Знакомое многим с детства кадры кинохроники: заснеженный Ленинград, а на золотых шпилях – крошечные фигурки в телогрейках. Это альпинисты маскируют главные доминанты города, чтобы лишить немецкую артиллерию ориентиров. Среди тех, кто под страшным ветром и холодом работал на 122,5-метровом шпиле Петропавловки, был восемнадцатилетний младший лейтенант Михаил Бобров.
Спустя десятилетия в 1996 году, уже полковником, Почётным гражданином Санкт-Петербурга, он снова поднимется к ангелу на шпиле Петропавловского собора, чтобы помочь реставраторам. А между этими двумя восхождениями – война в горах Кавказа, о которой Михаил Михайлович Бобров рассказывает без прикрас.
Встреча в метро, которая изменила всё
«В конце лета 1942 года я находился в Москве в командировке. Там в метро совершенно неожиданно встретил своего первого тренера по альпинизму Евгения Андриановича Белецкого», – начинает свой рассказ Михаил Михайлович.
Эта случайная встреча стала судьбоносной. Белецкий, к тому времени уже известный альпинист (а в будущем – заслуженный мастер спорта), сообщил важную новость: Сталин подписал приказ о сборе всех альпинистов страны для формирования горнострелковых отрядов.
Уже на следующий день они пришли в комиссию напротив Курского вокзала, а оттуда – в распоряжение полковника Вячеслава Гриднева, командира отдельной мотострелковой бригады особого назначения НКВД. Это было уникальное подразделение.
«В этой бригаде уже находились выдающиеся спортсмены Советского Союза. Их имена были у всех на слуху», – вспоминает ветеран. Легкоатлеты Знаменские, штангист Шатов, боксеры Королев и Щербаков – все они готовились к диверсионной работе в тылу врага. Там же Бобров встретил и старых друзей, включая австрийских антифашистов Фердинанда Кропфаи Франца Бергера, которых вскоре должны были отправить на Кавказ.
Зачем Гитлеру понадобился Кавказ? Причина – нефть
Прежде чем продолжить рассказ, Михаил Бобров объясняет, почему создание горнострелковых отрядов стало вопросом жизни и смерти.
Главной целью Гитлера в летней кампании 1942 года был именно Кавказ. Сталинград был важным, но промежуточным рубежом. Речь шла о ресурсах: 86,5% общесоюзной нефти, 65% газа, 57% марганцевой руды для танковой брони добывались здесь.
Михаил Михайлович приводит жёсткие слова Сталина, сказанные заместителю наркома нефтяной промышленности Николаю Байбакову: «Без кавказской нефти Гитлер проиграет войну. Поэтому, если хоть капля нефти достанется немцам, то Байбаков будет расстрелян. Но если будут уничтожены промыслы, а немцы не придут и без нефти останемся мы, – тоже расстрелян».
Захватить Кавказ должен был 49-й горнострелковый корпус генерала Конрада. Это были элитные части, укомплектованные лучшими альпинистами и горнолыжниками Германии, Австрии, Италии. Их подготовка в горах Греции и Карпат была безупречной. Флагманом корпуса была 1-я горнострелковая дивизия "Эдельвейс".
Пик Гитлера и роковая ошибка нашего командования
Немцы действовали стремительно. Уже 15 августа 1942 года передовые отряды "Эдельвейса"вышли к Клухорскому перевалу. А 21 августа группа капитана Хайнса Грота поднялась на Эльбрус и установила там нацистские флаги. Немецкая пропаганда ликовала: «Скоро этот влаг появится и на Казбеке!». Участников восхождения наградили Железными крестами и жетонами с надписью "Пик Гитлера".
«Однако если восхождение немецкий егерей на Эльбрус имело чисто пропагандистское значение, сама битва за Кавказ на тот момент была одним из важнейших сражений Великой Отечественной войны», – подчеркивает Бобров.
Проблема была в том, что наше командование недооценило угрозу. Считалось, что перевалы Главного Кавказского хребта сами по себе неприступны. Их обороняли малочисленные гарнизоны, а многие направления вообще не прикрывались.
«Большинство командного состава войск фронта не имело вообще никакого опыта боевых действий в горах», – констатирует ветеран. Огневые точки ставили прямо на перевалах, а не на подступах к ним. Детальная разведка не проводилась.
Трагедия в горах: как «Эдельвейс» прорывался через хребет
Немцы, великолепно подготовленные, использовали эти просчёты. Тирольцы и баварцы, для которых горы были родным домом, легко обходили наши позиции по скалам, доступным только альпинистам.
«Преодолев скалы, доступные только альпинистам, немецкие егеря обошли наши две роты с флангов и неожиданно атаковали их. Немцам удалось сбросить наших на южные склоны и захватить сам перевал», – рассказывает о бое за Клухорский перевал Михаил Михайлович.
Наши отступающие части оказались в западне. «Под давлением преследовавших их немцев они часто оказывались в ущельях с отвесными скалами... Неподготовленные люди здесь почти гарантировано погибают от лавин, камнепадов и в трещинах ледников…»
Связь работала из рук вон плохо. Штаб 46-й армии узнал о боях на перевалах лишь к вечеру 16 августа, когда было уже поздно. Немцы один за одним захватывали перевалы. На Хотю-Таунашего гарнизона не было вообще, и егеря тут же переименовали его в перевал имени генерала Конрада.
К началу сентября 1942 года «врагу удалось оседлать несколько перевалов на участке от Эльбруса до перевала Умпырский». На некоторых направлениях гитлеровцы продвинулись на 25 километров вглубь Грузии.
«Возникла реальная угроза проникновения противника в Закавказье», – заканчивает эту часть своего повествования Михаил Бобров.
Продолжение следует...
А в этом продолжении будет история о том, как советские альпинисты, включая самого Михаила Боброва, дали бой прославленным немецким егерям и начали отвоёвывать перевалы Кавказа назад. История, которую нельзя забывать.
Продолжение рассказа Михаила Боброва про войну с немецкими егерями на перевалах Кавказа следует. Подписывайтесь на канал, чтобы не не пропустить!
Полный рассказ "Фронт под небесами. Блокада" читайте здесь. Бумажная книга с этим рассказом «Великая Отечественная в рассказах фронтовиков» здесь.
#ВОВ #история #БлокадаЛенинграда #Кавказ #альпинизм #память #СанктПетербург #Эдельвейс #личности