Часть 2. Круг сестёр
Предыдущая часть:
Следующие недели пролетели в бешеном ритме: подготовка свадьбы Рябининой и Ярёменко занимала почти всё моё время, но я с удивлением открыла в себе талант управляться с тысячей мелочей. Однажды, когда я изучала предложения флористов, Раиса Сергеевна вызвала меня к себе:
— Кристина Рябинина приехала на срочную встречу, и я хочу, чтобы именно ты с ней поговорила.
— Я? — Но ведь Марина...
— Марина прекрасный специалист, особенно в логистике, — перебила Раиса Сергеевна, — но сейчас это нужно сделать именно тебе. В тебе, Наталья, есть кое-что особенное — эмпатия. Поверь, с такими невестами, как Кристина, это ценнее любого опыта.
Кристина Рябинина оказалась красивой, но явно взволнованной молодой женщиной.
— Всё не так, — начала она прямо с порога. — Антон хочет традиционную свадьбу, его мама настаивает пригласить полгорода, а я… я просто хочу, чтобы этот день был только о нас.
Я внимательно посмотрела на неё и увидела то, что слишком хорошо знала сама — страх быть недостаточно хорошей.
— Кристина, — мягко начала я, — позвольте личный вопрос. Чего именно хотите вы от своей свадьбы?
Её глаза заблестели от слёз.
— Я хочу, чтобы этот день был идеальным не из-за цветов, платья или гостей, а потому, что когда Антон увидит меня идущей к нему, он понял, что я единственная женщина в его жизни.
На мгновение я почувствовала боль в сердце, вспомнив, как отчаянно мечтала, чтобы Виктор смотрел на меня точно так же. Собравшись с мыслями, я сказала:
— Тогда начнём именно с этого. Это ваша история любви, и мы сделаем всё, чтобы каждый её элемент отражал именно её.
Следующие два часа мы провели, создавая новую концепцию свадьбы. Закончив, Кристина неожиданно крепко обняла меня и прошептала:
— Спасибо, вы первая, кто действительно меня услышал.
Вечером, ужиная с тётей Леной, я не могла не задуматься обо всём, что произошло за день.
— О чём задумалась, дорогая? — спросила тётя, наливая мне ещё чаю.
— О том, как меняется жизнь, — ответила я. — Месяц назад я организовывала мероприятия, чтобы угодить Виктору, а теперь помогаю другим создавать идеальные моменты. Причём именно так, как мне подсказывает сердце.
— Вот именно, — одобрительно кивнула Елена Сергеевна. — Кстати, тебе тут приглашение.
Она протянула конверт. Внутри лежала открытка от Марины: «В субботу ужин у меня, только девчонки, без вопросов и осуждений, только дружба. Не принимаю отказов!»
Я улыбнулась, чувствуя, как внутри меня что-то начинает исцеляться. Возможно, подумала я, настоящая любовь — это не обязательно романтика, а просто люди, которые принимают тебя такой, какая ты есть.
Телефон завибрировал, оповестив о сообщении от Раисы Сергеевны: «Отличная работа с Кристиной! Завтра важная встреча, готовься к своему первому самостоятельному мероприятию!»
Я мягко погладила живот, впервые ощутив настоящие «бабочки» радости.
— Слышите, малыши? — прошептала я. — Мама наконец-то учится сиять сама.
Тётя улыбнулась и сказала:
— Знаешь, в чём главная прелесть нового начала? В том, что это помогает нам понять, кто мы есть на самом деле, когда никто не пытается навязать нам чужое представление о нас.
Позже, записывая эти слова в дневник, я думала, что та Наталья, которая сбежала в Самару, теперь превращалась в кого-то нового: сильную, уверенную и искреннюю женщину. И самое удивительное было в том, что эти изменения не имели ничего общего ни с Виктором, ни с Ларисой, ни с желанием кому-то что-то доказать. Это было просто моё собственное открытие, мой собственный путь.
Суббота наступила быстрее, чем я ожидала. У Марины была уютная квартира, полная фотографий её дочери Софии и деталей, говоривших о счастливой жизни.
— Добро пожаловать в клуб выживших, — шутливо сказала она, открывая дверь.
Внутри уже собрались четыре женщины, у каждой из которых была своя история преодоления. Полина — шеф-повар, бросившая жестокого мужа и открывшая успешный ресторан; Людмила — адвокат с собственным юридическим агентством, которая при этом одна воспитала двойню; Анна — художница, вновь открывшая свой талант после тяжёлого развода; Карина — женщина, осознанно решившая стать мамой в сорок лет.
— Здесь нет места жалости, — заявила Полина, наливая всем свежевыжатый сок. — Только взаимная поддержка и празднование наших побед, какими бы маленькими они ни были.
По мере того как вечер продолжался, я поймала себя на том, что легко рассказываю свою историю, не чувствуя осуждения, только понимание и практические советы.
— Первый год — самый трудный, — сказала Карина, ласково касаясь моего живота. — Но каждый день делает тебя сильнее.
— А дети, — добавила Людмила, — это невероятный источник сил. Мои близнецы помогли мне понять, что мои возможности намного шире, чем я представляла раньше.
Когда я вернулась домой в тот вечер, то уже чувствовала себя иначе: я больше не была просто женщиной, бегущей от своего прошлого. Теперь я стала частью чего-то большего — круга женщин, которые отказывались быть жертвами обстоятельств и предпочитали сами формировать свою жизнь.
В понедельник, готовясь к презентации своего первого самостоятельного мероприятия, я получила неожиданное сообщение. Это был Сергей, и номер был новый.
«Наташа, понимаю, тебе сейчас не до нас, но тебе нужно кое-что знать. Лариса не та, за кого Виктор её принимает. Всплыли неприятные факты. Пожалуйста, перезвони мне».
Я долго смотрела на сообщение, палец завис над кнопкой ответа, но в конце концов я его удалила. Моя жизнь больше не зависела от решений Виктора и его проблем. У меня была презентация, два ребёнка, о которых нужно было заботиться, и собственное будущее, которое требовало моего внимания.
Как-то раз Раиса Сергеевна сказала: «Прошлое — это интересное место, куда стоит иногда заглядывать, но ужасное, чтобы в нём жить». Теперь я была готова жить в настоящем со всеми его волнующими и порой пугающими возможностями.
Месяцы пролетели быстро, и мой живот рос вместе с уверенностью в работе. Свадьба Рябининой и Ярёменко стала абсолютным успехом, и теперь я самостоятельно вела мероприятия с такой уверенностью, о которой сама не подозревала.
— А ты никогда не думала открыть своё агентство? — спросила меня однажды Раиса Сергеевна.
В этот момент в кабинет вбежала Марина, бледная от волнения:
— Наташа, ты должна это увидеть! — протянула она планшет с новостями.
От заголовка у меня перехватило дыхание: «Скандал в холдинге Виктора Сомова: Лариса Волкова обвиняется в мошенничестве на миллионы рублей». Сердце сжалось, когда я читала подробности: Лариса в течение нескольких месяцев выводила средства компании, пользуясь доверием Виктора.
— Говорят, Виктор совершенно раздавлен, — тихо сказала Марина. — Компания на грани банкротства.
Какая-то часть меня могла бы почувствовать удовлетворение, но вместо этого я ощутила лишь грусть. Не из-за Виктора, а из-за той себя, которая когда-то искренне любила человека, неспособного ответить ей тем же.
— Ты в порядке? — спросила Раиса Сергеевна, внимательно меня изучая.
— Да, — ответила я, и впервые эти слова прозвучали абсолютно искренне. — Это уже не моя жизнь.
На ужине с подругами девушки были особенно заботливы.
— Хочешь, я что-нибудь разузнаю? — предложила Людмила, адвокат. — У меня есть связи в Москве.
Я улыбнулась, поглаживая уже большой живот:
— Мне сейчас важнее сосредоточиться на будущем. Через три месяца родятся мои малыши.
И тут я неожиданно рассказала им о своём разговоре с Раисой Сергеевной и идее открыть собственное агентство. К моему удивлению, все сразу же загорелись этой идеей.
— Это идеально! — воскликнула Полина. — Я стану твоим эксклюзивным партнёром по кейтерингу.
— А я возьму на себя все юридические вопросы, — добавила Людмила.
— Дизайн и оформление пригласительных сделаю я, — сказала Анна.
Карина, всегда практичная, уже что-то подсчитывала на телефоне:
— С твоим опытом и нашими связями это будет грандиозно, Наташа!
— Но дети… — начала я, выразив главное опасение.
— А для этого у тебя есть мы, — решительно ответила Марина. — Когда родилась моя София, мы все помогали друг другу. Мы — семья, Наташа. Семья, которую мы сами для себя создали.
В тот вечер, готовясь ко сну, я снова получила сообщение от Сергея:
«Виктор наконец-то понял, кто такая Лариса, но, боюсь, уже поздно. Он спрашивает о тебе. Может, поговорим?»
На этот раз я ответила:
«Сергей, спасибо за беспокойство, но моя жизнь сейчас совсем другая. Прошу, больше не пиши мне». Затем я заблокировала его номер.
Сев на кровать, я почувствовала, как зашевелились мои малыши. Врач уже подтвердил, что это два мальчика, и хотя я пока не выбрала им имён, уже любила их невероятно сильно.
— Ваша жизнь будет другой, — тихо пообещала я. — У вас будет сильная и независимая мама, которая научит, что самая важная любовь — это любовь к себе.
На следующий день Раиса Сергеевна вызвала меня.
— Я тут подумала, — начала она, — пора мне уходить.
— Что? Нет, вы не можете… — начала я.
— Могу и сделаю, — улыбнулась она. — Мои дети выросли, муж хочет путешествовать, и я готова передать дела. Именно тебе, Наташа. Я хочу, чтобы ты стала моей преемницей.
От неожиданности я не могла сказать ни слова.
— Это не подарок, а инвестиция, — продолжила Раиса Сергеевна. — У тебя есть талант и видение, способные вывести наше агентство на новый уровень. У меня же опыт и связи. Мы сделаем это постепенно: ты откроешь своё агентство, я стану твоим наставником, а через год-два объединим наши усилия.
— Но мои дети… — начала я.
— Они и будут твоей самой сильной мотивацией, — решительно перебила она. — Ты приехала сюда шесть месяцев назад, пытаясь сбежать от прошлого. Настало время строить будущее, и не только ради себя, но и ради этих двоих, которые скоро появятся на свет.
Я посмотрела на документы, лежащие передо мной: подробный план, финансовые прогнозы, стратегия развития.
— Как давно вы это задумали? — тихо спросила я.
— С того самого дня, как ты справилась с кризисом на свадьбе Рябининой и Ярёменко, — призналась Раиса Сергеевна. — В тот момент я увидела в тебе тот же огонь, что был и у меня, когда я начинала.
Вечером, ужиная с тётей Леной, я рассказала ей о предложении.
— Знаешь, что самое забавное? — задумчиво сказала я. — Виктор всегда говорил, что мне не хватает амбиций, что я довольствуюсь ролью его жены…
— А теперь ты строишь нечто гораздо большее, чем он мог себе представить, — закончила за меня тётя. — Вот это и есть победа, девочка моя.
— Даже не знаю, не месть ли это, — улыбнулась я.
— Нет, это не месть, — согласилась она, — это гораздо лучше.
Следующие недели были безумно насыщенными: я готовила бизнес-план для своей компании, управляла текущими мероприятиями, посещала врачей и едва успевала перевести дух. Но каждый вечер, записывая свои мысли в дневник, я чувствовала покой, которого не испытывала никогда раньше.
«Дорогие мои дети, — написала я однажды вечером, — сегодня я приняла важное решение. Я построю нечто особенное для вас — то, что докажет, что мечты не имеют границ, если хватит смелости за ними идти до конца».
Телефон снова завибрировал — сообщение от Марины: «Срочная встреча у меня! Приноси мороженое».
Придя к ней, я застала всех своих подруг, окружённых бумагами, ноутбуками и внушительным запасом мороженого.
— Что происходит? — растерянно спросила я.
— Это твоя команда запуска, — торжественно объявила Карина. — Людмила уже оформила все юридические документы, Анна нарисовала логотип, Полина готовит меню для презентации, а у меня список потенциальных инвесторов.
— А я, — улыбнулась Марина, — подготовила список клиентов, которые пойдут за лучшим организатором мероприятий Самары куда угодно.
Я почувствовала, как слёзы благодарности подступают к глазам, и не смогла их сдержать.
— Без слёз, пожалуйста, — пошутила Полина. — Разве что гормоны, тогда бери больше мороженого.
Пока мы смеялись и обсуждали планы, я вдруг осознала главное: я приехала в Самару, чтобы сбежать, но обрела намного больше — своё предназначение, настоящих друзей и внутреннюю силу.
Мои размышления прервал звук телефона. Незнакомый номер, а сообщение заставило меня похолодеть:
«Наташа, это Лариса. Нам нужно поговорить о Викторе и о тебе».
Сердце забилось чаще, подруги сразу заметили перемену в моём настроении.
— Что случилось? — спросила Марина.
Я показала сообщение.
— Не отвечай, — сразу вмешалась Людмила, всегда готовая защищать. — От неё добра не жди.
— А вдруг это важно? — засомневалась я.
— Важнее твоего спокойствия и малышей? — возразила Марина, указывая на мой живот. — Ты построила здесь новую жизнь, не дай прошлому тебя втянуть.
Они были правы, конечно же. Я заблокировала номер, решив сосредоточиться на будущем. Однако ночью никак не могла уснуть, мучительно гадая, что хотела Лариса.
Ответ пришёл через три дня самым неожиданным образом. Во время встречи с потенциальным клиентом в кабинет вошла Раиса Сергеевна, необычно серьёзная.
— Наташа, тебя настойчиво хочет видеть одна женщина.
— Но я на встрече, — растерянно ответила я.
— Это Лариса Волкова, — произнесла она, и имя прозвучало как гром.
Клиент оказался понимающим и предложил перенести встречу на завтра. Когда он ушёл, я осталась сидеть, глубоко дыша, чтобы успокоиться. Раиса Сергеевна присела рядом:
— Ты не обязана с ней встречаться, — мягко сказала она. — Я могу попросить её уйти.
— Нет, — ответила я, удивив даже саму себя. — Пора разобраться с прошлым окончательно.
Продолжение следует.