — Да любой юрист на мою сторону встанет.
— Вот когда твой юрист принесет документы на отцовство, — спокойно сказала Катя. — Тогда и поговорим, но предупреждаю, все переговоры я буду вести через своих юристов.
— А теперь прошу покинуть мой дом, — добавила она.
Валерия хотела что-то еще возразить, но Катя ее остановила.
— Сами уйдете или мне охрану позвать? — спросила она. — Я здесь хозяйка, и я решаю, кого приглашать в гости.
— А вас я не звала и не ждала и видеть не рада, — произнесла Катя.
Максим и Валерия, видя решимость в глазах Кати, ретировались.
Они стояли перед родительским домом и не знали, на что решиться.
— Что делать станем? — нервно кусая губы, спросила Валерия.
— Эта маленькая обыграла нас, — добавила она. — Так все хорошо складывалось. Ты говорил, все тебе достанется.
— Не верю я, что отец мог оставить меня ни с чем, — произнесла Валерия. — Катя на испуг взяла.
— Знаешь что? — продолжила она. — Сейчас устроимся пока в гостинице и сходим к нашему юристу, который ведет дела в компании.
— Я думаю, он в курсе всего происходящего, — добавила Валерия. — Он эту Катю-самозванку в два счета из дома выгонит.
Через час они входили в кабинет Григорию Семёновичу.
— Макс, — он поднялся из-за стола навстречу гостям. — Вижу, дела у тебя идут неплохо. Выглядишь замечательно.
— Очень рад твоему возвращению, — добавил юрист. — Жаль отца не застал. Он очень ждал, что ты приедешь.
— Да, у меня много дел было, не смог приехать, — ответил Максим.
— Может быть, чай или кофе? — предложил Григорий Семёнович.
Максим хотел было согласиться, но Валерия нетерпеливо ткнула его в бок.
— Извините, мы ненадолго, — сказал молодой мужчина, поморщившись.
Удар был чувствительным. Он сразу отрезвил его.
— Мы хотели бы прояснить вопрос с наследством, — произнес Максим.
— А, — протянул юрист. — Вы уже встретились с Катей.
— Ну что же ты, Макс? — добавил он. — Нужно было сразу ко мне обратиться.
— Присаживайтесь, — указал он на стулья.
— Мы хотим знать, когда Катя должна покинуть родительский дом, — произнес Максим. — Я собираюсь развестись с ней и жениться на Валерии.
— И еще она не пожелала отдать нам сына, — добавил он.
— Боюсь, у меня для вас плохие новости, — произнес Григорий Семёнович, хитро посмотрев на гостей поверх своих очков.
— Твой папа, Максим, был очень предусмотрительным и умным мужчиной, — продолжил он.
— Тебе ли не знать о своем отце? — добавил юрист.
— Владимир Петрович давно расторг твой с Катей брак, — произнес он.
Валерия и Максим удивленно переглянулись.
— Ну так это же замечательно, — воскликнул молодой мужчина. — Меньше мороки.
— Он также лишил тебя и Валерию родительских прав, — продолжил юрист.
— Не может быть, — возразил Максим. — Я не подписывал никаких бумаг из опеки.
— Конечно, мой молодой друг, вас лишили родительских прав заочно, поскольку нигде не могли разыскать долгое время, — объяснил Григорий Семёнович.
— Участие в воспитании Даниила вы не принимали, — добавил он. — Мальчик вырос без вас.
— Что нам оставалось, — произнес Максим.
— Поэтому официальной его матерью на сегодняшний день является Катя, — сказал юрист.
— И, как мне кажется, она по праву носит это звание, — добавил он. — Вы всего лишь биологические родители.
— Сыном никогда не интересовались, — продолжил Григорий Семёнович. — Он вас и знать не знает.
— Так что все претензии к себе, — произнес он. — Вы что же думали, появитесь, а ребенок тут же бросится к вам на шею с криком: "Мама, папа".
— Нет, друзья, доверие ребенка нужно заслужить, — добавил юрист. — Это вам не игрушка.
— Ну хорошо, а наследство? — спросил Максим. — Я единственный наследник моего отца.
— Какого черта Катя распоряжается всем в доме? — добавил он.
— Увы, единственными наследниками Владимира Петровича являются Катя и Даниил, причем на совершенно законных основаниях, — ответил Григорий Семёнович.
— Можете не сомневаться, — добавил он.
Мужчина посмотрел сначала на Максима, потом на Валерию. Довольная улыбка не сходила с его лица.
— Катя выхаживала Владимира Петровича после инфаркта, — произнес он. — Она вырастила Даниила, и она не дала пропасть компании.
— А где был ты, Максим? — спросил юрист.
— Неужели вправду рассчитывал прийти на все готовенькое? — добавил он. — Разве отец не предупреждал тебя?
— Он никогда не скрывал, чем может обернуться для тебя безделье, — продолжил Григорий Семёнович.
— Катя прекрасно ведет все дела, и вам не о чем беспокоиться, — произнес он. — Будущее Даниила обеспечено.
— Ему повезло с дедушкой и матерью, — добавил юрист.
— Надеюсь, я дал вам исчерпывающие ответы на ваши вопросы, — сказал он.
Парочка молчала. Валерия нервно теребила ремешок сумочки. Ее лицо, покрытое красными пятнами, кривилось от бессильной злобы. Красивые черты, обезображенные бешенством, выглядели отталкивающе.
— Молодые люди, — опять заговорил Григорий Семёнович. — Если у вас больше нет ко мне вопросов, я бы попросил вас покинуть мой кабинет. Мне нужно работать.
Максиму и Валерии ничего не оставалось, как уйти.
Они в молчании сели в машину.
— Ты мне говорил, что после смерти твоего отца мы станем богатыми? — плаксиво проговорила Валерия.
— А теперь получается, у нас по-прежнему ничего нет, — добавила она. — Как мы жить станем?
— Сделай же что-нибудь, — произнесла Валерия. — Что ты молчишь?
— Надо найти хорошего адвоката, — продолжила она. — Мы добьемся отмены признания Кати матерью нашего мальчика, а там из-за наследства можно будет побороться.
— Что ты сидишь, как истукан? — спросила она. — Звони кому-нибудь.
— Неужели не найдется управы на этого старого хрыча-адвоката? — добавила Валерия.
— Судебное решение по наследству можно отменить, — произнесла она. — Тем более Катя вообще никаким боком к вашей семье не имеет отношения.
— Она даже не твоя жена, — продолжила Валерия.
— Нет, ничего не выйдет, — Максим зло выругался.
— Батя всегда умел делать дела, — добавил он. — Юристам своим не зря платил.
— Вряд ли нам что-то обломится, уж я-то знаю, — произнес Максим.
— И что теперь ты предлагаешь? — спросила Валерия. — Вот так просто сдаться?
— А ничего другого нам не остается, — ответил он. — Никто не возьмется за наше дело. Григорий Семёнович лучший юрист.
— Ненавижу, ненавижу тебя, — вдруг набросилась на него разъяренная Валерия.
Она принялась колотить его руками, сумкой, била куда попало, выплескивая злобу.
— Тряпка, никчемная мямля, ты обещал сделать меня богатой, — произнесла она.
— Оказалось, ты беден, как церковная мышь, — добавила Валерия. — Как же я ненавижу тебя.
— Зачем я только связалась с тобой? — спросила она. — А еще говорил, что любишь.
Максим молчал, слабо защищаясь от ее нападок. Его охватило какое-то странное безразличие. Он не слушал, что кричала Валерия, а вспомнил последний разговор с отцом.
— Он ведь предупреждал меня, — думал про себя мужчина сквозь крики своей любовницы.
— Упрекал, что я совсем от рук отбился, боялся оставлять мне компанию, — размышлял он.
— Я даже представить не мог, что он решится лишить меня наследства, — подумал Максим.
— Какой же я был дурак, — произнес он про себя.
Вскоре после этой сцены Валерия, поняв, что от Максима больше ничего не добиться, оставила его и уехала с новым знакомым, бросив в полной нищете без каких-либо угрызений совести. Максим, лишенный поддержки и средств к существованию, скитался по случайным работам, перебиваясь от зарплаты до зарплаты, но так и не смог встать на ноги, часто вспоминая упущенные шансы и упрекая себя за предательство семьи, которое привело к такой жалкой жизни. Катя же, взяв на себя управление компанией, успешно развивала бизнес, растила Даниила в любви и заботе, и они жили в доме, который стал для них настоящим пристанищем тепла и стабильности, где воспоминания о Владимире Петровиче помогали преодолевать любые трудности, давая силы двигаться вперед.