Глава 21(1)
Циклы: "Курсант Империи" и "Адмирал Империи" здесь
В этот момент мой мир раскололся надвое. В одной реальности мое тело двигалось само по себе — ноги несли меня по металлическому настилу боевой площадки, руки хватались за поручни, сервоприводы бронескафандра визжали от перегрузки. В другой реальности я видел только дымящиеся обломки аэролета, теряющиеся в зеленой массе джунглей, и знал — абсолютно точно знал — что каждая потерянная секунда означает смерть для Яны.
Между этими двумя мирами билось сердце, выстукивающее безумный ритм, и больше ничего не существовало.
Лестница вниз со стены — четыре пролета по десять метров каждый. В обычной ситуации спуск занимает минуту, если торопишься. Я преодолел ее за двадцать секунд, прыгая через целые марши. Усилители бронескафандра протестующе скрипели, предупреждающие индикаторы мигали красным — превышение расчетных нагрузок на сорок процентов. Плевать. Пусть сгорят после, лишь бы выдержали сейчас.
На втором пролете путь преградило поднимающееся наверх отделение — мои товарищи спешили на стену по общей тревоге. Толик шел первым, его лицо было сосредоточенным и жестким — боевое лицо, которое я видел только дважды за все время нашей дружбы. За ним Кроха, неуклюже переставляющий свои огромные ноги на узких ступенях. Мэри поднималась с механической точностью робота, ее винтовка уже была наготове.
Они расступились, видя, как я несусь вниз, но Толик успел схватить меня за локоть. Хватка железная — он тоже был в бронескафандре:
— Санек, ты куда? Тревога же! Богомолы лезут со всех сторон!
— Яна упала! — я вырвался, но Толик держал крепко. — Ее аэролет в джунглях, в сотне метров от стены! Богомолы уже идут туда!
Секунда — и я увидел, как меняется выражение его лица. Понимание, оценка шансов, решение. Все это промелькнуло за мгновение.
— У тебя оружие есть? — деловито спросил он.
— Винтовка. Четыре обоймы.
— Мало. Держи. — Толик стянул с пояса две гранаты.
Кроха что-то промычал — на его странном языке это звучало как благословение. Огромная рука легла мне на плечо, сжала так, что броня скрипнула, и отпустила. В маленьких глазах великана мелькнуло что-то похожее на одобрение.
Мэри молча кивнула, едва заметно, и отступила в сторону.
— Давай, братан, — Толик отпустил мою руку. — Только попробуй сдохнуть там — я тебя из могилы достану и сам убью еще раз.
Но на следующем пролете меня ждала преграда посерьезнее. Старший сержант Рычков поднимался во главе второго взвода — двадцать человек в полной боевой выкладке. Папа увидел меня за десять метров, и его лицо мгновенно потемнело. Он понял все без слов — по тому, как я бежал, по направлению движения, по выражению лица.
— Васильков, сука! — рявкнул он так, что эхо прокатилось по всей лестничной клетке. — Стоять дезертир хренов!
Я попытался проскочить по правой стороне, но Папа оказался быстрее, чем можно было ожидать от человека его комплекции. Массивная туша сместилась с неожиданной грацией, перекрывая проход. Рука легла мне на грудь — не удар, но непреодолимая преграда:
— Ты куда это собрался, мажор? А ну марш назад!
— Отпустите, сержант! — я попытался оттолкнуть его руку, но это было как толкать стену. — Там человек погибает!
— Здесь сотни людей погибают! — Папа наклонился ко мне, и я почувствовал запах табака и пота. — Ты покидаешь пост во время боевой тревоги! Это статья, боец!
Позади него солдаты второго взвода замерли в напряженном ожидании. Некоторые переглядывались — видеть, как штрафник спорит с Папой, было равносильно наблюдению за схваткой мыши с медведем.
Время утекало. В моем воображении богомолы уже окружали упавший аэролет, их серповидные конечности вспарывали обшивку...
— Простите, сержант, — сказал я и сделал то, что в нормальной ситуации никогда бы не решился.
Финт влево, Папа среагировал, сместил вес — и я врезал коленом в солнечное сплетение. Не в полную силу, иначе с усилителями бронескафандра это было бы убийство. Но достаточно, чтобы выбить воздух из легких.
Папа согнулся, хватая ртом воздух. Секунды хватило, чтобы проскочить мимо. За спиной взорвался его рев:
— Васильков! Вернись немедленно, падла! Я тебя собственноручно расстреляю! Слышишь?!
Но я уже был внизу, вырвавшись на территорию базы. Позади топот ног — кто-то из второго взвода бросился в погоню, но они не могли угнаться за мной, впрочем, наверное и не хотели.
Ворота Периметра уже начинали закрываться. Массивные створки весом в сотни тонн двигались медленно, но неумолимо. Гидравлика шипела, металл скрежетал по направляющим. У меня было максимум минута.
Расстояние — примерно метров двести. На максимальной скорости бронескафандра — двадцать секунд, Вроде как успеваю, но меня скорее всего метким выстрелом снимет охрана. К тому же выручать Яну надо было на какой-нибудь технике.
И тут взгляд упал на армейский багги. Та самая машина, на которой приезжал Кнутов. Двигатель работал — я слышал характерное урчание даже отсюда. За рулем маячила фигура водителя.
Решение пришло мгновенно. Я изменил направление, бросившись к багги. Водитель — молодой ефрейтор с интеллигентным лицом, адъютант полковника — увидел меня в последний момент. Его глаза расширились от ужаса:
— Стой! Это транспорт командира части! Не подходи!
Он попытался включить передачу, тронуться с места, но я уже был рядом. Выдернул его из кабины — парень вцепился в руль, пришлось применить силу. Не удар, просто подзатыльник бронированной перчаткой. Ефрейтор обмяк, я вытащил его и аккуратно положил на бетон. Через минуту очнется с головной болью, не больше.
Прыжок за руль. Ключ в замке, передача, газ. Багги взревел и рванул вперед — военная модель с форсированным двигателем, способная разогнаться до ста пятидесяти на шоссе. Тяжелая броня и усиленная подвеска делали машину похожей на таран.
В зеркале заднего вида мелькнула фигура очнувшегося ефрейтора. Он что-то кричал, размахивая руками, но я уже был далеко.
Ворота продолжали закрываться. Просвет между створками — двенадцать метров. Десять. Восемь...
Друзья, на сайте ЛитРес подпишитесь на автора, чтобы не пропустить выхода новых книг серий.
Подпишитесь на мой канал и поставьте лайк, если вам понравилось.