Он был грозой транспортных конвоев. Рождённый в Вильгельмсхафене, он не искал линейных баталий с могучими линкорами. Его стихией были внезапные, стремительные атаки в бескрайних серых просторах Северной Атлантики. «Шарнхорст» был хищником, стальной тенью, нависавшей над конвоями Союзников. Его 283-миллиметровые орудия были не главным козырем; его главным оружием были скорость и внезапность. Но у каждого охотника есть свой срок. Его последняя охота началась в кромешной тьме полярной ночи, где противником был не только враг, но и слепящая метель, и пронизывающий холод...
Рождение в тисках договора.
В день, когда «Шарнхорст» впервые уходил в плавание, 7 января 1939 года, его временный командующий на время испытаний, Отто Цилиакс сказал офицерам: «Важно запомнить, что вся жизнь этого корабля будет основываться на том духе, который вы вселите в своих моряков». Эти слова стали пророческими.
Корабль родился под знаком компромисса и проклятия. Его 283-мм главный калибр — не выбор, а приговор Версальского договора, вынужденная мера, чтобы втиснуть мощь линкора в договорные рамки.
Но немецкие инженеры ответили на ограничения хитрой уловкой: они вложили сэкономленный на орудиях вес в броню и силовые установки. Так родился корабль с бронепоясом в 350 мм и скоростью в 31,5 узел — быстрый и невероятно живучий. По защищенности он не уступал новейшему британскому линкору «Дюк оф Йорк» (374 мм бронепояс), но был на 10 000 тонн легче. Это была квинтэссенция немецкой инженерной мысли: компромисс, обернувшийся преимуществом.
Его рождение сопровождали несчастья: опрокидывание в доке, гибель рабочих, срыв со швартовов при спуске. Говорят, даже мать одного из погибших рабочих прокляла корабль. Но дух, о котором говорил Цилиакс, оказался сильнее суеверий. Походы в Атлантику, дерзкий прорыв через Ла-Манш («Операция «Цербер»), бои и рейды сплотили экипаж в стальной кулак. Моряки верили, что их корабль «идет под счастливой звездой». Но они не подозревали, что у фортуны короткая память.
Рождество в Альта-фьорде.
К концу 1943 года единственной надеждой Берлина было любой ценой нарушить морские поставки по ленд-лизу, грозившие провалом всей Восточной кампании. Вермахт откатывался на всех фронтах, а давление на Восточном направлении стало критическим. В отчаянной попытке переломить ход событий, гросс-адмирал Дёниц отдал приказ: использовать «Шарнхорст» для атаки на арктические конвои. Это был жест отчаяния.
Приказ Дёница был категоричным. Возражения адмиралов, указывавших на безумие выхода в полярную ночь, разбивались о железную логику высшего командования — фронту требовалась любая передышка, даже ценой корабля. Командующий операцией контр-адмирал Эрих Бей сомневался. Он понимал, что без воздушной разведки его корабль идет на верную гибель.
25 декабря 1943 года, в Рождество, над Альта-фьордом в Норвегии лежала непроглядная тьма. На борту «Шарнхорста» моряки, получив боевую задачу, встретили ее с ликованием. Долгое бездействие тяготило их. Они верили в своего адмирала и в свой «счастливый» корабль. В 19:00 линкор в сопровождении пяти эсминцев выскользнул из фьорда. Он уходил на охоту в последний раз.
Ослепленный охотник. Бой у Нордкапа.
Погода была ужасной. Юго-западный шторм, снежные заряды, видимость — ноль. Адмирал Бей, следуя приказу, отпустил эсминцы для поиска конвоя в штормящем море. «Шарнхорст» остался один.
В 9:20 26 декабря старшина Вилли Гёдде на своем посту наблюдения увидел, как в 150 метрах впереди вырос гигантский столб воды: «Упал снаряд. По меньшей мере 20-сантиметровый». Это открыли огонь британские крейсера Соединения-1.
Завязалась перестрелка. И тогда случилось роковое попадание. Снаряд с крейсера «Норфолк» уничтожил антенну носового радара. «Шарнхорст» ослеп. В снежной мгле и предрассветной серости он бился с противником, который видел его как на ладони. Англичане использовали новейшие радары «H2S» — те самые «роттердамские аппараты», которые позволяли «видеть» даже в условиях полярной ночи. Немецкие же радары могли лишь обнаружить цель, но не дать четкую картинку для точного ведения огня.
«Шарнхорст» пытался уйти, оторваться, снова выйти на конвой. Но британский капкан уже захлопывался. Адмирал сэр Брюс Фрейзер на линкоре «Дюк оф Йорк» вел свою эскадру на перехват. Он видел каждое движение «Шарнхорста».
Капкан для охотника.
Пока «Шарнхорст» в одиночку пробивался сквозь снежную мглу, против него действовали не разрозненные корабли, а два полных соединения, идеально скоординированных благодаря численному превосходству, радиообмену и радарам.
- Соединение-1 вице-адмирала Барнетта: тяжелый крейсер «Норфолк», легкие крейсеры «Белфаст» и «Шеффилд». Именно они, первыми нашли и связали его боем.
- Соединение-2 адмирала сэра Брюса Фрейзера: линкор «Дюк оф Йорк», легкий крейсер «Ямайка» и четыре эсминца. Это был главный ударный кулак против «Шарнхорста».
И это не считая десятка эсминцев из состава конвойных эскортов, которые также получили приказ на атаку.
Один «Шарнхорст» против эскадры: линкора, трёх крейсеров и как минимум восьми эсминцев. Британский капкан, был расставлен на сотни миль. Вырваться из него вслепую было невозможно.
Последние залпы.
В 16:47 26 декабря 1943 года «Дюк оф Йорк» открыл огонь с дистанции в 11 км. Началась артиллерийская дуэль, где один видел все, а другой стрелял наугад, по вспышкам в темноте.
«Шарнхорст» дрался с яростью обреченного зверя. Его 283-мм снаряды, на удивление, ложились крайне точно. Даже в агонии, ведя бой вслепую, «Шарнхорст» сумел нанести врагу чувствительные удары.
Тяжелый крейсер «Норфолк» получил прямое попадание, которое вывело из строя его кормовую башню и почти всю радиолокационную аппаратуру. Легкий крейсер «Шеффилд» был накрыт залпом — осколки размером с футбольный мяч посыпались на его палубу, причинив серьезные повреждения. Эсминец «Сомарез» также был поврежден и понес потери.
Дух немецкой команды не был сломлен. После очередного попадания британцев Капитан Хинтце объявил по связи: «Шарнхорст» снова сдержал удар! Когда скорость упала из-за попадания торпеды, прозвучало сообщение: «Корабль снова может дать скорость 20 узлов». Матросы в башнях, по колено в воде, продолжали заряжать орудия.
Они дрались, пока не кончились снаряды. Старший артиллерист корветтен-капитан Бреденбройкер доложил: «У башни «В» осталось три снаряда, у башни «С» — ни одного». Тогда капитан передал в эфир последнюю радиограмму: «Мы будем сражаться до последнего снаряда!»
Используя данные радаров, британские эсминцы вышли в ближнюю торпедную атаку. Одна за другой торпеды вонзались в правый борт «Шарнхорста». Крен стал критическим.
Салют противнику. Тень на дне.
Командир "Шарнхорста" Хинтце отдал последний приказ: «Всем постам от капитана: покинуть корабль! Надеть спасательные жилеты!»
На верхней палубе, среди обломков и огня, моряки выстроились в безупречном порядке. Не было паники. Хинтце и адмирал Бей, проходя вдоль строя, помогали матросам надеть спасжилеты, отдавая свои. Когда молодой матрос сказал, что у него нет жилета, командир снял свой и протянул ему: «Возьми мой. Я хорошо плаваю».
«Шарнхорст» лег на правый борт. Три его винта, словно в последнем судорожном усилии, все еще вращались, уходя в черную воду. С плывущих плотов матросы кричали: «Да здравствует «Шарнхорст»!»
Из 1968 человек спаслись 36. Ни одного офицера.
Через несколько дней адмирал сэр Брюс Фрейзер, стоя на палубе «Дюк оф Йорк», сказал своим офицерам:
«Джентльмены, сражение с "Шарнхорстом" закончилось для нас победой. Я надеюсь, что любой из вас, кому когда-либо придется вести свой корабль в бой с превосходящим противником, будет командовать своим кораблем так же доблестно, как сегодня командовали "Шарнхорстом"».
На обратном пути англичане сбросили в море у Нордкапа венок. В честь отважного противника.
Его стальная судьба — не о победе. Она — о цене, которую платит железо и люди, когда их бросают в бой против неизбежного. «Шарнхорст» был идеальным хищником рожденным в ту эпоху. Его наследие — не тоннаж потопленных судов, а последний салют врага и дух экипажа, который, как и завещал капитан Цилиакс, оказался крепче самой прочной стали.
P.S.: Статья написана на основании книги: Буш Ф.-О. Трагедия линкора «Шарнхорст». Хроника последнего похода.
А как вы думаете, мог ли «Шарнхорст» избежать своей участи, если бы радар не вышел из строя? Или его гибель в тот день была предопределена ходом войны? Обсудим это в комментариях. И чтобы не пропустить новые истории военной техники — подписывайтесь на канал и ставьте "палец вверх".
Читайте так же: