Вопрос о происхождении жизни начал волновать человечество ровно с того момента, когда оно сумело осознать эту концепцию. Такой процесс разворачивался не быстро.
Одно дело — принимать окружающий мир, как данность. Совсем другое — прийти к неочевидному выводу, что все вещи вокруг развиваются. То есть, они откуда-то взялись, как-то видоизменяются и к чему-то идут. Для этого следует накопить коллективный опыт, осознать разницу между прошлым и будущим, научиться прогнозировать и рефлексировать события. Это невозможно без полноценного языка и какой-никакой культуры.
В совсем старые, можно сказать, первобытные времена всё было просто. Пришли некие сущности (естественно, духи), чего-то сделали с первородной хтонической материей, и вот наступила красота — птички поют, мамонты бегают, цветочки растут. Туалет везде, шашлыки каждый день, старости нет. Потому что никто до нее не доживает! Вот это истинный золотой век, а не унылая работа 5 через 2…
Именно таким образом выражены космологические представления, характерные для самых диких и отсталых племен, которые дичайше котировали озвученную философию.
Интересно, что кое-какие формы бредовых расстройств, в также шизофрении, сопровождаются галлюцинациями мистично-космического толка. Как и видения, приходящие после дегустации волшебных грибов.
Что тут сказать? Наши предки явно знали, чем скрасить долгие зимние вечера ледникового периода.
Выходит, вопрос «откуда пошла жизнь» был сформулирован одновременно с появлением первых культов. Не до, не после, а сразу же. Одно не просто порождает другое, а является гранями единого явления. Это можно сравнить с магнитным диполем. Знаете же, да? У магнита всегда есть север и юг.
А верования, о которых мы говорим, очень древние. И как бы сказать, не совсем человеческие. Раз уж неандертальцы мустьерской культуры периодически пытались хоронить умерших сородичей, то и представления о мистике у них были, причем как минимум 40.000 лет назад. Возможно и раньше. А мистика, дорогие друзья, всегда идет рука об руку со смертью и проблематикой появления жизни.
Впоследствии духи сменились на богов, а с появлением монотеизма они перешли в категорию демонов, дьяволов, джиннов и прочих порождений шайтана, будь он неладен. Роль создателя вселенной, обозримой для человека того времени, принял единственный бог. Что он там делал? Лепил человека из глины и вдыхал в него жизнь.
То есть, ещё в раннем бронзовом веке люди понимали: жизнь стоит на фундаменте неорганической химии. Мысль умная, спору нет. В те жестокие времена дураки, конечно, бывали, но долго не задерживались.
Как тут не вспомнить основное положение диалектического материализма? Жизнь есть форма существования белковых тел. А белковые тела сначала надо из чего-то сделать. К примеру, из глины, под которой могут пониматься горные породы. Откуда ещё возьмутся углерод, фосфор, железо и сера?
То есть, почва для прогрессивных идей была подготовлена заранее. Спустя время эпоха Просвещения объявила, что окружающий мир принципиально познаваем и работает на закономерностях, которые можно раскусить. Это тоже был прорыв: что-то происходит почему-то, а не просто само по себе или потому что высшее существо так захотело. Последний тезис уже не котировался: естествоиспытатели именно что испытывали естество, а не выясняли мотивацию божественной сущности. Ею испокон веков занимаются богословы.
Впрочем, те же Ньютон и Бэкон очень уважали оккультизм, без которого путь в высший свет был заказан. Ничего личного, только бизнес: кто не допущен в культурное общество — тому не дадут денег на выяснение, чего же яблоко падает на землю, а не улетает в пампасы Альдебарана.
На этом исторический экскурс заканчиваем и сразу переходим к панспермии. Если коротко, панспермия — довольно старая гипотеза, которая гласит: жизнь не возникла на Земле, а пришла на нее.
Жесткая панспермия, на данный момент никем не котируемая, говорит четко и дерзко: древнюю Землю «заражали» вполне сформированные микроорганизмы-экстремофилы. Аргумент: современные микроорганизмы кое-как выживают в космическом вакууме, пронизанном ионизирующим излучением. Это не просто возможно, а научно доказано. Из такого тезиса вытекают дальнейшие выводы.
Мягкая панспермия высказывается более осторожно: наша молодая и на тот момент горячая планета получала не готовых космонавтов-тихоходок, а конструктор из сложных органических молекул. Благо, этого добра в космосе навалом. А дальше всё закрутилось: пребиотический синтез, изобретение полупроницаемой мембраны, долгий поиск самореплицирующих молекул и попытки переделать их в носитель информации — сначала нежную РНК, а потом более стойкую ДНК.
Впрочем, у той же ДНК есть не менее 2 миллионов альтернатив, и не совсем ясно, почему на Земле работает именно этот вариант хранилища наследственной информации. Так уж исторически сложилось.
В общем и целом, панспермия до сих пор выступает немного шаткой, но гипотезой. То есть, у нее есть определенная предсказательная сила, а ещё она объясняет окружающий мир в рамках своей применимости. Более того, панспермия потенциально проверяемая и даже опровергаемая.
Чтобы доказать истинность или лживость панспермии, достаточно или выявить изначальный источник жизни, или отыскать уютненькую планетку в состоянии архея. Пусть там будет густая восстановительная атмосфера, кипящие лужи ядовитой воды, интенсивный вулканизм и живительный метеоритный дождь каждые 20 минут. Потом возьмем забористый коктейль из сложных органических молекул, скинем его в лужу побольше и запасемся терпением.
Если через тройку миллиардов лет в луже заведутся смешные трилобиты-уродцы, а спустя четыре миллиарда их потомки раздолбают ядро урана, то поздравляем: гипотеза панспермии будет доказана и станет теорией. То есть, непреложной истиной в последней инстанции.
Да-да, научное понимание теории сильно отличается от бытового. Теория — не предположение, как это понимают некоторые подписчики нашего чудесного сообщества. Слыша или читая формулировку «у меня есть теория», так и хочется спросить: «Мил человек, а что такого ты исследовал, чего считал и какие вещи может твоя теория предсказать? Вот у меня, например, есть теория: большинство комментаторов наслаждается избытком свободного времени при недостатке общения. А ещё моя теория гласит, что ковровые блокировки эффективно снижают численность интернет-теоретиков».
Ставить эксперимент межпланетарного масштаба, применяя синтез биотехнологий и астроинженерии…. Звучит абсурдно? Едва ли. Если современные ученые так не могут, то это вопрос исключительно к приоритетам нашей цивилизации. Экспериментальное подтверждение панспермии, предложенное Биореактором, не противоречит ни одному закону физики. А значит, в принципе кто-то, где-то и когда-то может этим заняться. Было бы желание.
Только вот панспермия не отвечает на главный вопрос: «А как именно появилась жизнь?». Она лишь отодвигает ее источник в какое-то неясное место. Мол, там все круто, есть (или были) уникальные условия, степень уникальности которых варьирует от бактерий-путешественниц на кометах и заканчивая намеренным расселением живых существ, устроенным сверхцивилизацией предтеч. В общем, концы в воду.
Только вот недавно у панспермии появился мощный козырь. Не будем вдаваться в детали: на Земле найден первый метеорит межзвездного типа под названием Гипатия. Выглядит она как метеорит обычный, взявшийся из околосолнечного астероида, только вот его изотопный состав совершенно нездешний. Значит, и солнце было не нашим.
Второй козырь в рукаве панспермии секретный — им стало наблюдение очень быстрых метеоров, проведенное большим альт-азимутальным телескопом в Архызе, Россия. Суть в том, что эти камешки влетели в земную атмосферу на скорости за 200 км/с.
«И что?» — спросит читатель. А мы ответим: космос — это не высоко. Космос — это быстро. И чем ты быстрее, тем дальше можешь залететь. Скорость 200 км/с выдает объект межзвездного класса, поскольку такой шустрик вылетает из Солнечной системы гарантировано, причем вне зависимости от вектора движения.
Масла в огонь подливает то, что наше солнышко взялось из газопылевого облака. А оставила его Калиткуэ — звезда главной последовательности, чья героическая смерть в виде сверхновой дала начало не только нашему светилу, но и многим соседним.
Выходит, межзвездная пустота — не такое уж препятствие для быстрых камней и комет. Оумуамуа и комета Борисова не дадут соврать. Наша Солнечная система активно обменивается веществом с владениями других звезд. Этот процесс не прекращается даже сейчас и точно имел место в прошлом.
Значит ли это, что панспермия доказана хотя бы для Земли? Нет. Но принципиальная возможность получить вещество из другой звездной системы не просто существует — она предоставляется ежесуточно в количестве нескольких десятков тонн. Именно столько космического материала каждый день сгорает в нашей атмосфере, и часть его прилетела из других звездных систем.
Но сгорает не бесследно. Любой метеор теряет часть массы, конвертируя ее в лучистую энергию. А вот детонация твердого тела в атмосфере порождает много пыли. Более крупные осколки вполне могут долетать до поверхности, в дальнейшем включаясь в круговорот минеральных соединений. Ну, или отправляясь на переплавку в мантию, что тоже вариант.
В общем и целом, проблематика панспермии очень далека от окончательного решения. Насколько жизнеспособна эта гипотеза — покажет время.
Текст: Никита Игнатенко.