Арсению Федоровичу в этом году исполнилось 80 лет. Всю жизнь он работал каким-то большим начальником в небольшом городе на большой рыбной реке Мил, а на пенсии решил занялся рыбалкой. Он её всегда любил, но времени не было. Работал он не покладая сил на благо городка. И вот доработал до юбилея. Все никак на пенсию не хотелось. Очень он работу любил свою. Городок любил.
К юбилею приехали все близкие родственники из Москвы. Сын Николай с женой Магдалиной и внуком Сёмой. Дочь Магдолина с мужем Николаем и дочкой Гульнарой. Младшая дочь Хеджин с мужем Юджином и сыном Яшкой. Арсений Федорович очень обрадовался – редко все собирались вместе, работа да дела городские не пускали.
Праздник был пышный. Накрыли стол в доме. Подарков юбиляру привезли целую гору – удочки импортные - 2 штуки, катушки безынерционные - 2 штуки, приманки разные - 17,5 штук, поплавки - 3 штуки. Дети знали, что отец обожает рыбалку, постарались угодить.
Арсений Федорович был тронут до слёз. Обнимал всех, благодарил, шутил. Застолье длилось до полуночи. Пели песни, вспоминали былое, внуки рассказывали о своей жизни.
К двенадцати ночи старик устал
Встал из-за стола:
– Спасибо вам, родные мои. Простите, старый уже, сил не хватает. Пойду спать.
Все зацеловали его, пожелали спокойной ночи. Арсений Федорович поднялся в свою спальню на втором этаже, переоделся в ОЗК и лёг спать. Но уснуть не мог. От радости, от волнения мысли в голове роились. Лежал час – не получается.
Решил встать, снял ОЗК, спуститься вниз, посмотреть ещё раз на подарки. В доме было тихо, все из зала ушли. Старик тихо, прошёл в комнату, где на столе лежали удочки, катушки, коробки с приманками.
Включил торшер, сел в кресло. Взял в руки новую удочку – лёгкая, упругая, красота. С такой ловить – одно удовольствие. Улыбнулся, начал разбирать коробки.
И вдруг услышал голоса из кухни, дверь была чуть приоткрыта. Говорили тихо, но в ночной тишине слышно было отчётливо. Узнал голоса детей.
Арсений Федорович замер. Хотел окликнуть, но что-то заставило его промолчать и прислушаться.
– Ну что, теперь поговорим серьёзно, – это был голос старшей дочери Магдолины. – Отец уже в годах, долго не протянет. Надо заранее всё обсудить, чтобы потом не ругаться.
– Да, правильно, – поддержал её муж. – Арсений Федорович человек состоятельный, наследство будет приличное.
Старик почувствовал, как внутри всё похолодело.
– Я дом себе заберу, – продолжала Магдолина. – Этот, где мы сейчас. И его квартиру в городе, семи комнатную, на центральном проспекте. Мне она нужна, я же старшая дочь.
– А я дачу хочу с 47 сотками земли, – вступил сын Николай. – Ту, что на берегу Мила стоит. И запасной катер отцовский с мотором «Ямаха» на 350 сил. Хороший катер, жалко, если чужим достанется. А яхту на водородном двигателе внуку надо отписать.
– А мне внедорожник «Паджеро» и два «Порш Кайена», что в гараже стоят без дела, – сказала младшая дочь Хеджин. – Отец на них всё равно не ездит, только пыль собирают. Он всё чаще на вертолете на работу летал. Отдам Юджину, он давно машину хотел.
– Ещё магазины есть, – напомнил кто-то. – Сеть рыболовных по всем городам страны. Надо будет продать, поделить деньги.
– Да, конечно. Это само собой.
Арсений Федорович сидел в кресле и не мог поверить своим ушам. Его дети, которых он растил, вытирал им..., купал, учил, которым дал всё, что мог – образование, помощь, поддержку – сидели в соседней комнате и делили его наследство при его жизни. Уже...
Слёзы потекли по морщинистым щекам старика. Как же так? Неужели всё, что он для них делал, ничего не значило? Неужели они ждут его кончины?
Он тихо встал, выключил торшер. Оставил на столе две подаренные удочки, катушку и три поплавка из гусиного пера, Поднялся к себе в спальню, одел костюм ОЗК и лёг. Долго лежал с открытыми глазами, смотрел в потолок.
Утром встал в пять, как обычно. Умылся, оделся, взял те две удочки, катушку и поплавки. Тихо вышел из дома, чтобы никого не разбудить. Сел в свой «Паджеро», которым давно не пользовался.
Доехал до реки. Там у причала стоял его катер
Личный водитель катера уже ждал – они договорились с вечера, что утром поедут тилапию ловить на "кольцо".
– Доброе утро, Арсений Федорович! С праздником вчерашним ещё раз! – поздоровался капитан катера.
– Спасибо, – тихо ответил старик.
Поехали вниз по течению, к глубоким ямам, где стая рыб стоит. Ловили молча. капитан видел, что хозяин не в настроении, но расспрашивать не стал. Старик смотрел на воду, на удочку, но мыслями был далеко.
Вернулись к обеду. Дома родственники уже проснулись, завтракали. Все удивились, что дед ушёл так рано, не предупредив
– Отец, ты куда пропал? – спросила Магдолина.
– На рыбалку ходил, – коротко ответил Арсений Федорович.
Пообедал с ними, поговорил о пустяках. Никто не заметил, что старик изменился. Он улыбался, шутил, но глаза были другие – пустые.
Вечером, когда все собрались смотреть телевизор, Арсений Федорович вышел из дома. Сел в машину, поехал в город, к нотариусу.
– Арсений Федорович, что-то случилось? – удивился нотариус.
– Завещание хочу написать, – сказал старик.
– Ну так у вас же есть завещание, мы два года назад составляли. Всё имущество детям поровну и мне катер с капитаном.
– Хочу изменить.
Нотариус достал бланки. Арсений Федорович продиктовал новый текст. Завещал всё своё имущество – дом, квартиру, дачу, катер, машины, магазины, деньги на счетах – городу и всем его жителям...
– Почему городу и жителям?
– Позже поймешь, ответил старик. – В конверте с печатью будет ответ.
Детям оставил только те две удочки, катушку и три поплавка, которые они ему подарили, а внукам яхту на водородном двигателе.
Нотариус удивился, но возражать не стал. Документы оформили, заверили печатями.
– Вы уверены, Арсений Федорович?
– Уверен, – твёрдо ответил старик.
Вернулся домой поздно. Все уже спали. Лёг, закрыл глаза. На душе было спокойно. Впервые за этот день спокойно.
Утром родственники улетели в Москву. Прощались тепло, обнимались, обещали приехать на 90-летие. Арсений Федорович провожал их молча, кивал, улыбался слабо.
Когда машины скрылись за поворотом, он вернулся в дом. Сел в кресло
Прожил Арсений Федорович ещё 3 года 2 месяца 30 дней и 11 часов. На похороны приехали дети, внуки. Плакали, причитали, говорили, какой он был замечательный отец.
После похорон нотариус огласил завещание. Когда дети услышали, что всё имущество отошло городу, а им достались только удочки, они онемели.
– Как?! – закричала Магдолина. – Это невозможно! Мы его дети!
Небольшое отступление от меня. Завтра в 7:35 выйдет новая интересная статья. А вы подписывайтесь на Подслушано Секреты Рыболова, чтобы не пропустить и лайк, прочитав статью не жалейте. Продолжаю
– Завещание законно, – спокойно ответил нотариус. – Арсений Федорович был в здравом уме, всё оформлено по закону, он даже яхту на внуков переписал.
– Но почему?! – не понимал Николай.
Нотариус достал конверт:
– Он оставил вам письмо.
Дети вскрыли конверт:
«Дорогие мои дети. В ночь своего юбилея я услышал, как вы делили моё наследство, думая, что я сплю. Мне стало больно. Не от того, что вы хотели получить моё имущество, а от того, что вы ждали моей кончины. Я понял – вам не нужен отец, а нужны мои деньги. Поэтому я возвращаю деньги тем – у кого я их всю жизнь забирал»
Дети стояли с письмом в руках. Магдолина плакала. Николай молчал, побледнев. Хеджин опустила голову.
Справедливо закончилась эта история
Где взял, туда и вернул. Городок построил на деньги Арсения Федоровича 37 новых больниц, 27 школ, 25 новых микрорайонов с многоэтажными домами и скверами, 5 спортивных комплексов для молодежи, 11 больших домов для престарелых, высадил вырубленные деревья по всему городку, 9 парков открыл и на центральной площади около реки Мил установил памятник рыбаку (первое фото), который держит в руках три гусиных поплавка... Пишите ваши мысли в комментариях и еще почитайте статьи по ссылке с картинкой ниже. Не путайте с рекламными блоками.